протянула я.
-Не знаю, - равнодушно ответила демоница. – Келлфер повелел привести вас сюда. И предупредить, что если кто-то касается ока, башня закрывается, чтобы смотрящий не был беззащитен, и тогда весь флигель можно только уничтожить. Раз вы нужны живой, пока пользуетесь артефактом, никто не войдет к вам. Удобно быть ценной, верно?
Значит, и Ми считала, что демон не причинит мне вреда. Это обнадеживало.
-Пользоваться оком опасно? – уточнила я, обходя зеркало по кругу и не понимая, почему плоский артефакт, острый, изрезанный рунами край которого я отлично видела, все время оказывался ко мне своей блестящей плоско-изогнутой поверхностью, словно поворачивался вместе со мной.
-Да, - спокойно подтвердила Ми. – Можно потеряться в разуме того, с кем пытаешься связаться, и не вернуться. Впрочем, мой дядя-человек освоил око очень быстро. Вам бы я порекомендовала спешить. Лорда нет уже почти час, а он не оставляет свой замок больше, чем на полтора.
Что-то вроде портальной почты, значит. Подумать о том, кому хочешь передать весточку. Звучит не слишком сложно.
Я сосредоточилась – и положила ладонь на текучую поверхность артефакта. И тут эр-лливи загорелась во мне, прокладывая путь сквозь темноту межмирного пространства.
.
«Келлфер».
Башня исчезла.
Мгновение – и я увидела перед собой храм. Настоящий храм, каких в Империи, тысячи лет назад очистившейся от демонических культов, не строили столетиями. Закатное солнце красным нимбом венчало белую круглую крышу с тремя пиками, а фасад здания погрузился в тень. Широкая прямая лестница вела наверх – туда, где распахнулись громадные двери во тьму. И там, в съедающем свет дня проеме, стояла Теа.
Она больше не выглядела старушкой. Теперь весь ее молодой облик полнился силой и достоинством, властью и безумием. Огненные волосы, заплетенные в сложные косы по традиции степей, змеями спадали на высокую грудь и торжествующе развернутые плечи. Теа простирала руки над толпой, склоняющейся перед ней, как перед богиней. В карих глазах светилось ликование.
-Я рада приветствовать каждого из вас, - наполнилась площадь Цветочной долины ее голосом. – Сегодня – великий день. Храм света открывает для вас свои двери. Первый, но не единственный. Вместе мы изменим мир к лучшему. Сейчас вам кажется, что у вас слишком мало сил, но не бойтесь: я помогу вам. Тому, кто искренне желает впитать в себя свет, он дает возможности, тысячекратно превосходящие человеческие.
Толпа загудела. Мой взор выцеплял из пестроты отдельные лица, узнавая их: у подножия лестницы стояли именитые, включая желтого и синего герцогов. Они о чем-то негромко беседовали: иссушенное лицо Дариса Верониона, очень красивое, странно знакомое, отчего-то вызывало у меня сильнейшую злость, а исчерченное морщинами жестокое лицо Тана Стелера – наоборот, смутную снисходительную симпатию. Вокруг них полукругом расположились шепчущие, взиравшие на Теа кто с подозрением, кто с обожанием.
Я никогда не видела синего герцога Тана Стелера и не узнала бы его.
Поэтому сразу поняла, что это значит: я смотрела глазами Келлфера. Дикое ощущение – и радость, что у меня что-то получилось, причем с первого раза.
-Не ведитесь! – прокричал кто-то.
Я вдруг поняла, что это я мысленно прошептала формулу заговора, и нарушитель спокойствия осел на землю, умирая. Я даже не повернула головы – Келлфер не повернул, - чтобы убедиться, что все свершилось. Человеческую жизнь отбирать было не сложнее, чем ломать травинку.
-Теперь я обращаюсь к шепчущим, - понизила голос Теа. – Я жду в первую очередь вас. Нам дана судьбой сила создать мир таким, каким мы хотим его видеть, так что довольно жить, не принося пользы. Время решать, на чьей вы стороне. И если ваш путь – тьма, вас ждет служение или смерть.
Келлфер раздраженно усмехнулся. Я ощутила, как дернулся уголок его губ, услышала резкий выдох.
Служение или смерть… Не может же Теа его поставить на колени перед ними всеми?! Или казнить?!
Он должен знать, что Ми вывела меня, что демона нет в замке!
«Келлфер, это я, Лариана! Я здесь! Пожалуйста, услышьте меня! Пожалуйста!» - мысленно взмолилась я.
Келлфер тем временем подошел к лестнице. Повинуясь жесту Теа, он развернулся спиной к храму – и я наконец увидела его глазами всю толпу. Тысячи людей! Мужчины, женщины, старики, дети... Безымянные в простых нарядах и роскошно одетые именитые, вокруг которых теснилась свита. Шепчущие и простые люди.
Большинство стояли, склонив головы, кто-то – на коленях. Среди разноцветного вороха тканей выделялись простые белые льняные одеяния наставников и учеников Обители. Эти гордо оглядывали толпу. Вслед за Келлфером я внимательно следила за ними: каждый второй светился не как человек. С`аары.
Сколько времени прошло?! Когда они успели?! Всего за неделю… десятки ритуалов.
-Я предлагаю вам присягнуть свету прямо сейчас, - сказала Теа.
Послышался шепот.
«Келлфер!!! Ты слышишь меня?!!»
Но он не слышал.
В отчаянии я вынырнула – и упала в мягкое кресло.
-Как сделать так, чтобы он меня услышал?! – не контролируя себя, прокричала я в сторону лестницы.
И тут поняла, что между мной и Ми дрожит стена серого, как пепел, пламени – похоже, та самая защита. Огонь поблек, растворяясь, и я увидела демоницу, небрежно привалившуюся к перилам. Вид у нее был удивленный.
-Так быстро? – протянула она. – Вас не было секунд пять.
-Расскажи, как сделать так, чтобы он услышал! Скорее!
-Скорее – это правильно, - оскалилась Ми. – Лорд уже в замке. Советую вам нырнуть обратно и побыть там как можно дольше. Я задержу господина, но не смогу долго противиться ему. А вы… обратите на себя внимание своего мужчины. Ударьте его. Уколите. Укусите.
Она будто издевалась!
.
И тут полный бешенства вопль демона пронзил пространство. Я была вынуждена закрыть руками уши, таким громким он был.
-Девчонка!!!
От ярости хозяина замка содрогнулись стены. И вдруг арки окон просели, истончаясь, а стекло осыпалось пылью. Инстинктивно пригибаясь, я прижалась к дивану, но осколки все равно порезали мои руки и лицо, осели в волосах. Значит, завеса больше не действовала.
-Я буду внизу, хозяин! – прокричала демоница, предавая меня и Келлфера.
Когда я подняла голову, то застыла в панике: крыша башни отделилась от стен и поднялась вверх, в красное небо, а сами стены, словно искореженные мощным взрывом,
