то, что это мешает, раздражало ещё больше.
Я упорно нагружала себя делами.
Не хочу зависеть от внимания этого мужчины. Не хочу ждать его. Вглядываться в пустующее место под фонарем, когда выхожу из школы.
Но как одержимая, продолжаю это делать.
Из-за этого взваливаю на себя все больше дел. Что бы ни на минуту не оставаться без занятия и не думать. Не вспоминать…
Опыты с плесенью продвинулись настолько, что мы стали проводить опыты на крысах. И кажется… я замираю о мысли об этом, сжимаю кулачки и мысленно плюю через левое плечо… кажется мы достаточно близки, чтобы получить пенициллин в достаточных количествах.
В моем мире на это ушло несколько лет, но благодаря моим знаниям, многих ошибок удалось избежать, что ускорило процесс. Конечно, пришлось выкручиваться, ссылаясь на интуицию и банально подталкивать Эльмара к правильному решению. Мои познания в медицине и так слишком бросались в глаза. А излишнее внимание к своей персоне мне привлекать не хотелось. Все же это были не мои собственные познания, а просто хорошо усвоенный материал из научных статей.
Я мысленно перебираю в уме, как ускорить процесс очистки вещества. Нагревание не подойдет, нужно выпаривать воду при очень низкой температуре. Нужно подать эту мысль Эльмару. Он ошибочно настаивает на нагреве, но я знаю, что это заведомо ложный путь. И идти по нему, только терять время.
Зима подходит к концу. Здесь достаточно теплый климат, поэтому под ногами грязь, а с неба вместо снежинок капает противный мелкий дождь. Я накидываю на голову шарф, ругая себя, что не позаботилась захватить зонт. Теперь промокну до нитки, пока бегу до приюта.
Антуан остался с Эльмаром в лаборатории, а я улизнула пораньше. Мадам Роуз взяла отпуск на три дня. Она стала бабушкой и уехала повидать дочь и внука в соседний городок. Днем за детьми приглядывают две пожилые вдовы, что порекомендовал Эльмар, а начиная с ужина дети полностью под моим присмотром.
Проезжавшая мимо карета, заехав в лужу, окатила меня брызгами. Я отскочила и врезалась в чью-то грудь. Крепкие руки удержали, прижали, не давая упасть.
— Что вы себе позволя…
Голос застрял в горле. Подняла лицо и попала в плен бирюзовых глаз. Сердце тут же рвануло вперед, а дыхание перехватило. Но все же я чуть отстранилась.
— Добрый вечер, ваше высочество, — проговорила сдержанно.
Не совсем понимала — наша встреча случайна. Или…
— Марика, — выдохнул Коста. Тут же стиснул мою руку, проговорив.
— Пойдем. Мы слишком привлекаем внимание.
Он повел меня по улице, свернул в ближайший переулок, подальше от людей.
Развернул меня к себе, пристально вглядываясь в лицо. Я заметила, что он осунулся. В уголках глаз чуть заметнее морщинки. На щеках легкая небритость. Захотелось дотронуться до нее пальцами. Раньше он себе такое не позволял. Даже когда лежал в госпитале. Как только пришел в себя, тут же потребовал бритву.
— Что-то случилось? — спросила, не отрывая от него взгляда.
— Соскучился, — просто ответил он.
Дождь стекал по его скулам, когда он наклонился. Его губы были теплыми вопреки промозглому воздуху. Я ответила на поцелуй. Прикрыла глаза, словно мы одни в этом мире. Не обращая внимание на гул со стороны улицы. На мелкий холодный дождь, что падал на наши лица.
— Коста… — прошептала, с трудом оторвавшись от его требовательных губ, — мне нужно в приют. Дети сегодня одни.
— Пригласишь? — крепко сжимая мою талию, спросил он.
— Тебе опять придется отбиваться от неудобных вопросов.
— Я в этом преуспел за последнее время.
Коста взял меня за руку и повел к стоянке экипажей. Я было запротестовала, что до приюта идти недалеко, пару кварталов.
— Это не обсуждается. Не хватало, чтобы ты опять заболела, — отрезал Коста.
Мы сели в экипаж, тут же оказавшись отрезанными от всего мира. Он плавно покачивался по мостовой.
Костанс взял в руки мои ладони. Поднес к губам, согревая дыханием.
— Не замерзла? Сегодня ужасная погода. Но у меня выдался свободный вечер для встречи с тобой. Я не мог раньше.
— Я все понимаю. А потом… опять пропадешь на месяц? — не могла не спросить.
— Не надейся. Теперь ты от меня так просто не избавишься…
Он притянул меня к себе и в полумраке экипажа его губы нашли мои. Прохладные пальцы скользнули по моим щекам, словно запоминая каждую черточку.
Он отстранился. Но продолжал удерживать мое лицо, впиваясь в меня взглядом.
— Я люблю тебя, — произнес совсем тихо. Так, что я больше прочитала по губам.
Экипаж тряхнуло, когда он резко остановился перед приютом. Констанс отпустил меня. Подал руку, помогая выбраться из экипажа.
Приход Костанса вызвал переполох в приюте. Дети облепили его, когда он вошел.
Костанс мгновенно нашел общий язык с детворой. Через час он уже сидел на полу, окруженный малышами, и демонстрировал основы фехтования с помощью ложек. Том смотрела на него с открытым восхищением.
— Он правда научит нас драться? — шепнул он мне.
— Обязательно, — автоматически ответила я, не задумываясь.
Потом разбрелись по комнатам. Я укладывала спать девочек, а Косту увели с собой мальчишки. Попросили рассказать перед сном что-нибудь героическое, когда узнали, что он был на войне.
Спустя полчаса, когда дети угомонились, мы наконец выдохнули спокойно. Я заварила чай, и мы смогли немного побыть вдвоем. Поговорить о пустяках. Но таких важных для каждого из нас.
Но когда ближе к полуночи Костанс собрался уходить, за окном разыгралась настоящая буря. Дождь хлестал так, что не было видно фонарей на улице.
Я замерла у окна, прислушиваясь к гулу ветра. И только потом повернулась к нему:
— Оставайся, — вырвалось у меня дрогнувшим голосом.
55
Я проснулась от того, что уткнулась носом в теплую кожу его подмышки. Его рука тяжело лежала на моей талии, а моя нога бесстыже закинулась на его бедро. Я замерла, прислушиваясь к его ровному, глубокому дыханию.
Вчера все получилось как-то само собой. Я и не думала, что до такого дойдет, когда предложила остаться.
Я ведь искренне планировала уложить его в свою постель, а самой уйти спать в комнату мадам Роуз.
Мы захватили лампу, когда поднимались наверх. Когда я открыла дверь в свою комнату, горящий фитилек в лампе взметнулся и тут же погас, оставляя нас в полумраке.
Я замерла, обернувшись к Констансу, хотела что-то сказать, но слова так и не сорвались. Он шагнул ближе. Его рука скользнула к моей талии, и прежде чем я успела вдохнуть, его губы нашли мои.
А дальше все произошло так естественно… словно не было другого пути. Вчера, в
