Никакого приза тому, кто догадается, за кем в один прекрасный день они последовали, точно все городские дети за легендарным Крысоловом из Гамелена. Я поставила машину у ворот как-то утром, готовясь отправиться в город. Кошек я закрыла в коттедже, взяла плащ и сумочку, пошла к машине, а ее уже окружили Джеральд, и гуси, и Чарли, и утки. Джеральд, по обыкновению, любовался своим отражением в стеклах дверцы.
— Кыш! — скомандовала я, размахивая руками. Толпа чуть-чуть попятилась, оставив на виду черного котенка с белой звездочкой на груди, который с любопытством изучал покрышку. Я по опыту знала, что, стоит мне завести мотор, и гуси с утками поспешат ретироваться. Но Звездочет… Я не могла предугадать, как поступит он, и не захотела рисковать. Я взяла его на руки и пошла по дороге, намереваясь отнести домой. Джеральд и гусыни с гоготом двинулись за мной. За ними шествовал Чарли во главе уток — ну прямо-таки отряд скаутов. Однако на полпути Чарли сообразил, куда мы направляемся, и решил показать остальным, какой он умный. Взлетел, с кряканьем пронесся мимо всех нас на высоте моего плеча и унесся вперед, прицеливаясь сесть на балюстраду террасы.
Поднимавшаяся по дороге лошадь испугалась, рванулась вбок и понесла, всадница отчаянно обняла ее за шею. Из-за угла появился Фред Ферри с рюкзаком за спиной и сказал:
— Чего это ты затеяла, а? Цирком решила обзавестись? Тебе еще повезло, что она с лошади не свалилась!
А я-то просто хотела отнести Звездочета домой. Вот так и задаешься вопросом, да есть ли справедливость на этом свете?
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Что до Фреда, то у него тогда своих неприятностей хватало. Подобно лету, дела в деревне близились к завершению. Я почти ничего не знала о том, что происходило за пределами Долины, занятая своими заботами, и еле устояла на ногах от изумления, когда в одно прекрасное утро мисс Уэллингтон пришла сообщить мне, что Лилия Ричардс и мистер Тутинг поженились. Зарегистрировали брак в городе, но когда вернутся после медового месяца из Торки, то обвенчаются в церкви. И Лилия будет жить в бунгало мистера Тутинга, а свой коттедж продаст.
Мисс Уэллингтон очень сожалела, что не могла рассказать мне раньше, заверила она меня, но с нее взяли слово молчать. Они не хотели лишнего шума. Я сказала, что понимаю.
Но ноги у меня совсем уж подкосились, когда супруга старика Адамса на другой день сообщила мне еще одну новость… В воскресенье в церкви было объявлено о предстоящем бракосочетании миссис Бинни. Но не с Уиллом Уодроу, как я почти ожидала, а с Сэмом Ферри, отцом Фреда!
Не исключено, что она заметила, куда дует ветер, и приняла меры. Но я так не думаю. Она училась с Сэмом в школе. Они росли вместе. Теперь стало ясно, почему он вдруг так прифрантился. И она будет ему хорошей женой, и оба уже не будут страдать от одиночества, и она переедет к нему, а свой коттедж отдаст Берту и Шерл… Все складывалось отлично для всех, кроме Фреда Ферри, который расхаживал с очень унылым видом, — какого это было получить в мачехи миссис Бинни после того, что он имел обыкновение говорить о ней.
Что до меня, то мне остается рассказать еще об одном событии, прежде чем я завершу эту летопись. Естественно, связанном с кошками. Я следила за ними днем в воскресенье, когда они вольно гуляли по саду. К счастью, я не дергала сорняки, а просто стояла с ними, держа в руке кошачью клюку, возле гаража, пока они решали, чем еще заняться. И тут я увидела, что вниз по дороге идут молодой человек с девушкой и девушка ведет на поводке немецкую овчарку.
Я смотрела, как они приближаются к воротам, расположенным футах в сорока от гаража. Смотрели и кошки возле меня — Шани с робостью, как всегда ожидая Торговцев Живым Товаром, а Сафра с интересом, так как любит знакомиться с новыми людьми.
Ведь никогда не знаешь заранее, с кем тебя сведет судьба. Ну, в этот день она свела нас с джек-рассел-спаниелем, которого до этого момента заслоняла овчарка. Он с яростным лаем протиснулся под воротами и чуть было не перекувыркнулся — так он спешил добраться до кошек. Я замахнулась на него клюкой, он с лаем увернулся, а затем он и кошки исчезли по дорожке к коттеджу в облаке пыли, из которого доносился скрежет когтей по плиткам.
Я ринулась за ними, размахивая клюкой и вопя, но, конечно, отстала, и когда добралась до коттеджа, то услышала лай внутри. Я вбежала в коттедж, пронеслась через кухню и вбежала в гостиную. Шани нигде не было видно: конечно, она укрылась в Своем Убежище — на сиденье кресла, задвинутого под стол. Но на одном из широких подоконников, прижимаясь спиной к стеклу, пуская слюну от ужаса, с округлившимися перепуганными глазами стоял Сафра, а на низеньком стуле под окном, заливаясь лаем и стараясь дотянуться до него через спинку (к счастью, лапы у него были слишком коротки), неистовствовал пес.
Я ударила его клюкой, он обернулся и зарычал на меня. Я ударила еще раз, и он обратился в бегство. Выскочил из кухни и вернулся на лужайку, где остановился и вызывающе залаял на меня. А молодой человек, не делая никаких попыток унять его, смотрел на меня с той стороны калитки.
— Да как вы смели не надеть на собаку поводок! — взорвалась я. — Она могла загрызть моих кошек! Заберите его немедленно!
Он заявил в свое оправдание, что собака не его. Он просто прогуливает ее для приятеля. Не могу ли я ее поймать и выгнать?
Могу ли?!
— Откройте калитку! — крикнула я.
Он открыл, я выгнала пса, а он прицепил поводок к ошейнику, а я вернулась к кошкам. Шани уже покинула Убежище и невозмутимо восседала на каминном коврике. Как интересно было, верно? Сафра был в шоке, и у него все еще капала слюна. Эта собака чуть Не Схватила Его, сказал он. Да, конечно — и по оконному стеклу змеилась трещина, видимо, от удара, когда Сафра пытался выбраться наружу. Но я осмотрела его и Шани очень тщательно и ничего не обнаружила. А проснувшись в следующую среду (кошки все еще спали со мной), увидела кровь на покрывале перинки. А потом и на подзоре кровати.
Я снова осмотрела их обоих. Нигде ни пятнышка крови. Значит, внутреннее кровотечение! И у Сафа, решила я. Кровь, откуда бы она ни текла, оставила бы след на молочно-белой шерсти Шани. Я позвонила в Лэнгфорд, и они велели привезти его. Мы добрались туда меньше чем за десять минут, и я принялась объяснять, почему считаю, что эта кровь — его. Либо из-за того, что он ударился головой о стекло, либо — Боже сохрани! — кровотечение внутреннее. Это был первый симптом, когда я потеряла Сесса. Во всяком случае, кровь не Шани, она же такая беленькая!
