за наставницей.
Закончили мы далеко за полночь. Я еще несколько раз тренировала магический взор, пока совсем не обессилела.
— На сегодня хватит. Я веду записи об успехах всех адептов и вольнослушателей, потом отправляю эти сведения декану факультета, — нейра Лемберт сняла с полки толстый журнал. — Постарайтесь приходить на практику как можно чаще, никто вас гнать отсюда не будет. А еще слушайте лекции и занимайтесь самостоятельно.
— Благодарю за все, нейра Лемберт. Наш урок был очень познавательным, я обязательно вернусь.
Она благосклонно кивнула на прощание.
Удалось поймать извозчика, который за скромную плату доставил меня до дома нейры Мирилис. Кажется, я даже уснула по пути. Едва переступила порог, как навстречу вышла хозяйка в ночной сорочке и чепце.
— Ты где была, Аннис? Я не могла уснуть, зная, что ты еще не вернулась!
— Простите, не смогла предупредить, что задержусь.
Наверное, бабуля не могла обойтись без сказки на ночь, потому и ждала меня.
— Они там что, озверели со своими лекциями? — нейра Мирилис округлила глаза и недовольно поджала губы, а потом ехидно поинтересовалась: — Или ты на свидание бегала?
Пошатываясь от усталости, я рассказала о госпитале и первых успехах. Она покачала головой, но было видно, что старушка за меня рада. Потом присела на диван и принялась вещать:
— Учись-учись, статус магички вознесет тебя вверх по социальной лестнице, Аннис. К тебе будут обращаться не иначе как нейра, а еще ты станешь завидной невестой, — и хитро подмигнула.
Нейра? Замуж? Хм, интересные перспективы.
— Но я пока не думала о замужестве!
Куда уж, тут бы с остальными проблемами разобраться. Да и в отношениях с мужчинами у меня никогда особо не ладилось. Конечно, я пыталась, даже испытала юношескую влюбленность, но ни с кем никогда не жила даже гражданским браком, не говоря уж о штампе в паспорте. Потом я поняла, что меня сдерживало. Испытав самое страшное для ребенка предательство — предательство родителей, я боялась любить и привязываться. Этот страх жил в подсознании и был неискореним.
— А стоило бы. Для начала тебе надо заботиться о своей репутации, никаких сомнительных связей… но-но, не перебивай, я не закончила. Женщина-целитель — это лакомый кусочек для любого мага.
— Почему?
От этой новости даже усталость отступила и взыграло любопытство.
— Потому что брак с вами позволяет избежать магического выгорания. Вы в буквальном смысле дарите и продлеваете жизнь. Мужчины-целители такой способностью не обладают.
Я попыталась осмыслить сказанное, вспоминала, что нейра Мирилис рассказывала о выгорании.
— Когда придет время, то сама займусь подбором жениха для тебя. Женщина я опытная, имею кое-какие связи…
— Нейра Мирилис, — я попыталась остановить вошедшую в раж бабулю, но она уже загорелась так, что не потушить.
— Соединить два сердца — это же прекрасно! Мои сыновья давно и глубоко женаты, а внуки еще малы. Но я найду достойного претендента, не переживай.
— Спасибо за вашу доброту.
Я, и правда, была ей благодарна. Она не обязана была обо мне заботиться, и все же проявляла огромное участие.
— Хорошо, когда есть, о ком заботиться, — произнесла она серьезным тоном. — Иначе жизнь бессмысленна. А теперь иди спать, тебе надо восстановить силы. Утром натрешь мне поясницу медвежьим жиром, хорошо, дорогая?
Глава 18
Утром я обнаружила прикорнувшего под боком Уголька. Явился не запылился! Кот лениво приоткрыл один глаз.
— Долго же ты проспала, утро давно наступило.
— Ты тоже проспал все самое интересное, дружочек, — ответила в его тоне и рассказала обо всем, что случилось ночью. — Почему ты все время прячешься? Настолько боишься нейта Шерриана? Может, натворил что-то?
Уголек никак не желал “раскалываться”, но обещал, что с этих пор будет сопровождать меня хотя бы на целительскую практику.
— И если я срочно тебе понадоблюсь, ты просто можешь призвать меня, потянувшись мысленно. После нашего договора между нами установилась ментальная связь.
Я решила испытать ее при первом удобном случае. А спустившись в гостиную, обнаружила нейру Мирилис. Добрая женщина преподнесла мне новый подарок. Она велела Лалли найти и привести в порядок платья ее дочери, которые та носила в девичестве.
— Моя Эстелла давно здесь не живет, но рука не поднималась раздать или выбросить эти вещи.
Ее дочь вышла за боевого мага и жила с мужем на заставе. Сыновья были магами земли и тоже служили вдалеке от дома. Служба не позволяла надолго покидать пост, они навещали мать редко, и старушка всегда с нетерпением ждала визитов родных.
Потом мы вновь занимались письмом и чтением, у меня был хороший стимул, и я медленно, но все-таки осилила несколько страниц “Введения в целительство”. Времени было до вечера, потом предстояло дежурство в лечебнице. Я поймала себя на мысли, что соскучилась по детям. А еще из головы не шел образ молчаливой Эллин.
— Вы говорили, что брак с целительницами помогает избегать магического выгорания. А как это работает? — спросила я у Мирилис, когда та возилась с цветами в розарии.
— Просто нужна любовь, искренние чувства, близость телесная и душевная… ох, я уже так давно не вспоминала о таких вещах! — старушка зарделась, а потом вдруг распахнула глаза в удивлении. — Кого я вижу? Неужели это любимый котик моей подруги?
Оказалось, Уголька приманили ароматы, доносившиеся с накрытого стола, и он выполз из своего убежища. Хорошо, что не показал сразу своих воровских замашек и просто замер рядом, поглядывая на тарелку с видом голодного ангела.
— Теперь это мой фамильяр, его зовут Уголек, — сказала я гордо.
— Иди же сюда, пушистик! — Мирилис погладила довольно урчащего кота за ухом и дала ему ломтик поджаренного бекона. — Но Матильда звала его по-другому.
— Аннис! — послышался звонкий голос Лалли. Служанка махала мне с тропинки, ведущей в розарий. — Там к тебе пришли!
Мы с нейрой Мирилис удивленно переглянулись. И правда, кому я нужна в этом огромном городе? Что за гость?
— Ну иди, чего ты ждешь? — старушка взмахнула рукой. — Опять ведь куда-то убежишь, а мне опять скучать одной. С Лалли особо не поболтаешь.
Я поспешила к калитке, ломая голову, кто это может быть. Посланник из Академии или лечебницы?
Но я ошибалась. Стоило увидеть знакомую макушку, припустила еще быстрей, а сердце радостно забилось. Уголек, тряся откормленными боками, спешил следом.
— Лик! Вот это сюрприз!
Мы
