ситуация отличается не так уж сильно. Есть группа аристократов, увлечённых безумными идеями усиления своей власти через террор и массовые казни. Ни один коллега или студент даже под пытками ни за что не назвал бы лорда Эль-Меллой сторонником либеральных идей и любителем младших магических родов, но Кайнетту и в голову не могла прийти мысль поголовно вырезать их всех. Без сомнения, старые семьи должны постоянно указывать новичкам на их место, как взрослый указывает на должное поведение детям, и не допускать к принятию серьёзных решений о будущем Ассоциации, но одновременно подталкивать к совершенствованию и развитию. Не считая редчайших исключений, маг в первом поколении практически бесполезен, это просто очевидный факт, следствие особенностей магической стороны их мира — отсутствие герба, низкое качество и малое количество цепей, недостаток знаний и опыта, постоянная нехватка ресурсов… Однако при должном старании, с учётом правильного обучения и разумного подхода к планированию браков уже через четыре-пять поколений его потомки могут занять достойное место в Ассоциации, исправив все перечисленные недостатки. Возможно, они даже сумеют привнести в сообщество новые, до того неизвестные мистерии и чародейские свойства, которые обогатят его.
Иначе говоря, если он не желает менять старые взгляды, то с самой радикальной частью британской магической аристократии ему не по пути. Оставался ещё вариант присоединиться к одному из более умеренных родов, как только он проявит себя и приобретёт в глазах общества некоторую ценность как маг, то есть как волшебник. Однако по злой иронии судьбы (едва ли текущую невероятную ситуацию можно отнести к ошибкам самого Кайнетта) в нынешнем теле он — волшебник в первом поколении без семьи и покровительства, а потому в другой род его примут лишь на самую низкую позицию. Верного слуги в самом лучшем случае, но на это не согласится уже сам Арчибальд. Гордость не позволит. По той же причине вариант с мезальянсом (и то лет через шесть минимум) даже рассматривать не стоит.
Есть нейтральное (даже слишком) Министерство, всеми силами придерживающееся существующего порядка, даже в ущерб инстинкту самосохранения и здравому смыслу, судя по истории с гражданской войной. А тот факт, что за время конфликта успели смениться три главы Министерства, говорил, что проблема не в некомпетентности отдельного лидера, а в критических недостатках всей системы. Кайнетт лишь презрительно усмехнулся, думая о них. Не маги, а мещане с мистическими знаками — бюрократы, чинуши, письмоводители, озабоченные регуляцией длины летающей метлы согласно рескрипту номер 57-А, дробь восемь, от тысяча семьсот какого-то года, а не познанием тайн магии. С ними ему тоже не по пути, если организация кардинально не изменит свою суть.
Ещё в наличии школа, то есть вотчина «сильнейшего волшебника поколения», по имеющимся сведениям, достаточно либеральная к «магглорождённым». Место, где хранятся и распространяются знания — это, без сомнения, прекрасно, особенно на фоне общего наплевательского отношения к изучению магии, однако при широких взглядах на чистоту крови у них ограничения на определенные области магического искусства как бы ни сильнее, чем в Министерстве.
Конечно, оставался ещё вариант сменить страну, перебраться в те же Штаты или на континент, если там дела с магической наукой обстоят лучше. Кайнетт не был таким уж убеждённым патриотом Соединённого Королевства, хотя и признавал за ним множество заслуг и открытий, и, выбирая между родиной и возможностью продвинуться в магическом искусстве, предпочел бы, разумеется, магию. Однако для такого решения ему пока крайне не хватало знаний о международной обстановке, тогда как по Британии удалось составить хотя бы общую картину и наладить минимальные связи.
В самом безнадёжном случае ему вообще придётся собирать собственную фракцию, отличающуюся своим подходом от остальных, но доводить до этого бы не хотелось. В любом случае, небольшой запас времени у него ещё есть. Скоро наступит лето, пора каникул в школе, а значит, будет возможность пересечься с кем-то из обучавшихся там, составить впечатление о волшебниках текущего поколения. А также попытаться получить больше информации и оценить картину с разных точек зрения.
За этими размышлениями маг добрался до своей «мастерской», прошел в библиотеку, где всё-таки появились полки для книг, остановился перед рабочим столом. Коснулся небольшого додекаэдра из вольфрама, стоящего на подставке в центре магического круга, как и утром, перелил в него энергию из цепей, скопившуюся за день. Эту процедуру он повторял один-два раза в день уже неделю, накачивая новый, куда более надежный накопитель под завязку. На это уйдет ещё не меньше месяца, однако для задуманного эксперимента потребуется очень много силы.
Глава 9
— Не люблю подобные места, — заметил Кайнетт, оглядывая заброшенный цех какого-то завода, прикрытого ещё в семидесятых. Бетонные стены были покрыты плесенью и пятнами мха, не считая множества потускневших рисунков и неграмотных надписей вульгарно-анархистского содержания. Крыша провалилась в паре мест, целых окон почти не осталось, так что солнечного света в гулком и пыльном помещении хватало, позволяя разглядеть все эти детали, а также кучи мусора и какого-то тряпья на полу здесь и там. Маг бы не удивился, найдись под одной из них скелет какого-нибудь бродяги, замерзшего насмерть ещё лет двадцать назад. В любом случае, ассоциации эти руины вызывали крайне неприятные, даже шея зачесалась.
— Я тоже предпочёл бы сейчас оказаться в ресторане или на пляже, — согласился с ним МакДугалл, из-за июньской жары избавившийся от своего плаща и оставшийся лишь в сером деловом костюме без галстука, не привлекающем много внимания. — Не знаю, как ты, а я именно на них сейчас и зарабатываю. На самом деле, место весьма удачное — в городской черте, но до ближайших домов далеко, даже выстрелы никто не услышит. Разве ты не о том просил?
— Да я так, о своём. Если не появится какая-нибудь банда пьяных малолеток и не испортит нам всё дело, то почему бы и нет? — ответил Арчибальд, не заметив, насколько странно это звучит, учитывая возраст его нынешнего тела. — Думаю, вот эта бочка подойдёт. Ничем не лучше и не хуже прочих.
Маг вытащил из кармана пиджака широкий браслет из циркония, покрытый выгравированными рунами и строками на латыни. Аккуратно положил на покосившуюся измятую бочку, опасаясь, как бы она не рассыпалась облаком ржавчины от прикосновения. Затем отошел, стараясь смотреть под ноги, чтобы не упасть через какую-нибудь торчащую арматуру.
— Готово. Теперь ваша очередь. Если это так необходимо, — скептически добавил он, глядя, как Альберт кладёт у стены длинный кейс и небольшую сумку.
— Ага, ты ещё мне потом спасибо скажешь, если ничего не выйдет, а тебе надо будет оценить, какая именно хрень случилась, —
