действительно отпустило. Да что там говорить, если она наконец нормально выспалась! А утром даже смогла сообразить, в чём причина такой резкой перемены: появилась определённость. Да, с Цитрином пока неясно, но зато нашлась чёткая «боевая задача», которая не заставляла мучиться моральным выбором.
Есть совершенно определённый мерзавец, который сделал подлость — и ей, и особенно Цитрину. Гадость не того масштаба, чтобы за неё мог покарать закон, но всё равно опасную и злую. Вычислить негодяя и наказать самостоятельно — лучшее решение, и никто не помешает девушкам воплотить его в жизнь.
Вчетвером по разным источникам удалось наскрести весьма связную концепцию.
Ментальный срыв у магов соответствующего направления плохо освещался в отдельных сборниках потому, что лежал ровно посередине между двумя областями целительства. Основная информация попалась Велице в монографии, которая так и называлась «Сочетанные травмы магического генезиса», а там уже и другие источники подтянулись из списка литературы.
Срыв всегда имел психическую природу. Спусковым крючком и причиной служили слишком сильные негативные эмоции, чаще всего страх. Обычного человека в такой ситуации накрывала паника или истерика, а у ментальных магов срывало самоконтроль, что влекло всплеск энергии сродни обычному стихийному.
Именно в этой психической природе и связи её с даром крылась опасность для менталиста. Девушки нашли кучу характеристик и деталей механизма возникновения и развития травмы, но целителей среди них не было, и разобраться в специфических терминах не удалось, они общее-то представление составляли всей командой.
Испугалась Исса за Цитрина совсем не на ровном месте, потому что возможные последствия травмы были очень мрачными. Тут и нарушение энергетических каналов, и нарушение психики, и даже органическое поражение вплоть до инсульта. Не исключено, что своим своевременным вмешательством Топаз Бант спас не только психику инспектора, но ещё и жизнь менталиста вместе с его здоровьем.
— А я всегда говорила, — вставила Ло, — что своевременный удар по голове отлично вправляет на место мозги!
Спорить с ней после такого наглядного примера, конечно, не стали.
Согласно найденным источникам даже после благополучно миновавшего кризиса, не имевшего необратимых последствий, ментальному магу светила долгая реабилитация и восстановление — от десятка дней до нескольких месяцев. Этот вопрос тоже подробно освещался, но малопонятно и опять в сложных терминах. Для себя девушки определили, что мага ждут проблемы с использованием дара и эмоциями, а уж гиперэмоциональность или наоборот — как повезёт.
— А всё-таки интересно, на что именно он так бурно отреагировал? — задумчиво проговорила Велица, когда все вчетвером устроились на военный совет в их комнате общежития.
— Я не помню точно, — вздохнула Исса. — Помню, что сначала он снял артефакт, а потом его накрыло. Я тогда была так зла на этого инспектора, что могла чего угодно наговорить!
— Так, может, в этом причина? — предположила Велица. — Ты же и на менталиста сорвалась.
— Что он, настолько хлипкий? — с сомнением уточнила Айнур. — По-моему, Исса ничего такого уж страшного не сказала. Хотя я тоже дословно не помню...
— Да? А, по-моему, она его обвинила в том, что это он надзор натравил.
— Я ничего такого не могла сказать! — возразила Исса, но без уверенности.
— Давайте рассуждать логически, — вмешалась Ло. — Мог — не мог, сказала — не сказала… Сказано же, сильные негативные эмоции. Было ему там чего бояться? Вряд ли.
— Ну да, на инспектора он скорее злился, — подтвердила Велица. — С того момента, как мы к нему прибежали. Ох, зря мы, конечно, за ним пошли… — вздохнула она.
— А не пошли бы — думали бы, что это он надзор подослал, — отмахнулась русалка. — А если инспектор всерьёз навредить не мог и Цитрин это понимал, то версия действительно только одна: принял на свой счёт злость Иссы.
— То есть он не только хлипкий, но ещё и дурак? — хмыкнула Айнур. — Видел же, что Исса взвинчена и злится просто так! Она бы и на нас наорала, попадись мы под горячую руку.
— Она-то, конечно, может, — легко поддержала Ло и показала змее язык в ответ на демонстративно состроенную обиженную гримасу. — Но срыв — эмоциональная реакция. Он, может, потом и разобрался бы, что его всерьёз не обвиняют, но — ой. Думать поздно, крышечку уже сорвало. Да и ты сама говоришь, что не помнишь, о чём в этот момент думала, а много ли твоему влюблённому менталисту надо?
— Да не мой он, сколько можно? — возмутилась змея, с раздражением чувствуя, что краснеет. — И не обязательно влюблённый!
— Ну да, ну да…
— Да чего вы дёргаетесь? Очнётся — можно прямо спросить, — махнула рукой кентаврида, и Исса испытала огромный прилив благодарности к ней. Русалка могла и дальше дразниться, ей нравился процесс, и неизвестно, когда и чем бы это всё закончилось. — Всё равно ты пойдёшь с ним разговаривать про неведомого злодея, вот и выяснишь. Хотя я всё равно не понимаю, на кой он вам сдался.
— Это сейчас он анонимкой ограничился, а вдруг ещё что-нибудь натворит? — возразила Велица.
— До сих пор не творил, а тут вдруг решит?
— Да ладно вам, это же интересно, — на этот раз препирательства в зародыше пресекла Ло. — Интрига, настоящее расследование! Вы как хотите, а мне ужасно любопытно, кто им эту каракатицу подложил. Ставлю на отвергнутую и обиженную красотку!
— Проиграешь, — фыркнула Айнур. — Не тот типаж.
— Не скажи, — серьёзно возразила русалка. — Он на первый взгляд, конечно, не впечатляет, но жутко харизматичный и обаятельный. Это не цепляет сразу, но если немного пообщаться — работает куда надёжнее внешности.
— Да ладно, — скептически скривилась кентаврида.
— Ну не со всеми. Но на мне работает, — улыбнулась Ло.
— А, так вот почему тебе интересно! — поддела Исса, почти с ужасом задавив всколыхнувшееся внутри ревнивое недовольство. Этого ей ещё не хватало! — Может, ты его себе заберёшь?
— Если я нахожу его привлекательным мужчиной, это совершенно не значит, что я влюбилась и готова всё бросить, — спокойно возразила русалка. — К тому же запал Книжник на тебя, а что-то мне подсказывает, он если и не однолюб, то близко к тому. У меня сейчас другой романтический интерес, — загадочно улыбнулась она.
Конечно, остальные не утерпели и принялись расспрашивать, но довольная Ло хранила интригу и загадочно улыбалась, не отвечая ни
