тогда после нашей ссоры клялся, что расстанется со всеми своими пассиями.
Где-то месяцев через девять после нашей свадьбы, во дворце стали распространятся слухи о неверности Храна. Это продолжалось довольно долго, но я верила, что это всего лишь выдумки притворных, пока не застала мужа и провинциальную баронессу, занимающихся сексом в комнате отдыха. Тогда я устроила скандал, Хран тоже наговорил гадостей, но на другой день пришел и попросил прощения. Мы долго тогда беседовали, муж извинялся, и мне казалось, вполне искренне. У нас начался второй медовый месяц, и вскоре я узнала, что беременна.
Хран был счастлив. Он окружил меня заботой, утверждал, что других женщин ему не надо. В первом варианте будущего я почти всю беременность искренне верила, что муж осознал ошибки, и не станет искать утешения в объятьях любовниц. Графиня Фукуи была первой официальной фавориткой Храна за два года нашего брака. Но даже тогда я надеялась, что муж поймет, как мне больно и изменится.
Даже дожив до тридцати лет, я почему-то не растеряла уверенности в том, что после нашей первой, бурной ссоры Хран действительно не изменял, и в тот период искренне хотел стать хорошим мужем.
Но, оказалось, что он не просто переспал с какой-то женщиной, но и сделал это, не предохраняясь. Как сложно осознавать, что всю жизнь была дурой и верила не тому человеку!
– Я вижу, ты уже прочла последние новости, – послышался голос Аламира.
Надо же, так задумалась, что даже не заметила, как он пришел.
– Оказывается, у него есть бастард того же возраста, что и Георг, – медленно произнесла я.
– Похоже, кто-то из аристократов узнал, что беременная королева пропала и стал донимать Хранвона – поделился предположениями Аламир. – Он искал тебя тайно, но не нашел. Время вышло, ему надо было предъявить либо тебя, либо ребенка.
– И он решил выдать своего бастарда за законнорожденного наследника, – продолжила я. – Но что потом? Поменять детей, если меня найдет? А что делать с этим ребенком? И с его матерью, кем бы она ни была?
– Ничего с его матерью не делать. Дать деньги и попросить на выход. Я уверен, что мама мальчика – служанка, или какая-то простая женщина, на которую можно надавить. Не аристократка, потому что знатная дама на такую замену никогда бы не согласилась.
– Разные бывают случаи. Для мужчины ребенок-бастард – это не так страшно для репутации, как для женщины. Многие дамы пожелали бы избавится от такого дитя.
– Да, но это сын короля. Сомневаюсь, что кто-то из влиятельных аристократов, а во дворце, в основном собираются, именно такие, откажется от ребенка с королевской кровью. Пусть даже бастарда. Мало ли как сложатся обстоятельства.
– Возможно, ты прав.
– Хорошо придумал мерзавец, – сказал Аламир. – Если тебя найдут, то ребенка поменяют, а этого мальчика можно и в приют отдать. Если не найдут, то Хран так и будет всем рассказывать, что королева больна и никак не оправится после родов.
– Знаешь, мне интересно, сколько у него вообще бастардов? Может быть, не один и даже не два. Как знать? Может, он на каждый случай приготовил по бастарду, – как я ни пыталась быть спокойной в голосе проскользнули злость и обида.
Казалось бы, все с Храном понятно, но я думала, что в этом варианте будущего он еще не успел опуститься. Нет-нет, но у меня проскакивала мысль о том, что я поступаю по отношению к нему слишком жестоко. В конце концов, этот Хран еще не предал меня.
Одно радует: после того, что я узнала сегодня, такие мысли больше не возникнут.
– Эля, – тихо обратился ко мне Аламир, – если тебе сложно, давай перенесем разговор с Хранвоном.
– Нет, не стоит, – вскинулась я. – Все нормально. Активируй зеркало связи.
Примерно через час мы смогли, наконец, увидеть Хранвона. В кабинете его не оказалось. Секретарь, что там находился, бросился разыскивать короля, и, вернувшись через пятнадцать минут, попросил связаться снова через полчаса, потому что его величество занят. Пришлось ждать сначала означенное время, а затем еще минут десять, пока секретарь снова бегал за королем.
Такое вступление лишь добавило мне злости и презрения. Уверена, Хранвон сделал это специально.
– Здравствуй, Аламир, – тускло сказал мой супруг. – Неужели информация настолько важна, что ты не мог поделиться ей с секретарем?
Меня он не видел, поскольку я стояла сбоку от зеркала. Но и мне тоже мужа было не разглядеть.
– Приветствую, Хран. Да, важна. Я знаю, где сейчас находится твоя жена.
– Я тоже знаю, где она находится, – усмехнулся супруг. – Королева в поместье близ Итира. Правда, до сих пор чувствует себя слабой после родов. Целители дают благоприятные прогнозы, думаю, скоро Элия переедет во дворец.
Несмотря на слова, что говорил Хранвон, уверенности в его голосе не звучало.
– Неужели? – Аламир презрительно посмотрел на короля Кральна и кивнул мне.
Я подошла и встала рядом с ним так, чтобы Хран хорошо меня видел.
– Вот значит, как... – он явно был удивлен. – Не ожидал от тебя такого. Нет, конечно я знал, что ты мне завидуешь, но не догадывался до какой степени! Украсть мою беременную жену – это даже для тебя...
Хранвон хотел сказать что-то еще, но я прервала его возмущения:
– Меня никто не крал. Я сама ушла.
Правитель Аара отступил чуть назад, словно давая мне слово.
– Что? Сама? Чушь! Ты не могла уйти сама! – заявил муж.
– Это еще почему?
– Потому что у меня есть все, что нужно женщине: власть, красота, богатство. Ты носишь... – Хран внимательно меня оглядел, задержав взгляд на груди, – носила моего ребенка. И, в конце концов, ты меня любишь!
– У тебя устаревшая информация, – поправила я. – Правильнее будет сказать: любила. Теперь нет.
– Не нужно так говорить, я знаю, что любишь! – хитро улыбнулся супруг.
Раньше мне нравилась эта улыбка, но сейчас хотелось хорошенько его стукнуть.
– Просто невероятно! – воскликнула я. – Ты говоришь о любви, а сам только что объявил наследником бастарда! Королевские артефакты показали твою кровь. Ты же обещал мне, клялся, что расстанешься со всеми любовницами! А на самом деле не просто мне изменил, а заделал девушке ребенка! Как ты, король, забыл о предохранении?! Или это планировалось заранее?!
Я чуть задержала дыхание, стараясь взять
