Они с Джесс парили на краю битвы, в то время как Эйми с изумлением наблюдала за остальными. Она никогда не видела, чтобы столько драконов атаковало одновременно, и они кружились в воздухе, рассекая воздух над и под собой, обдавая друг друга ветром от крыльев. Они были похожи на пестрое и смертоносное бормотание скворцов. Натин уже бросилась в бой, не зная правильных формирований, но доверяя своему дракону. Эйми сделала то же самое.
Джесс рванулась вперёд, и всё, кроме этого мгновения, исчезло из головы Эйми. До её ушей донёсся шелест крыльев и утробный рёв драконов, выдыхающих пламя. Ноздри Эйми уловили запах серы, исходящий от раненых Воинов Пустоты, смешанный с солёным запахом моря. И её взгляд метался повсюду, как у летучей мыши, порхающей между деревьями. Она выбрала цель, и Джесс не нужно было говорить, какой это воин, её дракон знал это и спикировал прямо на него.
Воин Пустоты взмахнул своим прямым мечом, целясь в незащищенный живот Джесс, но в последнюю секунду Джесс взмахнула крыльями и пролетела мимо, вне пределов досягаемости. Эйми ударила сверху вниз, когда они пролетали мимо, её ятаган зазвенел о его меч, а её инерция выбила лезвие из его пальцев. Она услышала, как оно с грохотом ударилось о камень, а затем почувствовала удар, когда Джесс ударила его хвостом. Шипы на конце её хвоста пробили его нагрудник и пронзили его насквозь. Джесс протащила его через гавань, а затем, взмахнув хвостом, сбросила в море.
Двумя мощными взмахами крыльев Джесс подняла их обратно в воздух над полем боя, и Эйми пришла в восторг от силы, которую почувствовала.
— Целься в тех, кто у ворот! — громкий приказ Яры перекрыл шум, и Эйми подчинилась, направляя Джесс к воротам в гавани.
Воины Пустоты оторвали мачту от одного из своих баркасов и использовали её в качестве тарана. Но теперь, когда драконы налетели с воздуха, чтобы сбить их с ног, они бросили свой таран, и некоторые из них прижали руки к деревянным воротам. Эйми подумала об их почерневших ладонях, по которым побежали трещины, обнажая раскалённую лаву внутри. Доски ворот были толстыми и мокрыми от дождя, но под руками воинов они уже начали тлеть.
Руки Воинов Пустоты погрузились в почерневшее от огня дерево. Они прожигали его насквозь, выстроившись в линию, прямо посередине ворот, где они уже ослабили их тараном. Фарадейр был первым, кто добрался до них, выпустив когти, но в последнюю секунду он сделал вираж вправо и пролетел мимо ворот. Яра закричала от разочарования. Эйми, следовавшая за Скайдэнсом по пятам, заметила проблему. Над воротами был выступ скалы, похожий на естественное крыльцо, и он укрывал воинов.
— Нам нужно приземлиться! — крикнула Лиррия.
Но, прежде чем Яра успела ответить, ослабевшие ворота рухнули с треском расщепленного дерева, в небо взметнулись угли. И Воины Пустоты побежали по туннелю в город.
Глава 22. Один-единственный миг
Эйми оказалась в небе, окружённая драконами, и чувствовала себя беспомощной. Она поискала глазами красные крылья и увидела, как Яра поднялась над ними, прежде чем спикировать обратно.
— Приказы? — окликнула её Дайренна.
Все Воины Пустоты, оставшиеся в живых в гавани, исчезли в туннеле. Их было всего около двадцати, но этого было достаточно, чтобы прорваться через внутренние ворота и забрать жизни стражников, ожидавших с другой стороны.
— Стрелы! — крикнул кто-то, и драконы бросились врассыпную.
Эйми и Джесс метнулись влево, к Скайдэнсу, и она услышала свист стрел, рассекающих воздух позади них. Дракон взревел, и Эйми, оглянувшись, увидела, что Миднайт подстелили. Она зубами вытащила зазубренную стрелу из перепонки своего крыла, в то время как Лиррия выкрикивала проклятия в адрес воинов. Ещё одна баркасная лодка обогнула изогнутый скалистый рукав гавани, и на этот раз она была наготове — половина воинов всё ещё гребла, но другая половина выпустила ещё один залп стрел. Джесс последовала за Скайдэнсом, поднимаясь всё выше в облачное небо.
Фарадейр прорвался сквозь стаю драконов, прежде чем спикировать вниз и пролететь вдоль изгиба рукава гавани. Лучники на корабле повернулись к нему, но он уже поднимался обратно в небо, поднимая своими мощными крыльями клочья облаков. Эйми видела в движениях Фарадейра панику его Всадницы. Она тоже это чувствовала, но всё равно смотрела на Яру, ожидая приказов.
— Приближается ещё одно судно! — крикнул кто-то, как только Эйми заметила его, и оно, опустив весла, вошло в гавань. Хотя драконы были вне досягаемости, оно дало предупредительный залп. Воздух наполнился голосами Всадниц, выкрикивавших отчаянные предложения.
— Мы должны атаковать эти лодки, остановить их приближение!
— Их стрелы собьют нас с неба!
— Что ещё мы можем сделать?
— Я не знаю!
Луну заволокли облака, и Эйми не могла видеть, кто спорит, но она слышала панику в их голосах, которые становились всё громче. Первый из новых баркасов причалил к утесу в гавани. Эйми не знала, что прикажет Яра, не знала, какой выбор будет правильным. Казалось, что защита города внезапно стала невозможной, и Всадницы застыли на месте, не принимая никаких решений, потому что, что бы ни выбрала Яра, люди погибнут.
Тёмная тень промелькнула перед Эйми, когда Блэк обошёл Всадниц, выискивая Фарадейра. Эйми пропустила слова Дайренны, но увидела, как Яра выпрямилась в седле.
— Возвращаемся в город. Летим! Мы защитим внутренние ворота, — приказала Яра, поворачивая Фарадейра к горам.
Эйми и остальные последовали за ней, предоставив гавань Воинам Пустоты. Джесс уверенно махала крыльями, а Скайдэнс следовал за драконом, розовым, как утренняя заря. Когда они поднялись на высоту над Кольцевыми горами, Эйми почувствовала, что адреналин в крови улетучился, и начала дрожать от холода.
— Хью-карджи, это ужасно.
Эйми услышала жалобу Пелатины, когда Скайдэнс подлетел ближе, и удары его крыльев совпали с ударами Джесс.
Она посмотрела на Пелатину, её смуглое лицо было освещено мягким светом угасшей искры, и Эйми увидела, какими бледными были её губы. Затем она заметила, что Пелатина тоже дрожит, и Эйми почувствовала себя по-настоящему виноватой. Ночи для Пелатины и так были холодными, но теперь она промокла насквозь от ледяной морской воды, и всё напрасно — они потеряли гавань. А в груди Эйми всё ещё теплилась частичка искры Пелатины.
— Прости, — извинилась Эйми.
— Не стоит, это был хороший план. Я просто очень хотел бы снова почувствовать свои пальцы на ногах.
Пелатина дрожала так сильно, что у неё стучали зубы. В противовес тому, что Эйми чувствовала себя сильнее, пыталась ли Пелатина собраться с силами, потому что у неё пропала половина жизненных сил? Было ли ей ещё холоднее, потому что Эйми забрала половину её энергии? Она почувствовала укол в сердце, почти такой же болезненный, как если бы её пронзила одна из стрел.
Драконы взмыли над зубчатым хребтом и пересекли каменистое плато. Впереди был узкий овраг, и когда драконы приблизились к нему, Эйми рискнула ещё раз взглянуть на Пелатину. Затем, чувствуя себя полной идиоткой, Эйми поняла, что если она снова может видеть искры, то браслет, возможно, заработает. Она могла бы попытаться вернуть Пелатине жизнь, которую та у неё украла.
Она уже собиралась окликнуть Пелатину, когда Джесс, следовавшая за остальными через овраг и обратно, нырнула в воду. Неподготовленная Эйми ахнула и сжала рога Джесс. Ветер обдувал её, прижимая мокрую одежду к телу, и она практически подпрыгивала в седле, так сильно дрожала. Всадницы скользили вниз по внутренним скалам Кольцевых гор, и отблески их искр мягко освещали разноцветную чешую их драконов.
Взмахнув крыльями, Джесс выровнялась над крышами и царящим внизу хаосом. Вокруг этих ворот не было такого свободного пространства, как на стоянке для караванов. Склады и мастерские теснились здесь прямо у скал, по крайней мере, так было до тех пор, пока Всадницы и стражники не начали разбирать их, чтобы соорудить баррикаду, насколько это было возможно. Эйми увидела шеренгу стражников, которые, взявшись за руки, пересекали улицу Фисхавн, сдерживая разъярённую толпу. Люди боялись Воинов Пустоты, но мало кто в городе действительно видел их, и в тот момент Эйми могла понять, что они больше боялись бы потерять средства к существованию.
