отпустите меня, но не более одного оборота солнц, - шепотом пояснила женщина. – В это время я сделаю все, чтобы вы были в безопасности. Башня ока – самое закрытое место замка. Пока господина нет, нам нужно запереться в ней. А сейчас – спешить. У стен есть глаза и уши, и если господин в более быстром мире, он в любой момент может услышать наш разговор.
Надежда затеплилась во мне. Келлфер. Продумал даже такое?
-Долго нет вашего господина? – уточнила я.
-Одну шестую часа.
Десять минут! А мне казалось, прошли часы! Какой кошмар! Меня передернуло. Ужасное место. Вдруг образ, будто это пасть огромного червя, пронзил меня, и я ощутила холодный пот на спине. Бежать, бежать прочь из обсидиановой ловушки!
-Разденьтесь, - вдруг сказала женщина. – Оставим платье здесь. Я набью его воздухом, чтобы лорд увидел силуэт, если решит заглянуть.
Она подошла ко мне ближе – и вдруг ухватилась за волосы. Я ойкнула, но прежде чем успела ощутить боль, несколько прядей невесомо отделились от моей косы, оставаясь в руках незнакомки, словно она полоснула по ним невероятно острой бритвой. Ворох, обвисший в ее кулаке, ужаснул меня своим размером. Я схватилась за свою отчасти расплетенную косу: никак не меньше половины толщины оказалось срезано.
-Что вы делаете? – отступила я.
-Мы оставим здесь часть вас, - непреклонно, хотя все еще немного испуганно объяснила незнакомка. – Платье, - напомнила она.
В одном исподнем я оставаться не хотела. Так унизительно!
-Я же не могу быть голой, - возразила я несмело, стягивая рукава. – Мне нужна одежда.
Одним змеиным движением женщина избавилась от платья. Она буквально вытекла через широкий ворот, и блестящая ткань со звоном упала к ее ногам, сверкнув напоследок. Теперь я смутно видела Ми – белая кожа, мертвенная в полутьме, - и абсолютная нагота, если не считать массивных браслетов. Идеальная стройная фигура с небольшой крепкой грудью и плавным изгибом высоких бедер. И водопад черных волос, подернутых металлической паутиной.
Но лица все еще не было видно. Только глаза – живые, с золотинкой, которую я раньше принимала за блеск украшения.
Золотые! Не могла же и она быть демоном?!
Ни капли не смущаясь собственной наготы, как и отсутствия волос внизу, рабыня переступила через платье, потом подняла его и протянула мне, не говоря ни слова.
«Поклялась темному наставнику из Альвиара выполнять ваши приказы».
Скорее машинально я взяла одеяние и поразилась его тяжести. Отчего-то отдать наряд обратно показалось неверным. Я почти была уверена, что рабыня начнет меня уговаривать.
-Быстрее, - то ли умоляюще, то ли раздраженно выдохнула Ми.
Я поспешно стянула свою одежду, путаясь в рукавах и подоле. Мягкий лен теплом огладил мои пальцы, и когда я отдала его, мне показалось, будто я лишилась кожи. Натягивая поверх тканевого лифа и панталонов металлическую змеиную чешую, я царапалась о пластины. Бедра оказались обернуты очень плотно, так и работницы домов утех не рисковали одеваться. Широкий ворот открывал большую часть лифа, не удерживаясь на ключицах, а подол оказался слишком длинным, чему я даже обрадовалась: так обнаружившийся на юбке высокий разрез заканчивался не у бедра, а чуть выше колена. Правда, чтобы идти, мне приходилось приподнимать всю эту конструкцию выше, и в золоте мелькали мои панталоны.
Невероятно пошлое одеяние по нашим меркам. Ни одна приличная леди, да даже безымянная, не позволила бы себе надеть такое за пределами супружеской спальни. И все же лучше, чем ничего.
Я поспешила за оказавшейся очень высокой женской фигурой. Туфли громко стучали по плитам, подол скрежетал, как бы я его ни подбирала. Ми остановилась у самой стены, разве что не касалась ее носом и кончиками бесстыдно острых сосков.
Я осторожно оглянулась: у корней чуть светящегося мертвого дерева свернулась клубочком женская фигура. Волосы торчали так, что казалось, будто я спряталась вся в ворот, как в одеяло.
-Тут дверь, - пояснила Ми. – Сейчас.
Ее длинные пальцы заплясали на поверхности камня. Я едва могла различить их белые очертания – и темные длинные когти на кончиках.
И вдруг похожая на паука кисть пропала – просто растворилась, словно ее отрубили.
-Ступайте передо мной, - предложила женщина. – Я должна закрыть проход.
Я хотела положить свою ладонь рядом с ее увитыми серебряными змеями запястьем, но не ощутила сопротивления – пальцы скользнули сквозь обсидиан, как через теплый туман.
-Скорее! – нетерпеливо поторопила меня Ми, а потом легко подтолкнула в спину – и я побежала вперед, поражаясь ее силе.
.
Свет ослепил меня. Он не был ярким, но от него исходил красный жар, какого даже от пламени я припомнить не могла. Я заслонила слезящиеся глаза ладонью. Лицо и тело тут же покрылись влагой, а губы, наоборот, обсохли.
Когда мне удалось проморгаться, я поняла, что стою в пустом длинном коридоре. По обеим сторонам его, у стен, в каменных желобах на уровне пояса тек багровый огонь, словно рядом извергался вулкан, а эти канавки служили ему отводом по типу ливневого. Смотреть в необычные стоки оказалось невероятно больно: там, завихряясь углем, кустилась лава.
Больше вокруг не было ничего – только гладкие стены с пляшущими алыми отблесками, далекий потолок, каменные плиты пола – и эти впадины в обсидиане, заполненные огнем.
В конце коридора алела окованная медью тяжелая дверь.
Знойный сухой воздух рвал легкие, как если бы я находилась в громадной печи.
-Тут так жарко! – проговорила я.
-Люди такие нежные, - вздохнула уже оказавшаяся за моей спиной спутница. – Следуйте за мной!
И она проскользнула мимо моего плеча, проводя рукой прямо по лаве – и та не обожгла изящных пальцев! Точно, демон, самый настоящий!
И теперь, когда я увидела Ми при свете, сомнений не оставалось: то же высокое и легкое телосложение, перламутровая кожа, кошачья пластика движений, черные когти, которыми, как я теперь понимала, она обрезала мои волосы. Только ее собственные локоны были черными, как смола, а ветвящаяся в них металлическая сеть оказалась сотканной из мелких, как кошачьи зубы, острых шипов.
Когда она обернулась, снова подгоняя меня, я поняла, почему не могла разглядеть черт лица: нос и рот скрывал темный полог заговора, над которым мерцали лишь вытянутые золотые глаза.
