взяла с собой. Девушка из аптеки — ее единственный шанс добыть прямые доказательства, вот только времени у Иглы остается все меньше и меньше. Она должна что-то придумать и срочно. Перебирая прихваченные с собой талисманы и артефакты, колдунья внезапно наткнулась на куколку с одним большим глазом, занимающим почти всю голову. Если пропитать нарисованное око кровью, то кукла покажет столько воспоминаний донора, в обратном порядке, сколько успеет, пока кровь полностью не засохнет. Эффект недолговременный, но ничего более подходящего у охотницы просто не было. Сделав надрез на пальце девушки, Игла собрала кровь в пробирку. Уничтожив улики собственного присутствия, охотница развеяла охранный круг, а затем легонько уколола жертву в точку на мочке уха. Девушка вздрогнула и застонала, но Игла скрылась раньше, чем та успела окончательно прийти в себя.
Теперь оставалось лишь найти подходящее укрытие для просмотра воспоминаний. Дома в собственной комнате слишком опасно, так что Игла даже не рассматривала такой вариант. Вместо этого она отправилась на ближайшее кладбище. Захоронение было старым, но хорошо известным колдунье, среди могил возвышался небольшой склеп, в котором часто собирались готы. Растущие в беспорядке деревья обеспечивали неплохую маскировку, и все же девушка внимательно оглядела окрестности, прежде чем присесть на колени и нащупать консервную банку в кустах рядом с дверью склепа. В ней хранился дубликат ключа, изготовленный неформалами. Внутри могильник выглядел таинственно и мрачно. Стены и пол были исписаны псевдомагическими формулами и заклинаниями, выступы украшало множество свечных огарков. Потеки воска и парафина порою застывали в весьма причудливых формах, играя на руку богатому воображению здешних завсегдатаев. В стенах склепа регулярно проходили сеансы спиритизма, ясновидения и призыва всяких потусторонних сущностей. Присутствуя на подобных сборищах, колдунья тщательно следила за тем, чтобы у горе-заклинателей ничего не вышло даже случайно. Девушка полагала, что для друзей будет куда лучше, если магия, монстры и прочие составляющие ее обыденной жизни, так и останутся для них недостижимой сказкой.
Создав освещение с помощью амулета, колдунья приступила к ритуалу. Пара уколов иглой оживили куколку. Теперь оставалось только смочить ее кровью из пробирки. Вскоре большой глаз начал светиться, а затем выпустил поток света, проецируя изображение на стену. Перед колдуньей разворачивались воспоминания ее жертвы в обратной перемотке. Вот угол, за которым колдунья напала на нее. А вот крыльцо аптеки. Девушка открывает дверь на улицу. Отворачивается от прилавка. Прощается с женщиной средних лет в окошечке кассы. Разговаривает с ней. Игла прикусила губу от досады и нетерпения. Ее шанс на успех, единственное добытое доказательство, грозит рассыпаться в прах. Когда же она увидит исследовательницу? И увидит ли вообще. Колдунья сжала руки в кулаки, ногти больно вонзились в ладони. Кровь на куколке мало по малу высыхает. Похоже, она никого не успеет увидеть, кроме этой женщины, что осталась за кассой. Приглядевшись к ней повнимательнее, Игла заметила бейджик. Последняя капля крови засохла, изображение дрогнуло и пропало, но колдунья успела прочитать первые буквы имени: «Лупа…».
Глава 7. Тайное становится явным
Гештальт
Охотник сидел за компьютером и недовольно постукивал пальцами по крышке стола. День совершенно не желал подчиняться желаниям сталкера с самого утра. На пробежке он заметил неработающий маячок и в результате вместо разминки провозился с его заменой все утро. Хуже того, в булочной успели разобрать все пончики, так что пришлось довольствоваться круассанами. Вернувшись домой, Гештальт обнаружил, что Игла уже успела куда-то сбежать, не удосужившись взять с собой даже телефон. Между тем он собирался серьезно поговорить с колдуньей по поводу ее подпольной деятельности. Сталкер сам не был связан с движениями охотников и не хотел, чтобы с ними связывались его напарники. «Освобождение» и прочие ему подобные объединения ничем не могли помочь нелюдям, а лишь создавали проблемы, провоцируя Организацию на ужесточение контроля.
Однако Игла сбежала, так что читать нотации было некому. Выругавшись сквозь зубы, Гештальт твердо решил не спасать ее на сей раз, в какую бы передрягу не влезла напарница. К счастью, поздно вечером колдунья вернулась сама и тут же заперлась на кухне, выгнав всех любопытствующих. Серьезный разговор вновь откладывался. Маятник на удивление все время вел себя тихо и фактически не выходил из комнаты. В общем, день прошел совершенно бездарно. В довершение всего линкор сталкера сел на мель вблизи островка и стал легкой жертвой для эсминцев, которые не преминули нашпиговать его торпедами. Бой был проигран, причем довольно глупо. Разочарованно вздохнув, охотник выключил компьютер и уставился в окно.
По небу растекались закатные отблески, подкрашивая облака в розовый цвет, но самого солнца не было видно из-за домов. Вечер выдался непривычно тихий. Детвора уже вернулась домой, а веселые компании студентов, видимо, решили сменить место своей дислокации. Даже ветер, словно проникшись всеобщим безмолвием, едва шевелил листву. Однако пасторальная картина ничуть не умиротворяла сталкера. Ему удалось обмануть чистильщика, использовав технику коррекции памяти, и даже восстановить закрытые воспоминания, но лишь по чистой случайности. Решится ли он прибегнуть к ее помощи еще раз? Гештальт не знал. С одной стороны, теперь, осознавая всю опасность техники, он мог заготовить «ловушки», что приведут к попытке развеять ее. С другой стороны, какова вероятность, что он снова сможет решить ребус? Зная себя, сталкер понимал, что косвенных подсказок будет недостаточно, чтобы спровоцировать его на активные действия. Да и какой прок от редактирования собственной памяти, когда допроса Иглы будет вполне достаточно, чтобы списать напарников.
Еще раз вздохнув, Гештальт отвернулся от окна. Если Маятник задумает его допросить вновь, проще будет избавиться от чистильщика, чем переписывать себе память. Удастся ли все спихнуть на несчастный случай? Контролер ведь все-таки проявил интерес к охоте. Значит, шансы отмазаться будут. Впрочем, нет, это самообман. Смерть чистильщика будут расследовать, следовательно, в регион прибудут новые контролеры, а может даже и телепаты. Вот ведь проклятие! Сталкер невольно сжал руки в кулаки. Знать бы еще, зачем Маятник в действительности приехал. До сих пор он не слишком-то старательно вел расследование. Скорее прохлаждался, словно на курорте, а не на работе. В одном охотник был согласен с Иглой: чем дольше он наблюдал за контролером, тем больше странностей подмечал и тем меньше верил словам чистильщика.
Щелкнув, открылась дверь кухни. По квартире распространился аппетитный запах жаркого и овощного гарнира. Мысли сталкера сами собой перешли на еду. Обычно Игла не упускает случая припахать свободные руки к домашней работе, а сегодня сама выдворила напарника вон. Интересно, что она задумала? Оставалось надеяться, что ей хватит ума не травить чистильщика. А
