мозаика. Тарантул мертв. Резчик выследил его в катакомбах и пришел в гнездо. Он быстр, силен и безжалостен. Он внушает ужас и несет смерть. Вспышка наверняка погибла бы там, если бы не Вдова. Измененная единственная не потеряла голову. Она умудрилась силком вытащить Вспышку и выбраться сама, даже получив серьезное ранение. Кое-как перевязав паучиху, девушка отправилась на охоту, ведь без мяса той было не выжить, а сама она была слишком деморализована, чтобы воспользоваться шансом к бегству. Глубоко вдохнув последний раз, Вспышка закрыла подъезд и поднялась обратно в квартиру. Входная дверь была распахнута, в большой комнате Вдова с паучьей деловитостью снимала с жертв одежду.
— Дверь закрой, — приказала она, не оборачиваясь.
Вспышка молча повиновалась. Затем завернула на кухню и взяла там большой тесак для рубки мяса. С ножом в руке, на ослабевших после всего пережитого ногах она вернулась в комнату, полную трупов. Вдова уже приступила к кровавой трапезе, не утруждая себя использованием столовых приборов. Она просто отрывала куски мяса своими зубами, благо те уже видоизменились. От этого зрелища девушку порядком передернуло, в образе Вдовы не осталось ничего человеческого, сейчас она была всего лишь монстром. Обернувшись, женщина бросила быстрый взгляд на Вспышку и лишь хмыкнула, заметив тесак:
— Хороший инструмент. Но мне так привычнее.
— Скажи, это был Резчик, там в гнезде?
Тяжко вздохнув, Вдова оторвалась от еды:
— Да, это был он. Хочешь знать, что это такое?
Девушка быстро кивнула.
— Никто доподлинно не знает. Он очень быстр и силен. Впрочем, ты и сама заметила. Особенность Резчика в том, что эта тварь довольно-таки умна и напоминает человека, в отличие от многих других монстров. Ко всему прочему, к нам этот урод испытывает особенную привязанность. Он охотится на измененных и жестоко расправляется с теми, кого поймает. Ходят слухи, что раньше Резчик сам был измененным, одержимым идеей найти того, кто это сделал с ним. А потом отчего-то превратился в монстра. Но как по мне — все это полная брехня. Теперь довольна?
— Вполне, — Вспышка приблизилась к телам. Вдова с довольным урчанием вернулась к своей жуткой трапезе. Сдерживая дрожь, девушка высоко подняла тесак, а затем со всего маха вонзила его в шею паучихе. Лезвие застряло в позвоночнике, и Вспышка еще успела увидеть изумленные глаза измененной, прежде чем та отправилась вслед за собственными жертвами.
— Вот и все. Мы остались одни. Я смогла справиться даже без тебя. Впрочем, ты ведь все равно не можешь ответить, — Вспышка ухмыльнулась, но затем, не сдержавшись, расхохоталась во весь голос. — Отчего же ты не остановила меня, Голод? Отчего не спасла своего? Что с тобой стало? Неужели так сильно испугалась, что до сих пор не можешь прийти в себя? Молчишь? То-то же!
Закончив монолог, Вспышка принялась раздеваться. Оставшись голышом, она закинула пропахшую дымом, потом и кровью одежду в стиральную машину, а сама принялась деловито расчленять один из трупов. Голод никак не проявляла себя, но голод терзал ее изнутри. Рот наполнялся вязкой слюной. Сводило челюсти от одного вида человеческой плоти и запаха крови. Ее руки тряслись, пальцы, вымазанные в крови, скользили по рукоятке тесака, но на лице девушки не дрогнул ни единый мускул, когда она заносила руку для очередного удара. Набрав достаточно, она отнесла мясо на кухню, после чего плотно закрыла дверь в комнату с трупами, для верности забаррикадировав ее шкафом-прихожей. Нет, она не верила, что тела восстанут для свершения мести, просто в какой-то момент девушке стало жутко входить в ту комнату.
На кухне было полно продуктов. Видимо, хозяева планировали растянуть вечеринку на все выходные. Под ненавязчивое бормотание телевизора Вспышка пустила часть мяса на запеканку, другую часть пожарила, а отдельные куски, не удержавшись, съела сырьем. Когда с готовкой было покончено, девушка отправилась в ванную. Следовало отмыться самой. Упругие струи душа приятно массировали тело, смывая кровь, усталость и страх. Девушка провозилась в ванной не меньше часа, с наслаждением натирая кожу мочалкой и вдыхая сладковатый запах шампуня. После душа ей оставалось лишь развесить свою одежду на просушку, да открыть найденную бутылку вина, прежде чем приступить к ужину. Вспышка удобно устроилась в кресле перед телевизором. По ящику шли какие-то комедии, в меру глупые и достаточно смешные, чтобы не вызывать раздражения. Девушка поглощала блюда с пугающей скоростью, удивляясь, как только в нее влезает еда, после всего, что случилось. Наконец, насытившись, она уставилась в телевизор тяжелым осоловевшим взором с бокалом вина в руке. Глаза ее лениво продолжали следить за мельтешением на экране, но мозг уже не воспринимал увиденное. Через несколько минут девушка крепко уснула.
Утро принесло яркий свет, легкую прохладу и блокнот на столе с вопросом, выведенным ее почерком:
«Зачем ты убила Вдову?»
— Вернулась, значит, — проворчала Вспышка. — Как только жаренным запахло, сразу убралась, а теперь вы посмотрите, тут как тут.
«Резчик напугал нас обоих. А потом был тот странный дым, что ты вдыхала. Из-за него я не могла ничего поделать», — рука сама собой потянулась к карандашу.
— Оправдывайся сколько хочешь. Мне надоело быть зависимой. Быть в плену. Сначала у охотников, потом измененных. Это не то, чего я хочу. И ты мне не нужна. Я вполне способна сама постоять за себя и без твоей помощи!
«Не глупи. Мы уже одно целое. Мы в одной лодке. Я не собиралась вредить тебе. Люди — стадные существа, вот я и хотела определить тебя в группу, ведь так проще выжить».
— Плевать мне на твои соображения. Я до сих пор не знаю, что ты есть. И не могу доверять тебе. Я обойдусь… — слова застряли у Вспышки в горле. Она вновь ничего не могла поделать. Все тело от мизинца до гортани предало ее.
— Глупо, — произнесли ее губы чужие слова. — Мы могли бы сработаться, но ты чересчур эмоциональная. Теперь я возьму контроль на себя. Заставлю тебя подчиниться сейчас и потом.
Голод достала остатки вчерашнего ужина и съела их, запивая вином. Она одела Вспышку, после чего стремительно покинула квартиру. Оказавшись под солнцем, Голод лишь поглубже натянула капюшон и стремительным шагом двинулась в неизвестном девушке направлении. Измененная избегала людных улиц, стараясь пробираться дворами, несколько раз чуть было не попала под машину, перебегая дорогу, однако упрямо двигалась к неведомой цели. Вспышке казалось, что той руководил инстинкт, притягивавший Голод к неведомому месту, словно магнит. Возможно, так оно и было. Места назначения девушка достигла лишь к вечеру. Им оказался очередной долгострой, на сей раз жилого дома.
Быть наблюдателем в собственном теле
