Маленький толстяк вышел в дверь, а за ним, с восточным жестом прощания — и тонкий, в темном плаще, и тут лунный свет упал на его лицо. Винтер узнала в нем пассажира с «Сириуса». Это был Кишан Прасад.
Дверь снова скрипнула, потом загремел болт и повернулся ключ. Высокий подождал, пока шаги стихли и снова нахмурился. Он откашлялся и сплюнул презрительно, затем повернулся и зашагал к дому. Через пару минут светлый прямоугольник исчез, звякнула цепь, и снова наступила тишина.
Винтер вздохнула с облегчением и собралась слезать, но ее остановил какой-то звук. Внизу зашуршали листья, и кто-то вздохнул, словно вторя ей. И тут она в страхе поняла вдруг, что тот, кто перелез через стену, был не Кишан Прасад, и он не ушел. Он все время был внизу, затаившись в кустах, так близко, что она могла бы слышать его дыхание, И вот он выбрался из своего убежища на свет. Он был без шляпы, но голова его была на восточный манер обернута материей — странный наряд для душной ночи, но понятный при желании скрыть лицо.
«Если он полезет обратно через стену, — в тревоге подумала Винтер, — то не сможет меня не заметить». Ветви и вьющиеся растения закрывали ее с внешней стороны стены, но с этой ему придется подпрыгнуть и он может ее увидеть. Может быть, удастся сообразить, можно ли без шума спрыгнуть на землю. Здесь всего футов восемь, а внизу можно будет пробежать по площади, быстрее, чем он ее увидит.
Она осторожно пошевелила ногой, но недооценила того, что она затекла. Она почувствовала в онемевшей ноге сильную боль и невольно охнула. Человек внизу молниеносно дернулся, и лунный свет осветил пистолет, внезапно появившийся в его руке.
Винтер не стала ждать. При виде оружия она впервые испугалась по-настоящему. Она вскочила, одной рукой придерживая юбки, а другой — хватаясь за ненадежную ветку. Но затекшие ноги мешали ей. Человек внизу разбежался, подпрыгнул и схватил ее за ногу. Ветка в руке обломилась, и Винтер, вскрикнув от страха, обрушилась вниз вместе со своим захватчиком.
Тот подмял ее под себя, захватив мертвой хваткой так, что казалось, ее ребра вот-вот хрустнут. Лицо ее было прижато к его плечу, так что она не могла закричать. Она отчаянно сопротивлялась, извиваясь под ним, но тяжесть его тела и сила рук лишили ее возможности дышать, и она прекратила свои попытки и замерла. Он немного ослабил хватку, и она смогла вдохнуть глоток воздуха.
Он не двигался, и она поняла, что он прислушивается к каким-то звукам в саду. Может быть, звуки, вызванные их падением, услышали в доме и вернулся тот здоровяк. Если она сумеет закричать, то привлечет его внимание.
Она тихо лежала, собирая силы, потом открыла рот, чтобы заорать. Но вдруг она словно онемела, так как неожиданно, хотя и не видела его лица, она поняла, кто он, и пораженная, произнесла его имя:
— Капитан… Рэнделл?!
Рывком высвободив одну руку, он провел ею по лицу Винтер.
— Проклятие! — скорее выдохнул, чем произнес он.
— Что…
— Молчите! — ответил он свирепым шепотом.
Действительно, где-то поблизости был слышен слабый звук, но она не могла понять где, из-за собственного тяжелого дыхания. Она попыталась проконтролировать его, чтобы услышать то, что слышал он. И услышала едва различимые мерные звуки, казалось более слабые, чем ее собственное сердцебиение. Она почувствовала, что Алекс напрягся, стараясь не дышать. Звуки приближались, и тут она вспомнила, как звякнула цепь, и поняла, что тот высокий, очевидно, спустил собаку, и это ее лапы ступают по сухой земле. Потом она услышала фырканье, и в тишине вдруг раздался кошачий вой, а потом кусты затрещали и ночная тишина взорвалась лаем.
Почти тут же Алекс вскочил, поднял Винтер и подсадил на стену. Он не тратил время на слова, да это было и не нужно. Она ухватилась за ветвь фигового дерева. Взмахнув ногой, она обрела равновесие, услышав позади проклятие, произнесенное сдавленным голосом, — и почувствовала себя в безопасности.
Глава 10
Она обернулась, увидев, как Алекс разбежался и снова подпрыгнул, затем схватила его за плечи и потянула изо всех сил. Через минуту они были уже внизу, с внешней стороны стены. Алекс схватил ее за руку, и они побежали, держась в тени от стены. Он протащил ее через площадь, и они свернули в узкую улочку между домами, после чего, свернув резко направо, они оказались на площади поменьше, где над широкими каменными ступеньками возвышался резной фасад церкви. Тут Винтер, переставшая поддерживать юбки, запуталась в них и упала бы, если бы Алекс не держал ее за руку.
Она схватилась за бок, чувствуя, что ей нечем дышать из-за корсета, который свел ее и без того тонкую талию всего к восемнадцати дюймам, и сказала, задыхаясь:
— Плохо… не могу бежать…
Выдернув свою руку, она, спотыкаясь, дошла до ступеней церкви и села на теплый камень, прислонившись спиной к перилам.
Алекс подошел, хмуро поглядел на нее, и она с минуту смотрела на него, глубоко дыша, чтобы набрать воздуха в легкие. Затем вдруг она неожиданно рассмеялась.
Это был радостный, веселый смех, полный отчаяния юности и сродни очарованию лунного света. Алекс слушал его с восхищением. Он ожидал слез, истерики, но не смеха. Он несколько мгновений удивленно смотрел на нее. Потом вдруг тоже сел с ней рядом и рассмеялся.
Они сидели рядом и смеялись, и их смех эхом отзывался среди каменных построек.
Первым перестал смеяться Алекс и резко спросил ее:
— Что вы делали там?
— Смотрела на луну, — ответила Винтер.
Алекс схватил ее за запястье:
— Говорите правду, пожалуйста.
— Но это правда, — возразила она, все еще смеясь. — Я думала, это все из-за корабля и из-за этой тесной каюты, где мы были с Лотти. Так славно было вновь оказаться на берегу, вдыхать запах земли и деревьев. И ночь была удивительная. Ложиться спать мне не хотелось. Мне захотелось погулять, и я стала бродить по городу. На стену было легко залезть благодаря дереву, а я хотела только посидеть наверху, посмотреть на луну и подышать запахом цветов.
Его пальцы сильнее сдавили ее руку, он долго изучающе смотрел на нее и наконец спросил:
— Так ли это?
— Да. Я хотела убежать, когда вас увидела, но у меня онемели ноги. Поэтому вы поймали меня.
Алекс отпустил ее руку и напряженное выражение на лице исчезло. Он посмотрел куда-то в сторону темных домов, окружавших церковь, видя, что он снова нахмурился, она спросила с любопытством:
— А вы что там делали? Следили за Кишаном Прасадом?
Алекс никак не отреагировал, но она заметила происшедшую в нем перемену. Он молчал так долго, что она даже подумала, что он не ответит. Но он повернулся, взглянул ей в лицо и сказал:
