— Вот делать нечего, за чужими романами наблюдать! — буркнул Сидельских. — О, какая красотка!..
Это мимо компании прошел рыцарь дю Бриндвиль с супругой и церемонно раскланялся. Ангелика по обыкновению молчала.
— Она дерево! — остановил порыв Розена следователь.
— В каком смысле? — не понял тот.
— В прямом! Ах да, ты же с нами не ходил… Словом, оставь эту экзотику!
— Ладно, — покладисто ответил комиссар и осмотрелся. — Вон та-то, я надеюсь, не экзотика?
У борта, томно изогнувшись по привычке, стояла маркиза де Буполь в развевающемся платье. Прощенный, видимо, дон Фелипе вился вокруг, пытаясь привлечь внимание царственной супруги, но тщетно.
— Ну как сказать… — неопределенно произнес Бессмертных и вздохнул.
Перехватив чей-то взгляд, маркиза чуть повернула голову, посмотрела на комиссара оценивающе и изогнула бровь.
— Какие глаза! — сказал Розен с чувством. — Нет, право, хороша!
Он улыбнулся. Маркиза отвернулась, повела плечиком, но тут же снова искоса взглянула на Сидельских. Тот оживился и сунул руку в карман за очередной сигарой.
— Тьфу ты!
— Что такое?
— Кончились! Где этот стюард?
Комиссар завертел головой, но ни одного стюарда в пределах видимости не наблюдалось.
— Быстрее самому до каюты дойти, — проворчал он и резко поднялся, едва не столкнувшись с прогуливающейся неподалеку невысокой темноволосой дамой в неброском платье цвета голубиной шейки.
Она частенько попадалась им на глаза, как, впрочем, любая другая пассажирка. Ничего необычного в даме не было, разве только то, что она путешествовала одна, ни с кем не вступала в разговоры, а прогуливалась исключительно в компании своей маленькой собачки с необычайно большими и печальными глазами.
— Ах! — воскликнула дама, когда Сидельских чуть было не сбил ее с ног.
— Моя вина! — сдернул тот шляпу. Комиссар умел быть вполне галантным, если того желал. — Не зашиб?
— Нет, ничего… — ответила та. Собачка посмотрела на Розена с немым упреком.
Ян пощелкал пальцами, и животное перевело взгляд на него. Оперативник украдкой протянул собачке кусочек сахару (в карманах у него можно было обнаружить самые неожиданные предметы). Та облизнулась и натянула поводок.
— Ах, не нужно, прошу вас! — воскликнула дама, бдительно следившая за своей питомицей, и подхватила ее на руки. — Ей вредно сладкое.
Собачка сконфуженно отвернулась. Ян виновато развел руками и спрятал сахар обратно.
— Так это, — сказал Розен, нахлобучивая шляпу обратно. — Целы, значит. Ну, я тогда пошел. И куда этот стюард запропастился?..
— Что-то случилось? — вежливо осведомилась незнакомка.
— Сигары кончились, — великосветски объяснил комиссар.
— Быть может, я сумею вам помочь? — спросила дама.
— Это вряд ли, — хмыкнул Сидельских, но она уже отпустила собачку, раскрыла ридикюль и протянула комиссару сигару. — Ого!.. Премного благодарен! А вы, сударыня, — тут он словно невзначай подцепил незнакомку под локоток и повел прочь, — что же, всегда носите с собой сигары? О-о, мой любимый сорт!
— Привычка, — донеслось до компании. — Видите ли, мой муж курил, много курил, но всегда забывал свои сигары, а от этого у него портилось настроение… И вот я привыкла носить их с собою. Мужа нет, а привычка осталась…
— Прекрасная привычка! — вскричал комиссар, и парочка скрылась из виду.
— Понятно… — протянул следователь. — У Розена начался брачный период. Что ж, лучше эта дама, чем надмозгини или маркиза!
— В каком смысле — брачный период? — заинтересовалась Каролина.
— В прямом, — вздохнул Руперт. — Он выспался, теперь его заинтересовали дамы. А еще…
Договорить он не успел: к ним подошел Теодор под руку со своей таинственной незнакомкой, высокой, стройной блондинкой с пышной прической.
— …это, похоже, не только у комиссара, — шепнул Ян Берту.
— Позвольте представить, — сказал Теодор церемонно, — Беллатриса Любимых.
Пол Топорны клацнул замочком дипломата.
— Просто Белла, — поправила девушка приятным мелодичным голосом, когда мужчины, поднявшись, представлялись.
— Значит, это вас наш Теодор прятал столько времени… — протянул Руперт довольно.
От него не укрылся тот факт, что Каролина явно уже знакома с Беллой, более того, прослеживалось определенное сходство между госпожой Кисленьких и подругой доктора, а значит… хм, значит, Дэвиду не померещилось? Крайне любопытно!
— Я не прятал, — педантично поправил доктор.
— Он не прятал, — подтвердила Белла.
— Вы путешествуете одна или с семейством? — попытался завязать светский разговор Ян.
Девушка отвечала, но следователь заметил, что она время от времени взглядывает на Каролину, словно бы ища подсказку, а еще услышал обрывок очень тихого разговора между писательницей и доктором.
— …не вполне удобно, — говорил тот.
— Мы это уже обсуждали, — отвечала она.
— Пустые каюты есть, и…
— А я говорю вам, что пока лучше не оставлять… — тут Каролина заметила взгляд Руперта, оборвала фразу на полуслове, заулыбалась и сходу включилась в общую беседу.
Белла произвела на всех крайне благоприятное впечатление. Одному только следователю чудилось в ней что-то странное (это если не считать сходства с Каролиной)…
Дело закончилось приглашением за общий стол (тем более, место имелось), и девушка, поколебавшись и снова взглянув на Каролину, согласилась, после чего доктор решительно увлек свою подругу прочь.
— Вот это да! — сказал Ян, когда они скрылись из виду.
— Ни за что б не подумал, — подтвердил Берт.
Пол Топорны с некоторым недоумением рассматривал бланк приговора, с которого почему-то медленно исчезали лучшие водостойкие чернила, а Каролина довольно улыбалась и думала, что вместо следующего романа вполне может написать статью в крайне узкоспециализированный журнал…
— Руппи!! — голос комиссара разносился по всей палубе. — Слушай, старик, я тебе скажу…
— Так, я лучше отойду с ним в сторонку, — поспешно сказал следователь, — не то он переполошит почтенную публику! Что случилось, Розен?
— Да это!.. — Сидельских, схватив приятеля за рукав, потащил прочь. — Слушай, Руппи, это такая женщина! Такая!..
— Да, довольно симпатичная, — согласился тот. — И сигары у нее есть. И собачка милая. Кстати, как ее зовут?
— Бездна!
— Даму?! — поразился следователь.
— Собачку! — комиссар нервно жевал сигару.
— Н-да, — протянул Руперт. — А даму?
— А я не спросил…
— Ты неисправим, Розен, — пожурил тот. — Ну как так можно? Или у тебя снова любовь с первого взгляда?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
