себя бремя заботы взвалил о своих родных. Если наша Всеслава станет частью той семьи, она за ним, как за каменной стеной будет, он её ни на какие блага не променяет.
– Ай ладно как! Не зря учителя за тобой бегали, пытаясь науку в голову втемяшить. Кто-то, видимо, догнал-таки, – посмеялся над моими доводами отец, но видно было, что проникся, и уж точно обдумает решение.
– А я всё думаю-гадаю, что мне Славка с утра скандалы закатывает: не хочу замуж, не хочу… А оно вон, где собака зарыта.
Мы вместе посмеялись над его шуткой, как вдруг отец снова резко стал серьёзным.
– С тобой-то что делать, Агния? Как объясниться мне перед Радимиром?
Отец тяжело вздохнул, словно ему было неприятно думать об этом, но в то же время и с младшей дочерью в одночасье со старшей прощаться не хотелось.
– Не надо ничего делать, папенька, я пожну плоды свои. И коль обещано, выйду замуж за князя горных хребтов. Он сдаётся мне человеком неплохим, хоть и нелюдимым. Может, если ты дашь ему шанс раскрыться и показать себя, ты тоже в этом убедишься.
– Ах вы, горлицы мои, обе из гнезда улететь хотите. На кого отца с матерью бросите?
– А кто мне говорил, что после моей свадьбы первым делом месяц отсыпаться в тишине будет?! – подначила я папеньку, на что он только рассмеялся.
– Ты уверена, Агния? Если есть сомнения, я разорву помолвку.
– Нет, папенька, никаких. Но я хотела бы сама жениху благую весть рассказать.
– Не перестаёшь ты меня сегодня удивлять, доченька. Хорошо, пусть будет по-твоему.
Я спустилась вниз на звуки шума и веселья. Сваты никак не желали униматься и покидать праздник. Когда до зала с гостями оставался последний поворот, на меня чуть не налетел, сбивая с ног, Бажен.
– Ах, Агния, а я тебя обыскался! Как ты выглядишь необычно, – он внимательно осмотрел мой наряд, который был и не мой вовсе, но деликатно промолчал. – Я хотел с тобой серьёзно поговорить.
Я мысленно застонала. Только душевных излияний от лучшего друга детства мне сейчас не хватало.
– Послушай, Бажен, может не стоит?
– Очень даже стоит, пока совсем поздно не стало, – смешно взмахнул князь Беловодья руками. – Я же не слепой, вижу, как вокруг тебя кругами вьётся младший полесский князь Милан. Ох, не верю я ему, Агнеша. Мутный он, как вода в болоте, и попахивает от него такой же гнильцой. Ты бы не верила речам его сладким, чувствую недоброе он мыслит.
– Спасибо, Бажен, – улыбнулась и обняла добродушного толстяка. – Ты настоящий друг.
– Ну, а как иначе? – запыхтел он довольно.
– Ты извини, мне нужно кое с кем поговорить. И не с Миланом уж точно!
– Вот как? – зарделся Бажен, как красна девица, – И куда только папенька твой смотрит?
Нарочито грозно покачал перед моим носом пальцем, но пропустил.
Я заглянула за угол, чтобы оценить размах веселья. Разношерстная компания гуляк кутила на будь-здорово, а подальше от них, зажатая в углу любопытными папенькими боярами, сидела делегация из княжества горных хребтов. Князь Радимир откровенно скучал, сцеживая зевки в кулак, но послать куда подальше чинуш будущего тестя не мог.
Словно почувствовав мой изучающий взгляд, князь повернулся в мою сторону. Поначалу хотела помахать ему и подозвать ближе, но потом передумала, набралась храбрости и вышла из своего укрытия.
Те гости, что распробовали уже не первый бочонок медовухи, на меня не обратили никакого внимания, а вот драконы из свиты Радимира и бояре князя Благояра переполошились не на шутку. Я села напротив Радимира, а уже через минуту мы были с ним одни. И драконы, и бояре слаженно отступили, наблюдая за нами издали, из другого конца зала.
– Решили меня унизить и ответить отказом прилюдно? – колко спросил князь, иронично приподняв чёрную бровь.
– Нет, – спокойно ответила. Меня такой бравадой было не пронять, я его успела узнать достаточно.
– А что же тогда? – разыграл князь удивление.
– Хочу попросить вас отложить нашу с вами свадьбу на три месяца.
– Что ж такое? С куклами не наигрались? – ощетинился грубостями он словно иголками.
– Три месяца мне нужны на то, чтобы пошить вручную платье ваших цветов, такое, чтобы о нём потом ещё три года говорили. Вам же даю три месяца на то, чтобы свадебный караван смастерили, такой, чтобы не только вашу будущую жену увёз, но и свиту мою числом пять десятков незамужних девушек в качестве приданого. Осилите такую задачу? – пришла моя пора вернуть ему шпильку.
Радимир молчал.
– И ещё у меня к вам просьба будет. Не могли бы вы на этот срок оставить со мной бабушку Гату? Она мне с вышивкой поможет, направит руку, куда надо, и лучше неё никто девушек к жизни на драконьем хребте не подготовит. А на свадьбу сделайте мне подарок – привезите Мирославу.
Насладившись произведенным эффектом и оставляя Радимира переваривать мои слова, я гордо поднялась с лавки.
– Постой, – отмер князь, хватая меня за руку. Подушечки пальцев привычно кольнуло, а по руке вверх поползло тепло, которое ни с чем больше не спутаешь. Сама душа моя пела, когда он касался меня. – Я смастерю тебе такой караван, о котором ещё триста лет песни петь будут.
Ловко вывернувшись из его захвата, я убежала прочь, хохоча. Пусть немного помучается и подумает над своим поведением.
В приподнятом настроении я вернулась обратно в свои покои, где уже не находили себе места мои любимые нянюшка и Айка.
– Ох, ну куда запропастилась? Ты с отцом разговаривала или с самой смертью?
– Со всеми понемногу, – отшутилась я. – Виделась с князем, – шепнула доверительно, как самую большую тайну.
– С каким именно? – хмыкнула Людмила, и надо признать справедливо.
– С будущим мужем своим – князем горных хребтов и пиков, владыкой драконьего хребта – Радимиром, – отчеканила так гордо, словно к этому всю жизнь и готовилась.
Женщины разом ахнули, рты руками закрывая. А я подошла к Айке, обняла подругу, нежно приластилась.
– Аечка, милая моя, я всегда всё за тебя решала. За это прошу прощения. Я хочу, чтобы ты со мной в новый дом отправилась, но только с твоего дозволения. Прошу тебя, поехали вместе? Будешь мне не на словах сестрой названная, а на деле.
– Да что же ты говоришь такое Агния! – всплеснула руками Людмила. – Не чета мы тебе.
Я промолчала, хоть и было мне что ответить. Придет время и в других обстоятельствах я познакомлю свою нянюшку с родным племянником. То-то она обрадуется…
После эпилога
Свадебный поезд медленно
