– Ты так мило дрожишь, – прошептал он, обжигая щеку дыханием, и коснулся губами. – С ума меня сводишь…
– Не торопитесь с выводами, – неловко произнесла я.
Прадов внимательно заглянул в мои глаза, но возражать не стал. Мы вернулись за стол и продолжили беседу. К концу ужина, съёмочная группа собралась и погрузилась в «фургон».
– Мы не уходим? – изумилась я.
Мужчина хитро взглянул, взял меня за руку и повел к набережной.
– На берегу мы с тобой уже спали, а вот на крыше ещё нет, – усмехнулся он.
– На крыше? – удивлённо прошептала я, ощущая волнение.
– Да. Есть одно место в Ираклионе, – загадочно улыбнулся он.
Это оказалось самое волшебное место! Мы взяли с собой покрывала, сок и… бутерброды. С этой, казалось, небольшой высоты, открывается завораживающий вид на весь город, горящий огнями: на порт, на крепость и на остров. Кажется, что ничего особенного, но дух захватывает.
Мы расстелили покрывала и устроились по-турецки с бутербродами в руках. Рядом с Прадовым легко и не стыдно, он словно с другой планеты. Нефтяник ведь, а ведёт себя… Другой. Уже знакомый. Кажется, всё о нём знаю. Легко понимаю, чувствую. С ним надёжно и не страшно… С ним просто.
– Красиво, – произнесла я, улыбаясь, глядя на город.
– Да, – задумчиво согласился он, глядя на меня. – Я думал, что не смогу. Не вытяну этот проект, а теперь уверен, что справлюсь. На тебя смотрю и уверен.
– Я ничего не сделала, – тихо произнесла, опуская голову.
– Ты подаёшь мне пример и делаешь меня сильным. Ты не представляешь, как это важно для любого мужчины, – прошептал он и коснулся губами моего плеча. – Осталось четыре свидания и пять недель, которые отделяют меня от тебя.
– Всё ещё может измениться, – пробормотала я.
– Ничего не изменится, – пообещал мужчина и увлёк меня на покрывало, подложив свою руку мне под голову, а сам навис сверху. – Никогда ещё не чувствовал себя с женщиной настолько уверенно, открыто и… уязвимым. У меня нет над тобой власти, Алиса… – он провел пальцами по моему лицу и сглотнул. – Скажи, чего ты хочешь, и я дам тебе это.
– Ничего, – виновато улыбнулась, потонув в голубой бездне глаз.
Мужчина горько усмехнулся, а я потянула его на себя за отворот рубашки.
– Ну, пожалуй, только это, – и сама коснулась нежных губ.
Артём глухо застонал и углубил поцелуй. Я задыхалась, дрожала, не в силах остановить безумие. Мы целовались почти до рассвета…
С перерывами, конечно! Мы говорили. О доме, о работе. Прадов рассказал, что мечтал стать врачом, а стал нефтяником. Показал в телефоне фотографии своего предприятия и коллектива. Его фотографий в телефоне вообще не обнаружилось, а вот «гугл» выдал много информации на нефтяника. Я читала, посмеиваясь, а Прадов недовольно опровергал или подтверждал информацию.
– Миллиардер Артём Прадов посетил выставку современного нео-искусства.
– Правда, – подтвердил мужчина, сидя позади меня и уткнувшись подбородком в плечо, обнимая за талию.
– Прадов был замечен в компании стритрейсеров. Ум?
– Ну, какой из меня стритрейсер? Мне штрафы из ГИБДД приходили всего три раза за всю жизнь. За неправильную парковку, за ремень и за неправильную парковку. А мотоциклы – я терпеть не могу. Они же бьются как ласточки. Одни тряпочки на асфальте остаются. Если у меня будет сын, сядет за руль годам к двадцати пяти. Даже велосипед не доверю, – серьёзно произнес мужчина, рассмешив меня.
Я представила Прадова в роли отца и… покраснела.
– Это вы сейчас так говорите. Сами же ездить научите и машину подарите, – усмехнулась я.
– Сначала, я научу ездить тебя. Если сработаетесь с Никольским, тебе предстоит ездить из своей дыры в Москву.
– Я умею и права есть. Машины нет, – я умолчала, что часто служила у Миши личным водителем.
– Отлично! Поехали, – воскликнул он и стал подниматься.
– Куда? – опешила я.
– Проверим твои навыки вождения.
– Сейчас? Вообще-то почти четыре утра и мы с вами пили, не забыли?
– Тогда завтра вечером, – нашелся нефтяник. – Поехали отвезу тебя.
Я с сожалением покидала крышу и думала о завтрашнем дне.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Перед воротами виллы, Прадов молча притянул меня и поцеловал. Поцелуй затянулся. Мы ещё просидели почти час: Артём устроил голову у меня на коленях и млел от простой ласки, пока я копалась в его волосах. Никто не желал расставаться.
– Спокойной ночи, – выдохнул мужчина, уткнувшись в мой лоб своим.
– Спокойной, – прошептала я. Быстро коснулась манящих губ и скрылась за воротами.
***
Утром едва встала, позабыв, что сегодня ужин с «принцем», который мы должны приготовить сами.
В полной боевой готовности девушки уже собрались на кухне для обсуждения, когда я спустилась: растрепанная и в пижаме.
Алексей насмешливо косился и варил себе кофе. Сам. Нина заботливо протянула мне какао.
– Лена улетела? – спросила я то, что волновало.
– Два часа назад, – улыбнулась помощница. – Девочки решили приготовить запечённые баклажаны…
– С мясом?
– Нет.
– Жаль, – хмыкнула я и сделала глоток. – Что ещё?
– Салат и сыр тофу.
– А что на горячее?
– Баклажаны, – улыбнулась помощница.
– Нет, это на десерт… тьфу, на закуску, а горячее? – удивилась я.
– Видимо, ты, – улыбнулся Алексей. – Вчера я убедился, что Прадова не сильно занимает еда, когда ты рядом. Даже если ему положат тарелку жуков, он не заметит.
– Издеваешься? – поинтересовалась я.
– Волнуюсь, – хмыкнул сценарист.
– Не стоит, – успокоила я и села за стол, решаясь, убедить девчонок, что необходимо приготовить что-то ещё… мясное.
Нина с Алексеем привезли все необходимые продукты, и мы занялись приготовлением ужина. С уходом Лены, атмосфера заметно разрядилась. То ли девочки не видят во мне конкурентку, то ли не видят в себе…
Влад, который стилист, велел нам всем переодеться в платья, после того, как мы накрыли стол на улице. Нина зажгла свечи.
Я надела третье платье: нежно-розовое, воздушное, почти невесомое. Заплела волосы колоском и подкрасила глаза.
«Принц» уже ждал нас внизу и подарил каждой девушке по розе. Когда я получала свою, он незаметно вложил мне в руку записку.
«Спиртное не пей. Жду тебя в одиннадцать за воротами. Безумно соскучился…»
И я не пила, а отсчитывала минуты до окончания ужина. Прадов улыбался, но уже не так мило и обворожительно. Вел себя вежливо, галантно, но отстранённо, не пытаясь произвести впечатление. Ужин ему понравился. Особенно мясо в горшочке.
Мероприятие закончилось в десять: я вернулась в комнату, переоделась в джинсы и тонкий джемпер. Признаться, я немного волновалась, ведь давно не сидела за рулём. А тут ещё Артём рядом.
– Что если я врежусь? – взволнованно спросила, стоило сесть в «мерседес».
– У меня появится повод привязать тебя к себе. Будешь шпатлевать машину, – коварно улыбнулся он и показал, чтобы я начинала.
Выдохнула, настроила зеркала и медленно отпустила сцепление. И я заглохла.
– Чёртова "механика", – проворчала себе под нос.
– А ты хочешь сказать привыкла к "автомату"? – удивился нефтяник.
– Да, – не стала врать. – У Мишы "автомат".
– Снова Миша, – процедил мужчина.
– Но я с тобой, да? – усмехнулась в ответ, иронично вскинув бровь.
Мужчина удивлённо округлил глаза.
– На «ты»? Да не может быть?! – издевался он. – Дай я тебя поцелую за это.
Я рассмеялась, а Прадов притянул меня и нежно поцеловал.
– Сладкая… – прошептал он и отстранился. – Трогай, шеф! – велел он и я, наконец, поехала.
Часа два мы катались по городу. Я чуть не снесла столб, но всё не так страшно. Быстро вспомнила и под конец, чувствовала себя уверенно, даже вылезать не хотела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Мы встали недалеко от набережной, развернув машину к морю. Включили музыку и просто смотрели вдаль, держась за руки.
– Спасибо тебе, – прошептал мужчина.
