Река делала новый поворот, довольно узкий из-за нанесённой на берег кучи веток, коряг и прочего речного мусора. Прежде чем Шторм понял, что произошло, наткнувшаяся на ветку шкура лопнула, он потерял равновесие и был выброшен на завал.
Он барахтался среди мокрых коряг и брёвен, пока, наконец, не почувствовал под ногами дно. Юноша собрал остатки сил и рванулся вперёд. Больше бороться он не мог и, кажется, уснул.
— …его принесло течением…
— …кажется, это Шторм, землянин…
— …судя по его виду, он плыл…
Тепло и блики костра уютно перемежались с освещением, которое давала атомная лампа. Его голову поддерживала чья-то рука. Другая рука поднесла к губам чашку с бульоном. Всё плыло как во сне. Только одно лицо в этом туманном сне было чётким, настоящим. Наверное, оттого, что в своих снах он слишком часто видел это лицо. И вот наконец Шторм сможет поговорить с человеком, которого он пришёл убить. Да-да! Он прошагал полгалакгики, чтобы разыскать на Арзоре Брэда Куэйда и убить его! Но сейчас это намерение представлялось таким же далёким, как сражения в джунглях в трёх солнечных системах отсюда.
Шторм приподнялся. Нужно было сказать самое важное.
— Беда… Десант завоевателей с Ксика в Пике… Норби… Думарой… Логан…
Он больше не смог ничего сказать, его лихорадило.
— Где Логан?
Но Шторм, вновь попавший во власть сна, ответил, дав выход всей своей тоске по дому:
— Земля… в саду с Земли.
Глава 16
Когда позже он пришёл в себя, оказалось, что его сообщение не было новостью для окружающих. Отряд Брэда Куэйда подозревал что-то в этом роде. С ними был офицер Планетарного Корпуса Мира Келсон — высокий неразговорчивый человек, задававший точные вопросы. Казалось, у него в голове щёлкает собственный компьютер, настолько быстро он всё понимал, поблескивая тёмными глазами.
Шторм не без опаски рассказал о своих подозрениях насчёт Бистера. В его собственной казарме ветераны поверили бы такому рассказу, потому что им самим не раз приходилось корпеть над маскировкой. Но Планетарная Полиция никогда не сталкивалась с завоевателями в открытой войне. Бездоказательно поверить сообщению о шпионах с Ксика, живущих среди людей, полицейскому было нелегко.
Однако, к его удивлению, Келсон вытянул из него всё, что Шторм знал, с мастерством допросчика-инквизитора. И никакого удивления, никаких сомнений по поводу правдивости сообщённого! Никто из слушавших не возразил ни слова. Может быть, поселенцы были доверчивей офицера Корпуса Мира? Во всяком случае, они приняли весть о Колле Бистере.
— Бистер, — задумчиво проворчал Брэд Куэйд. — Колл Бистер. Кому известно хоть что-нибудь о нём?
— Он попал в одну бригаду со Штормом и мной, когда Пат нанимал перегонщиков из Порта. Он точно такой, каким его описывает Шторм. Мне он показался как и все другие, никаким, — первым отозвался Дорт Лансин. — И про псевдолюдей я слышал. В городе болтали, будто двоих таких поймали в последние дни войны. Они были обнаружены в войсках Конфедерации, причём проникли в командный состав. Если бы не офицеры, которые обратили на них внимание, они могли бы устроить настоящую бойню в целом галактическом секторе, они уже готовили наступление. После этого случая солдаты Конфедерации взялись проверять, не вырос ли их сосед по казарме где-нибудь в тёплом болоте. Бистер прибыл на Арзор не на том корабле, что мы все. И Пат его раньше не знал. Вообще, неизвестно, как он попал на Арзор. Я знаю только, что сперва Бистера нанял Пат, а потом уж стали нанимать другие.
— Странная вещь — чувство вины, — сказал Келсон. — Бистер ненавидит землян. Он ненавидит Шторма, потому что Тот обучен тому, что сам Бистер не может сделать. Если бы он не чувствовал на себе вины, он не стал бы преследовать Шторма. И если бы он не боялся, тоже. Итак, нам нужно захватить Бистера — завтра, или даже сегодня. Мы выступаем вслед за отрядом Думароя и будем идти за ними, пока не догоним. И нам пока не следует обострять отношения с десантом завоевателей, если такой здесь появился. Если они располагают оружием, которое описал Шторм, следует вызвать Патруль, который с ними разберётся и наведёт порядок. Вам, Куэйд, я рекомендую заняться поисками собственного сына, то есть, направиться с группой разведчиков на восток. А я с частью людей буду догонять Думароя. Полагаю, нам будет лучше разделиться.
Так они и сделали. Шторм, а с ним Куэйд и ещё двое поселенцев, пошли по боковому следу после того, как обнаружили лагерь Думароя на берегу реки пустым. У них теперь были доказательства того, что поселенец с Пикса не собирается отказываться от своего плана догнать Норби и свой пропавший табун в горах.
Шторм скакал в каком-то полузабытьи. Местность была знакома, он указывал, где удобнее проехать. Но всё это делал кто-то автоматически, как будто робот считывал маршрут с карты. Может быть, сказывалось действие станнера? Шторм не знал. Всё вокруг стало безразличным. Рядом ехал Брэд Куэйд. Землянин рассказывал, как встретился с Логаном, как они спасались от преследования в подземном саду Запечатанных Пещер, как напал йорис. Шторм говорил это как сквозь сон. Он безучастно позволил Брэду Куэйду разглядывать его и задавать вопросы. Так они достигли предгорий.
Несмотря на полузабытье, чутьё подсказывало прямой путь к Запечатанной Пещере. И тут Шторм остановился: впереди послышались голоса. Но было поздно. Посыпались жёлто-красные стрелы, замелькали головы, увенчанные синими рогами.
— А-а-ху-у-у! — раздался боевой клич племени Нитра и отряд внезапно оказался окружённым. Зазвенели тетивы луков. Что-то ударило Шторма в плечо, и он покачнулся в седле. Левая рука бессильно повисла, а в его пояс вцепился воин Нитра.
Шторм ударил правой, неповреждённой рукой, но тяжесть навалившегося Нитра увлекла его вниз. Они сцепились, падая на землю. Индеец еле успел отвести от горла приставленный нож. Его спасло лишь то, что Нитра был практически оглушён ударом кулака. Шторм поднялся, припал на одно колено и снова ударил приходящего в себя Нитра. Драка в долине тем временем продолжалась.
Землянин пытался подняться на ноги, чтобы стряхнуть с себя врага, когда новый выстрел из станнера попал ему прямо в голову. Шторм уже не чувствовал, как безвольно падает на камни, как задевает раненым плечом скалу, загоняя торчащий в ране наконечник ещё глубже и обламывая полосатое древко.
У него сложилось впечатление, что вновь полученная доза облучения из станнера каким-то образом нейтрализовала действие первого выстрела. Потому что открыв глаза, он сразу чётко вспомнил всё происшедшее.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
