Лишь перед самым Бордо денежный след оборвался. Но Охотник уже знал главное. Мадемуазель Беро едет не в Испанию. Ее целью является именно Бордо. Однако найти девчонку сразу не удалось.
— Комитет общественной безопасности! — Охотник совал в лицо хозяевам гостиниц бумагу, удостоверяющую эти слова, и ему немедленно предоставляли всю информацию по каждому из гостей.
Никакой Анжелики Беро или графини д’Ами.
Охотник наведался в порт и затребовал списки пассажиров — пусто. Он объехал все стоянки экипажей, но никто не помнил девушки с такой внешностью. Охотник даже обратился в мэрию и зашел в каждую местную коммуну — безрезультатно.
Ему пришлось обращаться к руководителю местной агентурной сети Аббата. Охотник этого не любил, но что он мог сделать? Анжелика Беро словно провалилась под землю.
Адриан принял решение мгновенно, едва сообразил, куда все движется.
— Ничего не разгружать! — грохоча ботинками по дощатому причалу, на бегу еще издали закричал он. — Все назад!
— Но, мсье, вы уже дали приказ о разгрузке вашего табака. Обратная процедура невозможна! — возразил ему сопровождающий.
Его тут же поддержали капитаны кораблей:
— Вы не оплатили ни хранения табака на судах, ни его дальнейшей перевозки!
— В документах указано, что пункт назначения — Бордо!
— Забирайте ваш груз, и мы в расчете.
Адриан стремительно перебирал все возможные варианты и пока видел только одно: в Бордо оставлять табак никак нельзя. Потом к старшему каравана подбежал служащий порта, затем подтянулись еще несколько человек, по виду — юристы.
Наконец Адриан услышал то, что вообще смешало все его карты:
— Корабли арестованы.
— Кем? — не понял Адриан.
— Кем? — зашумели капитаны.
— Кем? — удивился человек, сопровождающий груз.
— Мистеру Хендерсону предъявлено требование о немедленной уплате, — громко, не терпящим возражений голосом объявил один из юристов. — Поскольку в срок, оговоренный документами, мистер Хендерсон прибыть в Бордо не успевает, флот переходит к новому владельцу.
Поднялся жуткий шум. Адриан, мигом потерявшийся в этой каше, понял, что медлить нельзя.
— И что мне теперь делать? — Он схватил юриста за плечо и рывком притянул к себе.
— А вы кто?
— Я — владелец всего груза! — зарычал Адриан. — И я не потерплю…
Юрист скривился и заявил:
— Только не надо на меня орать, юноша. Хотите потягаться с французской Ост-Индской компанией? Ну так идите и тягайтесь! Я-то здесь при чем?
Адриан хорошо представлял себе, каково спорить с Ост-Индской компанией. С равным успехом цыпленок мог подраться с быком. Но выбора у него не было.
— Где их представительство?
Но юриста уже кто-то рванул и потащил куда-то в сторону. Адриан развернулся и, грохоча ботинками по черным доскам причала, снова помчался в порт.
Терезия долго не могла поверить в реальность того, что видела. Ее подруга детства, словно фея, вытащила из рукава волшебную палочку и легонько взмахнула ею. Флот, хоть сейчас готовый к отправке в Индию, да еще под флагами нейтральной страны, немедленно появился. Анжелика видела каждую стадию настроения своей приятельницы, от насмешки, недоверия и недоумения до неистового восторга.
— Отец! — заорала Терезия и бросилась к дверям. — Стой, не уходи! Мы спасены!
И дело завертелось! Тут же появились простые юристы, затем пришли их начальники. После них пожаловал и отец Терезии, седой, представительный Франсиско Кабаррюс.
— Здравствуйте, мсье! — Анжелика улыбнулась.
Бывший испанский посол во Франции прищурился и узнал ее.
— Здравствуй, Анжелика. Ты выросла и похорошела. Как отец?
Девушка опустила голову и ответила:
— Он погиб, мсье Кабаррюс. У вас, в Испании. Инквизиция.
Старик нахмурился.
— Сожалею. Я сам три года назад вышел из мадридской тюрьмы. Нашей церкви не нравятся идеи Просвещения, да и новому королю тоже. Давайте пройдем в большую залу, там отличный вид из окна.
Анжелика кивнула, последовала за ним, но села в сторонке. Они теперь замечательно справлялись и без нее. Собственно, не прошло и полутора часов, как все было завершено. Даже капитаны получили ясный ответ юристов на каждый свой вопрос.
— Хочу сказать главное, мадемуазель Беро. — Мсье Кабаррюс поднялся из-за стола. — Наша семья ценит добро, сделанное нам. Помните об этом. Я обещаю вам, что ваш отец будет реабилитирован. Это самое малое, что я могу для вас сделать.
Анжелика вытерла слезы, подступившие к глазам. Старик подал знак, и все люди, сидевшие за огромным дубовым круглым столом, поднялись, выражая ей уважение и благодарность.
— Где это! — заорал кто-то сзади. — В сторону, я сказал!
Стулья загрохотали, чиновники компании, только что исполненные торжественности и даже пиетета, обернулись. Створки дверей разлетелись в стороны. Два клерка висели на плечах молодого растрепанного человека, а он все тащил и тащил их на себе, рывками продвигаясь в центр зала.
— Бог мой! — Анжелика вскочила. — Адриан Матье?! Что вы здесь делаете?
Адриан замер. Обладательнице этого голоса здесь делать было нечего. Он повернулся, уперся взглядом в Анжелику Беро, привставшую из-за стола, не поверил, моргнул и пришел в себя. Это дело ее не касалось.
— Кто новый хозяин флота мистера Хендерсона? — спросил молодой человек.
— Я.
Адриан замер. Ему ответила именно Анжелика.
— Вы-то сами кто, юноша? — вмешался какой-то старик. — И что вам за дело до этого флота?
Анжелика вздохнула, повернулась к старику и пояснила:
— Это мой бывший жених, мсье Кабаррюс. Его имя Адриан Матье.
— Я единственный владелец всего табака, находящегося на кораблях! — стряхивая с плеч клерков, с напором заявил Адриан.
Старик задумался, глянул на Анжелику, затем на него, юристов и чиновников, сидящих за столом.
— Спасибо. Все свободны. Это уже семейное дело, — проговорил он.
Они остались впятером: Адриан, Анжелика, мсье Кабаррюс, его дочь Терезия и семейный секретарь, замерший в сторонке.
— Чего вы хотите, мсье Матье? — первым делом поинтересовался Кабаррюс.
Адриан замер. У него не было нужного ответа. Выгрузить табак в Бордо ему не дадут. Склады заняты. Пойти на условия местных перекупщиков означало остаться ни с чем. Но и заплатить за перевозку в другой порт ему было нечем. Тех денег, которые у него оставались после покупки табака, на фрахт не хватало.
— Что ж, денег, чтобы осуществить перевозку табака в другой порт, у вас нет, — заявил старик.
