– Я тоже, – усмехнулась и прильнула к его плечу. Прадов погладил меня по голове. – Мне не по себе от того, что мы обманываем остальных участниц.
– Ну, давай их тоже позовём на ужин, – невозмутимо отозвался нефтяник. Я укоризненно на него посмотрела. – Знаю о чём ты. Но ничего не могу поделать. У меня изначально не было желания завязывать с кем-то из них отношения. По сценарию: я никого не выбираю, и Слава, поймав «волну», делает второй сезон, уже за свой счёт. Я не знал, что встречу тебя…
Я смутилась, а мужчина поймал меня за подбородок.
– Ты мой глоток свежего воздуха, до тебя: я практически не дышал. Ты мой дефибриллятор, что вернул меня к жизни, – серьёзно заявил он, а я тихо рассмеялась.
– Это самый сомнительный комплимент, который я слышала. И самый милый.
– Это правда! – возмутился нефтяник. – Я не умею делать комплименты, – он повернулся и потёрся носом о мою шею. – Но я умею, кое-что другое… – многозначительно произнёс он, улыбаясь. – У-гу…
Я залилась краской, даже кончики волос вспыхнули.
– Я умею готовить борщ, – начал перечислять нахал, снова устроившись на спине. – Люблю мыть посуду – это успокаивает. Я собираю за собой носки и кладу их в машину. И я умею вырезать снежинки из салфеток!
Я едва сдерживала смех.
– Оо! Вы, определённо, очень талантливы!
– У меня много талантов… – снова томно прошептал он и поиграл бровями.
Я всё же рассмеялась, подхватила подушку и слегка ударила ею мужчину.
– Эй! – возмутился он, как в дверь постучали.
– Уходите! – зашипела я, подталкивая Прадову к балкону.
– Последний поцелуй, – прошептал он и быстро меня поцеловал.
Я вытерла губы, направилась к двери, убедилась, что нефтяник перелез перила, и открыла дверь.
В комнату ворвалась Лена.
– Только попробуй, что-нибудь выкинуть! – угрожающе закричала она. – Прадов никогда не станет твоим! Его не интересуют маленькие шлюшки!
– Полегче, ковбой, – усмехнулась я, отходя на шаг. – Артём Германович сам решает с кем ему быть, и я не виновата в том, что выиграла конкурс.
– Ты вечно трёшься рядом, заговариваешь ему зубы! Вся такая милая, добрая до тошноты. Думала, я не замечу, как он смотрит на тебя?
– Лена, уходи, – сухо произнесла и распахнула дверь. – Твои угрозы мне по боку.
– Мелкая дрянь, я ещё с тобой…
– Ничего не сделаешь, – раздался в дверях ледяной голос Прадова. От того балагура не осталось и следа.
– Артём,… – испуганно прошептала блондинка и попятилась. – Я не…
– Неважно, – грубо остановил он. – Я хочу, чтобы ты покинула проект, на котором тебя вообще быть не должно. Наша история, Лена, давно написана и завершена.
Ого! Мысленно подумала я, но блондинку мне стало жаль. Должно быть, она сильно унижена.
– Это из-за неё? – со слезами на глазах выкрикнула она.
– Это из-за тебя, – спокойно ответил он и пропустил девушку, намекая, что ей пора. – Нина купить тебе билет на самолёт, вылет завтра утром.
Девушка всхлипнула и умчалась прочь. Нефтяник закрыл дверь.
– Тебе Лёша сказал, да? – осторожно спросила я. – Зачем вмешался? Это всего лишь пустые угрозы.
– Я хорошо… знаю Лену, – сквозь зубы выговорил он.
– Она же твоя жена, – хмыкнула я. – Бывшая.
– Знала? – изумился он.
– Почти с самого начала, – не стала отрицать. – Прости, но я подслушала.
Мужчина внезапно усмехнулся вместо того, чтобы рассердиться.
– Поразительно, что ты молчала всё это время и даже не лопнула от любопытства и ни разу не заикнулась об этом.
– Зачем? – не поняла я. – Это ваше дело – не моё.
– Ты чудо, – усмехнулся он, обнимая меня. – Прости за то, что тебе приходится терпеть весь этот фарс. Я боюсь давать обещания и не люблю их слышать, но мне очень хочется, чтобы мы продержались до конца проекта.
– Вы… – я запнулась, глядя в голубые глаза. – Вы пугаете меня, – призналась, виновато отводя взгляд.
– Это временно, – прошептал он и обнял меня. – Уже через три часа у нас свидание, помнишь?
– Помню, – усмехнулась, отстраняясь.
– Что наденешь?
– Вы же не полезете в мой шкаф? – изумилась я, глядя как Прадова открывает дверцы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– О, ещё как полезу! – усмехнулся он, не оборачиваясь. – Хочу красное платье, – хитро произнёс он. – Наденешь?
– Видимо придётся, – сдалась я.
– Улыбнись. Не на каторгу ведь, – пожурил нефтяник и коснулся моих губ. – Сложно удержаться, – шепнул он, пока я пыталась справиться с дрожью в ногах. – До встречи.
Прадов ушёл, а я тяжело выдохнула и направилась в душ.
***
Не думала, что романтическое свидание окажется настолько романтичным. Шум прибоя ласкает слух, колыхающееся пламя свечей завораживает. Белая скатерть колышется на ветру, Прадов в элегантном тёмно-синем костюме встречает меня взволнованной улыбкой и дарит синюю розу.
– Привет, – шепчет и целует меня в щеку.
Я волнуюсь, ведь нас снимают и это свидание очень похоже на настоящее. Судя по горящим глазам нефтяника, так и есть.
К нам подходит официант и разливает шампанское по бокалам. Слышится приятная мелодия скрипки. В недоумении обернулась и увидела музыканта.
– Как всё серьёзно, – смущенно пробормотала, вызывая улыбку довольного «принца».
– Мне нравится твоя невинность и восторг в глазах, – произнес он, поднимая бокал. – За встречу и первый шаг?
– Первый шаг? – не поняла я, беря бокал.
– А ты думала, я остановлюсь на поцелуях? – хитро спросил он, наклонившись ко мне.
Я покраснела.
– Нас снимают, – тихо напомнила я.
– Ну, так как? – не унимался мужчина.
– Рада знакомству, – скромно потупила глазки и отсалютовала бокалом.
– Э-э, – возмутился Прадов. – Это должен был быть тост на брудершафт! – он посмеивался, наслаждаясь румянцем на моём лице.
– Я не настолько невинна, – произнесла в отместку и сделала ещё глоток, с удовольствием отмечая, как меняется взгляд мужчины.
– А насколько? – томно спросил он. – Я хочу знать всё, – невозмутимо добавил он, даже не думая приступать к еде. Если он и ел, то исключительно меня. Даже боюсь представить, чем мы занимаемся в его мыслях, но точно не сидим на пляже в одежде. – О! Мне нравятся твои мысли, – усмехнулся нахал и хохотнул.
Пришлось занять рот едой, чтобы лишнего не сболтнуть и меньше отвлекаться на его провокации.
– Расскажи, у тебя были серьёзные отношения? – внезапно спросил нефтяник.
– Гм… В данный момент у меня серьёзные отношения с креветкой, которой подавилась, – ответила и продолжила есть, под смеющийся взгляд мужчины.
– Я знаю, у тебя был молодой человек, некий Кирилл, вы встречались почти полгода…
– О, он у вас тоже был? – наигранно удивилась я.
Прадов усмехнулся.
– Почему вы расстались? Он, кажется, был юристом?
– Я бы сказала, да цензура телеканала не пропустит, – улыбнулась я. – На самом деле всё прозаично. Кирилл – мой опыт. Он научил меня, как распознать измену. И знаете, я не жалею. Наши отношения были далеки от нормальных. За полгода мы почти не стали ближе, кровать не в счёт. Он удерживал меня на расстоянии, а я не понимала почему. Оказывается, парень любил разнообразия.
– Зря я спросил, – признался Прадов, деланно сердясь. – Я никогда не признаюсь, что собственник, но истории о твоих прошлых отношениях слышать не хочу, особенно в контексте с кроватью, – пробормотал он и начал есть.
Я усмехнулась. Мы выпили ещё по бокалу и Прадов пригласил меня на танец.
Мужчина подал руку, осторожно обнял меня и повел в медленном танце по кругу. Мне безумно хотелось положить голову ему на плечо, но я держалась.
– Никогда не танцевала на улице, – призналась я.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
– Не на улице, – улыбнулся он. – На берегу моря. Тебе очень идёт это платье.
– Спасибо. Вы в костюме… тоже ничего, – пробормотала я.
Прадов приглушённо рассмеялся и сместил руку мне на спину: на открытый участок тела, вызывая у меня мелкую дрожь.
