мне нужна. Короче, долго говорить не буду. Вернёте мне эту вещь — и мы в расчёте, больше с вас ничего не попрошу. Ещё и сам в небольшом долгу останусь, будете всегда знать, что на Тортуге для вас всегда жратва, крыша и нычка найдётся.
— Я один вижу в этом деле проблему под названием «И где же, ш-шайс-се, нам искать этого Кешью?», — сардонически поджал губы Шайтан.
— Прячется в катакомбах на дальней отсюда стороне Тортуги, — не смутился Сивый. — Мы на острове, забыл?
— Что ещё за катакомбы? — недовольно уточнила Аня. — Почему их ещё не обжили? Места много, что ли? Или они опасные?
Я мысленно похвалил девочку, как бы невзначай вывалившую самый важный вопрос.
— Не опасные, — хмыкнул Сивый. — Там старые штольни, то ли рудник какой был, то ли ещё что. Местные туда не суются — дурная слава у тех мест. Говорят, там призраков цифровых можно встретить. Но Кешью не местный, страха не знает. Или, наоборот, боится меня больше, чем призраков.
— Так и не понял, что тебе мешало самому за этим орехом туда сгонять, — немного раздражённо выдохнул Шайтан. — Ты, что ли, сам призраков боишься?
— Таким, как я, всегда есть, кого бояться, — отвёл взгляд Сивый.
— Ну так посиди, подожди. Рано или поздно твой Кешью вынужден будет вылезти на свет божий, — поддержала напарника Шпилька.
— Так я и ждал. Да только слушок тут прошёл, что кто-то из капитанов купился на обещание поделиться наваром от продажи артефактов и готов в ближайшее время тайно вывезти моего должничка с Тортуги. А я с этим, как вы понимаете, не сильно согласный.
— Кто этот капитан, твои информаторы не сообщили? — спокойно уточнил я, собирая максимум возможной информации о предстоящем деле, отказаться от которого у нас не было никакой возможности.
— Лишку захотел, — отрезал Сивый. — Хорошо ещё, что хоть о самой договорённости мне сообщили, а то печально бы вышло. Но только под условие, что имя того, кто инфу слил, я не назову. А я не из тех, кто договорённости нарушает. Сам понимаешь, в той… гм… сфере, где я… кручусь, вести дела честно выгоднее, чем кидать.
— Ладно, не говори. Объясни другое. Как Кешью на небольшом вообще-то острове раньше не попался на глаза твоим наблюдателям? — уточнила Шпилька.
— А Дар у него такой, интересный — внешность он менять умеет.
— А как тогда мы его опознаем? — опешил Шайтан. — Он же в двух шагах может пройти, а мы его и не узнаем.
— А вот тут есть одна зацепка, — Сивый хитро прищурился и постучал себя пальцем по предплечью левой руки. — Глубокий шрам. Вот здесь, от запястья и почти до локтя. Этот шрам какой-то особенный, он у него не заживает и не меняется даже под действием Дара. Единственная примета, по которой его можно вычислить. Конечно, он его будет прятать, но это уже ваша задачка — придумать, как эту информацию использовать.
— Значит, нам нужно найти человека со шрамом на левой руке, — подытожил я. — И отобрать у него артефакт, который он тебе должен. Что за артефакт? Чем он так важен? И как выглядит?
— Как артефакт, разумеется, — неприятно рассмеялся Сивый. — Важен тем, что я давно его хочу в свою коллекцию. А выглядит… Ну, небольшой такой, похож на золотой плетёный венец с зубцами. Между зубцов — большой кусок янтаря в виде капли.
Я почувствовал, как по спине предательски покатилась капля холодного и липкого пота. Скосил глаза на Аню и понял, что она тоже узнала описание…
Сивый хотел заполучить «Слезу Солнца».
Глава 36
Воспоминание вспыхнуло в голове яркой, обжигающей вспышкой. Килдинги, кресты, на которых висим мы с Анюткой, мои сизые кишки и та самая «Слеза Солнца», которую синеволосая уродка Мальвина намеревалась напитать моей жизненной силой, чтоб открыть проход в ещё одно измерение Стикса. Может, даже сюда, на Континент.
Была только одна неувязка — смутно, но я помнил анин крик, адресованный далеко не Мальвине:
— Псих ненормальный! Что ты делаешь! — взвизгнула Анютка. — Какая ж ты тварь…
И ответ:
— Интегрирую «Слезу Солнца». Когда придёт время — со всем разберётесь…
Не разобрались. Скорей, запутались ещё сильнее. Я, конечно, очень плохо помнил тот момент, когда появился крёстный Ольги Анваровны — и вовсе не из-за механик Континента. Просто с выпущенными наружу внутренностями как-то сложно замечать детали происходящего. Но я точно помню, что «благодетеля», предлагавшего мне стать добровольцем, я тогда послал, и не раз. Только Анютка с этим мириться отказалась напрочь.
Аня тоже вспомнила этот момент, и бросила на меня вопросительный взгляд. Я чуть мотнул головой, призывая её к молчанию.
— Ну, примерно представил, — соврал я. — Значит, ты хочешь, чтоб мы забрали эту… штуку у Кешью и принесли тебе. Так?
— Именно, — кивнул Сивый.
— А если он окажет сопротивление? — деловито поинтересовался Шайтан.
Сивый равнодушно пожал плечами.
— Мне на самого Кешью плевать. И даже на шум вокруг его гибели. Если вы вернёте мне артефакт, я и этот момент улажу, никто даже не покосится в вашу сторону.
Тщательно спрятанное, но всё равно лезущее из всех щелей желание Сивого заполучить «Слезу» заставляло чуйку тревожно подвывать на низкой и печальной ноте. А ещё пробуждало неприятную ассоциацию с той самой Мальвиной и килдингами.
«Неужели и Континент эта зараза не миновала? — с тоской подумал я. — Хотя чего удивительного, люди — они везде люди со своим вечным стремлением к власти, могуществу и высокому покровительству».
Кстати, а что там Мальвина вещала перед тем, как Патрокл её… взорвал? Вроде про какой-то путь каких-то богов, коим пройдут вполне себе не какие-нибудь избранные. Это что, боги, которым служили те килдинги, здесь, на Континенте? И Патрокл, вполне возможно, послала нас с Аней сюда, чтоб мы этих богов нашли и убедили их сделать харакири? Или что?
В памяти всплыли фигуры, спускающиеся с неба над Бухтой. И Патрокл-Скульптурист-Жнец с его визави, практически сошедшим с экрана телека, где показывают фильм «Жрецы против мумии».
От догадки, очевидной настолько, что сразу стало ясно, что она верная, я похолодел.
Боги! Они действительно здесь! И могущественны настолько, что я понятия не имею, что мог бы им противопоставить, чтоб
