домом, который находился в душе. Мир и безопасность, и я начинала верить… в любовь.
Вон потянул за один из огромных носков, которые я надела. Одолжила вместе с парой спортивных штанов Холдена и футболкой. Большими пальцами он впился в свод моей стопы, и я издала тихий стон. У него дрогнули губы.
Энсон придвинулся ближе с одной стороны от меня, переплетая наши пальцы вместе.
— Ты издаешь такие звуки, будто это пытка.
— Прости? — Я произнесла это так, словно это был вопрос, и Кин рассмеялся, рисуя невидимые узоры на моем предплечье.
— Не слушай Энсона. Он явно слабак.
— Нет, просто у меня стояк с тех пор, как я впервые увидел ее, и это начинает причинять боль.
Лукас подавился смехом.
— Мне не нужны такие подробности, чувак. — Он приподнял штанину моих спортивных штанов и начал массировать икру. — Как ты себя сейчас чувствуешь?
— Так намного лучше. — Это не было ложью, самая сильная боль прошла. Теперь мне больше казалось, что я переболела эпическим случаем гриппа. Мышцы болели, а в горле першило, но с этим можно было справиться.
В дверях появился Холден с подносом в руках.
— Это должно помочь еще больше.
Кин встал, расчищая место на ночном столике для подноса.
— У нас есть куриный суп, свежий хлеб и немного апельсинового сока. Если все пройдет нормально, я принесу тебе что-нибудь поприличнее.
Запахи супа и свежего хлеба ударили мне в нос, и в животе заурчало.
— Пахнет потрясающе.
Холден схватил с подноса кухонное полотенце и расстелил его у меня на коленях.
— Вот. — Он осторожно протянул мне миску и ложку. — Просто дай мне знать, если захочешь хлеба или сока.
— Знаешь, я могла бы поесть внизу. Я не умираю.
В комнате воцарилась тишина, и мой взгляд скользнул по парням.
— Нет ведь? — В голосе прозвучала нотка паники.
Хватка Лукаса на моей икре усилилась.
— Не умираешь.
Вон отпустил мою ногу, садясь.
— Но могла бы. Это то, чего он тебе не говорит.
— Что? — Я инстинктивно посмотрела на Холдена. Он был тем, у кого, казалось, всегда было больше всего информации, возможно, потому, что он был сыном альфы.
Холден уставился на Вона.
— Тебе не нужно забивать ей голову этим дерьмом.
— Она заслуживает знать правду. Процесс сближения начался, хотим мы этого или нет.
— О чем он говорит, Холден?
Холден потер рукой подбородок.
— Обычно так не бывает. Когда есть настоящая связь пар, ты можешь чувствовать себя больным, если слишком долго не вместе, но это было по-другому. Мы чувствовали, как иссякают твои жизненные силы.
Ложка, которую я держала, звякнула о миску, и я поставила ее себе на колени.
— Почему это было по-другому?
— Мы не знаем, — ответил Холден. — Но отец проводит кое-какие исследования, пытаясь выяснить это. Возможно, это потому, что ты такая сильная.
— Я сейчас не чувствую себя очень сильной.
Энсон провел губами по моему виску.
— Так и есть. — Он взял ложку и наполнил ее супом. — И чтобы так продолжалось и дальше, тебе нужно есть. — Он подул на бульон и поднес его к моим губам.
Я не думала, что смогу проглотить, не тогда, когда вокруг нас кружилось так много неизвестных. Но когда вкуснейший суп коснулся моего языка, в животе снова заурчало. Я взяла ложку у Энсона и продолжила есть. Проглотив сок и хлеб, я почувствовала себя другим человеком.
Холден улыбнулся и взял миску с моих колен.
— Чувствуешь себя лучше?
Я кивнула.
— Спасибо вам за все это. Это было потрясающе.
— В любое время.
Холден устроился на кровати так, чтобы быть еще ближе, его тепло проникало в меня. Все мои ребята сгрудились вокруг меня. Вон в изножье кровати, больше не прикасаясь ко мне, но близко. Кин держал одну из моих ног у себя на коленях. Лукас продолжал массировать другую мою икру. Энсон переплел мои пальцы со своими.
Я никогда не чувствовала себя более умиротворенной, чем в этот момент. Я понятия не имела, что должно было произойти, но я знала, что я не одинока.
— Хочешь спать? — спросил Лукас.
Я покачала головой.
— Пока нет. — Я хотела впитать это чувство, сохранить его в своих мышцах и сухожилиях, чтобы никогда не забыть.
— Тогда фильм? — предположил Кин.
— Фильм звучит идеально.
Энсон выпрямился, чтобы посмотреть на меня сверху вниз.
— Пожалуйста, не заставляй меня смотреть какой-то слащавый праздник рыданий.
Губы Вона дрогнули.
— Боишься пролить несколько слезинок?
— Не, чувак. Я просто не хочу превращаться в жилетку.
Я толкнула его в грудь.
— Я не собираюсь пускать на тебя сопли.
— Ты говоришь это сейчас…
— Думаю, нам нужно повеселиться, — оборвала я Энсона, прежде чем он смог еще больше насолить мне.
— Забавно, звучит идеально, — сказал Холден, вставая с кровати. Он подошел к развлекательной консоли и схватил пульт дистанционного управления.
Пока мы спорили о том, какой фильм посмотреть, я не могла не поразиться тому, насколько нормальным это казалось. Страх сжал сердце. Эта нормальность была такой прекрасной, в которую я могла так легко погрузиться. Но с чем я останусь, если это все развалится?
— 44-
Я попыталась перевернуться, но не смогла пошевелиться. На мгновение меня охватила паника, а затем в нос ударил запах дома. Я снова расслабилась, отодвигаясь в объятия Кина. Он уткнулся носом в мою шею, глубоко вдыхая. Моя рука лежала на Лукасе передо мной, ладонь была под его футболкой.
Энсон застонал где-то у меня за спиной.
— Откуда у меня такой стояк?
— Прошлой ночью тебе пришлось спать рядом с Ро, — ответил Кин.
Неужели это действительно было только прошлой ночью? Кровь вскипела при напоминании о том, как я оживала под прикосновениями Энсона и Лукаса.
Лукас перевернулся и быстро поцеловал меня в губы.
— Доброе утро.
Я поднесла руку ко рту.
— Доброе утро.
Он ухмыльнулся еще шире.
— Меня не волнует твое утреннее дыхание.
— Ну, а мня волнует.
Кин крепче прижал меня к себе.
— Вы двое можете идти. Мы с Роуэн вернемся ко сну.
Я оглядела комнату. Холдена и Вона нигде не было видно. Часы на прикроватной тумбочке показывали 10:30, и я села.
— Не могу поверить, что мы так долго спали.
Лукас соскочил с кровати и взял сумку, стоявшую у двери.
— Кэсс вчера ходила с Риджем за твоими вещами. Все самое необходимое — здесь.
Я спустила ноги с кровати и встала.
— Спасибо. Я просто собираюсь… — Я указала на ванную.
Лукас махнул мне. Я прошаркала в ванную, закрывая и запирая дверь. Я быстро приняла душ и собралась. Мышцы были немного напряжены, но боли
