не интересовался модой, но был счастлив открыть для себя этот мир. Он также говорит откровенно, но без злобы, что Пилар часто бывает несговорчивой. Когда мы возвращаемся, девочки накрывают большой стол, который они освободили от компьютеров, а Пилар готовит пасту с песто. На столе сыры заводского производства, а также ветчина, кока-кола, обычная и диетическая, фруктовый сок и масло. Еда еще не готова, но я замечаю, что Пилар стоя ест что-то из пластикового контейнера, небрежно переворачивая спагетти в кастрюле. Я спрашиваю ее с удивлением:
Джулия: Разве ты не будешь есть с нами?
Пилар: Ну уж нет! Я люблю хорошую еду! Я люблю киноа, салаты, супы…
То, как она открыто и бесцеремонно дискредитирует качество блюда, которое готовит для нас, просто поразительно…
Когда паста готова, она садится за свой стол и продолжает есть, а Франк и Хайке, дизайнер, помогающая Франку с подготовкой показа, делят стол и обед с нами, хотя разговаривают при этом исключительно друг с другом. Я понимаю, что не разговаривать с нами, с остальными, — это способ утвердить иерархию в, казалось бы, эгалитарной среде. Когда обед заканчивается, мы убираем со стола, затем снова расставляем компьютеры, а одна из девушек моет посуду.
После обеда я наклеиваю купленные на почте марки на конверты для приглашений и пишу адреса своим самым красивым почерком. Продолжая свой диетический обед, Пилар заявляет, что перегружена работой. Она сообщает, что собирается купить билеты в Париж: она и Франк поедут на поезде, а стажеры, очевидно, включая меня, — на автобусе. Вечерние часы кажутся особенно длинными. Я замечаю, что ни у кого нет никаких дел, стажеры тайком играют в видеоигры на компьютере, но все изображают, что работают, и выглядят очень сосредоточенными. Я не понимаю, почему мы не расходимся, и у меня появляется ощущение, что Пилар будто бы держит нас в заложниках.
На следующее утро, когда я прихожу в мастерскую, там никого нет, кроме Андре, пришедшего рано, как обычно. Звонят в дверь, и я открываю ее молодой девушке, которая выглядит серьезной и напряженной. Это студентка бизнес-школы Фатима, она приехала из Льежа, чтобы встретиться с Пилар и Франком, потому что подает заявление на стажировку. Все утро никто из руководителей не появляется и не звонит, чтобы извиниться перед девушкой за свое опоздание и сообщить, когда они прибудут. В результате вокруг большого стола, за которым сидят Андре, Фатима, Сара, Манон (стажер-дизайнер) и я, атмосфера стала более расслабленной. В частности, Сара очень разговорчива: громким голосом она обсуждает с Манон грядущее пребывание в Париже. Она с восторгом рассказывает о квартире-студии[111], которую им собирается предоставить друг, живущий на «супермодном» канале Сен-Мартен. Продолжая мечтать о своем пребывании в Париже, она добавляет: «Кроме того, Франк хочет, чтобы я была с ним в офисе на Вандомской площади, он хочет, чтобы я была с ним все время и все такое, я буду с ним в этом шикарном месте, честно, это здорово». Что касается Манон, она выразила желание пойти на «афтерпати», эксклюзивную вечеринку, которую бренды организуют после показов. Сара отвечает, что у нее есть знакомый, который работает в компании Vivienne Westwood, и поэтому они смогут пойти не только на вечеринку, но и на показ мод, и что она с нетерпением ждет возможности увидеть «классное» помещение английского бренда, которое ей давно описывал друг. Зое, зайдя из другой комнаты, вмешивается в разговор, чтобы предупредить Сару: «Если хочешь вечером пойти куда-нибудь после работы, не говори Пилар, она не хочет и будет недовольна, так она мне сказала».
В полдень начинается подготовка к обеду; правила Пилар должны соблюдаться даже в ее отсутствие. Девушки объясняют мне, что она может появиться в любой момент и будет раздосадована, узнав, что мы не поели в назначенное время. Пилар уже определилась с меню на всю неделю, и мы готовим по плану спагетти болоньезе, достав из холодильника большую банку соуса из супермаркета. Фатима ест вместе с нами, но ни она, ни Андре не участвуют в разговорах Сары, Манон и Зое. В отличие от Фатимы и Андре у трех девушек изысканный стиль одежды и прически. Языковой регистр, лексический запас и позы свидетельствуют о том, что одни из них принадлежат к элите творческой молодежи, а другие — к рабочему классу. Что касается меня, то я нахожусь в неудобном положении, поскольку стажеры-креативщики не знают, куда меня поставить в иерархии. Мой возраст, образование и причина моего присутствия в мастерской сближают меня с руководителями, но поведение, роль псевдостажера, которую мне отвела Пилар, а также местоположение в пространстве и задачи, которые я выполняю, приближают меня к другим практиканткам.
Пилар приехала около двух часов дня и объяснила Фатиме преимущества стажировки у них, в самом сердце моды, а затем перечислила задачи, за которые та будет отвечать. Живя в часе езды на поезде от Брюсселя, Фатима готова ездить за свой счет и уверяет, что ей очень важно пройти стажировку у Франка. Позже Андре спрашивает Пилар, может ли он в виде исключения уйти сегодня на час раньше. Она дает разрешение, затем спрашивает, с чем это связано. Он объясняет, что сегодня День святого Валентина. Пилар заводится и спрашивает его со смесью презрения и сарказма, не смеется ли он над ней. Андре, смущенный ее реакцией, отнекивается. Театрально рассмеявшись, она говорит: «И что, цветы покупать придется?» Запинаясь, Андре сообщает, что заказал столик в ресторане. «Неужели на шесть вечера?» На это он отвечает, что бронь с семи, но он далеко живет.
В комнате воцаряется тишина, я обмираю от такой агрессивности и пытаюсь заговорщически переглянуться с Сарой, сидящей напротив меня, но та не выказывает никаких эмоций. Через несколько минут я встаю, чтобы пойти в туалет. Пилар следует за мной, останавливает перед лестницей и шепчет на ухо как сообщнице, что больше не в состоянии это выносить и собирается «выставить» Андре, что я буду работать с Фатимой, с которой она едва успела познакомиться, но уже поняла, что та «молодец». Конечно, она просит меня не проговориться — она сама сообщит ему эту новость на следующий день. Ошеломленная и потрясенная, я возвращаюсь на свое место. Мысль о том, чтобы находиться рядом с Андре и знать о его грядущей судьбе, еще неведомой ему самому, мне невыносима, но у меня нет возможности передать ему какую-либо информацию, да и не уверена я, что стоит это делать.
Через полчаса Андре выходит купить материалы для
