По окончании первой мировой войны он возвращается на родину. Впереди огромная работа, которая должна выполняться эффективно, но совершенно секретно. Канарис накопил достаточно серьезный опыт подобной деятельности. Поэтому исполняющий обязанности военного министра Веймарской республики Густав Носке берет его к себе адъютантом.
Работа идет действительно большая. Именно тогда началась организация Добровольческого корпуса, в чем Канарис принял самое активное участие. Шла безжалостная борьба с «предателями-коммунистами». Канарис и тут не остается в стороне: он стал одним из главных организаторов убийства Карла Либкнехта и Розы Люксембург, а затем вместе с прокурором Куртом Йорнсом провел «следствие» по этому делу столь блестяще, что виновные отделались лишь порицаниями в приказе.
Политическое лицо Канариса того периода определить довольно сложно. Он или тщательно скрывает его даже от самых близких людей, или действительно находится в поиске. Его не привлекают ни коммунистические, ни монархические идеи. Концепции нацизма или демократии ему тоже не очень нравятся. В 1920 году он становится участником капповского путча. Учитывая, что задачей капповских заговорщиков было установление военной диктатуры, можно предположить, что более всего Канарис в тот период был склонен поддерживать государство, в котором верховная власть принадлежала бы офицерству.
Можно сказать, что Канарис был самым благородным представителем пруссачества, рассматриваемого как цельный образ жизни, как незыблемое мировоззрение, и в то же время был самым двуличным офицером германской армии. Самое удивительное, что это двуличие порождалось искренностью Канариса, пытавшегося действовать в соответствии с дисциплинарными нормами офицера и жить по законам офицерской чести. В результате получалось, что он безупречно выполнял приказы, даже когда был с ними не согласен, и старался оптимально планировать задания для своих подчиненных. По воспоминаниям создателя послевоенной германской разведки Рихарда Гелена, «для Канариса были характерны не только глубокая религиозность и безупречное поведение офицера, но и высокая образованность, далеко превосходящая уровень, имевшийся у высшего офицерства». Ему всегда было трудно найти себе достойного собеседника. Вряд ли среди участников провалившегося путча у Канариса было много единомышленников, таких же страстных приверженцев офицерской чести. В толпе заговорщиков он, скорее всего, был одинок. После подавления восстания провинившегося адъютанта военного министра быстро перевели в военно-морской флот. Там он прослужил три года, честно выполняя повседневные обязанности, ничем не выделяясь и не привлекая к себе внимания.
С приходом к власти нацистов Канарис решает, что достаточно отсиживался на дне.
И он всплывает на поверхность политической борьбы. К нему обращаются за советами такие разные люди, как министр иностранных дел Эрнст фон Вейцзекер, заместитель фюрера по партии Рудольф Гесс, германский посол в Риме Ульрих Хассель. Все чаще он заходит в гости к бывшим сослуживцам, которые теперь занимают кабинеты в генеральном штабе.
По условиям Версальского мирного договора Германии не позволялось иметь разведывательные организации. Исключением оставался абвер, на который возлагались функции военной контрразведки в вооруженных силах. В самом начале 1935 года начальником абвера становится Фридрих Канарис. Перед собой он ставит задачу восстановить все агентурные сети, которые когда-то были налажены по всему миру. Он организовывает переписку своих агентов в Германии с немецкими общинами за границей, способствует возрождению национальных групп в других странах. Все это камуфлируется как налаживание международных культурных связей, встречи обществ любителей немецких песен и танцев, обменные поездки небольших коллективов от разных земель. Такая работа ведется открыто, даже с большой долей демонстративности, но результаты, разумеется, известны только верхушке рейха. После ухода Бломберга и Фрича в отставку абвер становится частью верховного командования вооруженных сил, и Канарис автоматически возглавляет иностранный отдел Верховного главного командования вооруженными силами Германии (ОКБ).
С 1938 года он активно занимается преобразованием абвера из органа, собирающего нужную информацию, в мощную организацию, способную влиять на жизнь стран всего мира. К тому же теперь у него появилось несколько конкретных задач: обеспечивать секретность приготовлений Германии к войне и проводить подготовку к «блицкригу», то есть вносить хаос и неразбериху в войска и военную промышленность тех стран, на которые вермахтом намечено нападение.
Для этого он разделил свой центральный аппарат на пять отделов. Первый традиционно добывал информацию о военно-экономическом положении потенциального противника. Здесь были специалисты как по отдельным регионам и странам, так и по различным видам вооружения. Второй отдел занимался более активной и заметной деятельностью, а именно, организацией диверсионно-террористических операций. Другие работники этого отдела обеспечивали необходимое снабжение прогерманских группировок, «заграничных немцев», эмигрантских и националистических организаций, то есть всех, кто позднее стал входить в знаменитые «пятые колонны». Третий отдел должен был продолжать дело донацистского абвера, то есть осуществлять военную контрразведку и политический сыск в вооруженных силах. Этот же отдел разрабатывал операции по дезинформации иностранных разведок, следил за лагерями для военнопленных, вербовал там будущих агентов. Четвертый отдел выискивал, добывал ценную информацию, штудируя иностранную прессу, литературу и прослушивая радиопередачи, а также общаясь с германскими военными атташе за границей, деятельностью которых управлял. Наконец, в обязанности центрального отдела входило вести главный архив абвера и картотеку его агентов.
Список агентов был довольно велик. Канарис создал широкую шпионско-диверсионную сеть практически во всех странах Европы, Азии, Африки и Америки. Легенда связывает его имя с первой вербовкой известной шпионки Маты Хари. Безусловно, это легенда, поскольку мифическая шпионская деятельность этой известной, но никогда по сути дела шпионажем не занимавшейся танцовщицы относится к тому периоду, когда Канарис с разведкой еще не был связан. Но живучесть слухов об этом, разумеется, основывается на том, что масштаб реальной работы адмирала с агентами был очень велик.
Канарис принимал участие в разработке и осуществлении гитлеровских агрессивных планов. Еще во время формирования добровольческих корпусов он познакомился с капитаном фон Хиппелем, ветераном оперотрядов, воевавших во время первой мировой войны в районе Танганьика. В 1935 году Кана-рис пригласил его на пост советника абвера по партизанским операциям. И адмирал, и его капитан были уверены, что методы «коммандос», испытанные когда-то в Африке, могут найти применение и в Европе. Они не сомневались, что в недалеком будущем Германии потребуются партизанские соединения, «коммандос» — элитные формирования со специальной подготовкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
