с зубастыми пастями, двумя хвостами. Он шли волна за волной, умирая, но не прекращая атак.
И командовало им огромное существо, больше остальных раза в два, стоя вдалеке. Вне пределов оружия людей.
Прадед Шторм собрал несколько добровольцев, послал нафиг главного в их подразделении, какую-то важную армейскую шишку, которая поставила на операцию против богов всё, что имелось, и пошёл в обход атакующих порядков.
На это потребовались почти сутки, но благодаря обходному манёвру его отряд ударил в спину огромной твари. Она была повержена, но выплеск энергии был столь большим, что всех людей отбросило назад.
Шторм пришёл в себя быстрее всего и смог подобраться к твари поближе. Оказалось, что существо ещё живо, но при смерти. Их атака попала в шею, поранила важные сосуды. Но большую часть урона приняла на себя массивная цепь со странным кулоном.
Это был артефакт, который контролировал это существо, заставляя выполнять приказы бога Огня. И существо поблагодарило Шторма за освобождение, пусть и ценой смерти, после чего сняло, как говорил твой отец, «цепи ограничения» с артефакта и умерло, вызвав свой смертью огненный шквал на целый день.
Огонь сжёг почти всех нападавших существ. Они потеряли лидера, впали в хаос и погибли. Люди пострадали, но потери были ниже, чем от атак этих существ. А Шторм получил будущий артефакт для контроля Инъектора.
— Офигеть… — произнесли мы одновременно с Кефиром.
Только вот я дальше сказал:
— … вот это поворот!
А Кефир начал ругаться таким матом, что я даже покраснел. Не от грубости, а от напора — жарко стало.
Бабушка тоже поправила воротник, словно почувствовала жар Кефариана, который носился по кабинету кругами и материл прадеда на чём свет стоит.
— Прекрати! Мешаешь! — мысленно осадил его. — Потом поговорим, — «рявкнул» я.
Кефир сбился с шага, кубарем полетел через голову, врезался в стену. Застыв хвостом в потолок, кивнул. Теперь он тихо рычал вместо того, чтобы ругаться.
— Понятно. Значит этот артефакт ещё сложнее, чем я думал, — сказал я теперь Вороновой. — Но это не отменяет факта, что он очень силён и может многое. И да, — я хитро улыбнулся, — думаю история про бога Огня — отводка глаз для непосвящённых.
— Почему ты так думаешь?
— Потому что мне кажется, что это артефакт ближе к природе Инъектора, чем кажется на первый взгляд. У них общая основа — демоническая.
Я откинулся на стуле, оглядывая кабинет с видом победителя, заодно посмотрел на Кефира. Тот всё также лежал кверху тормашками, но на мой взгляд кивнул. Вряд ли артефакт демонов, способный удерживать души, будет у обычных богов. А об этой способности прадед говорил сам внутри Ока Шторма.
Воронова задумалась, переваривая услышанное.
— Демоническая? Получается, они были и тогда, пятьдесят лет назад?
— Да. И прадед у них отобрал и переделал Инъекторы. Тем самым он помешал вторжению демонов и облегчил победу над богами.
Александра Валерьевна выключила монитор на столе, потёрла глаза — первые признаки усталости — и спросила.
— Ладно: Инъекторы, демоны и твой прадед — это немного из прошлого. Сейчас же меня интересует это. — Он кивнула на Следопыта. — Что нам делать дальше? Эта штука хоть работает?
Ах да, я ей ещё не говорил, что Привалова, судя по показаниям Следопыта, находится на расстоянии до пятисот метров от нас…
— Дело в том, что артефакт указывает, что наша цель находится достаточно близко. Я проверил, но пока причин сомневаться нет. Остаётся лишь выйти из офиса и пройтись своими ногами…
— Ногами⁈ Даже не на машине⁈ Тогда чего ты сидишь, Сергей! Быстро поднимай свою тощую задницу и на выход! — командирским голосом проорала Воронова, от чего у меня на голове зашевелились и построились по стойке Смирно волосы. А Кефир вообще наполовину исчез в стене.
— Сильная женщина, да — пробормотал он и попробовал выбраться из стены. У него получилось это лишь с третьей попытки.
Уже через пять минут мы шли по улице, оглядываясь по сторонам.
Стрелка Следопыта мягко покачивалась при ходьбе, но сохраняла приверженность одному направлению. Пришлось обойти несколько офисных и жилых зданий, углубится в парк, выйти на пустынную улицу, по одной стороне которой росла подстриженные, но уже осыпавшиеся кусты.
На висящей кормушке с приметным логотипом муниципальной службы щебетали воробьи и синица. Они жадно делили семечки, которые насыпали им сердобольные соседи.
Стрелка указала на потрёпанный жёлтый дом, у которого местами отвалилась штукатурка, открывая серо-красные кирпичи — такие использовали лет сто-сто пятьдесят назад.
В подъезде пахло пылью, у входа в квартиры лежали замызганные коврики.
— Неплохо место, чтобы спрятаться на виду. Близко к центру, но при этом райончик слегка поистрепался, стал менее благополучным, чем был в мою молодость, — сказала Воронова. Она, разумеется, пошла со мной. — Куда нам теперь?
Вопрос был логичным: стрелка указывала на дальнюю дверь, но… здесь было четыре этажа и на каждом, судя по планировке, была дальняя квартира. Высоту объекта Следопыт не показывал, только общее направление.
— Стучаться во все двери опасно — можем спугнуть, если не угадаем с первого раза, — разумно предположил Черкасов, оглядывая периметр. — Плюс сейчас все спят: пока услышат, пока проснутся — более чуткие соседи могут поднять хай раньше времени.
Оглядев нашу компанию — Воронова, Черкасов, Сухов, трое бойцов бабушки и я сам, я предложил:
— Тогда давайте стучаться сразу на всех этажах. — В ответ на недовольные взгляды, добавил: — Нас достаточное количество человек. Даже по двое на каждый этаж, чтобы прикрыть друг друга.
— Ну постучим, а дальше что? Почему нам откроют? Увидев незнакомого, обычные люди вызовут полицию, а Роксана — ударит огнём или сбежит. Уверен, что план отхода для такого человека проработан несколько раз, — засомневалась Александра Валерьевна.
— Газ, — пожал я плечами, а затем указал рукой на жёлтую трубу, идущую по стене: — В дом проведён газ. Отопление или плита. Сообщим, что сообщили об утечке, упало давление, нужно проверить. Будут спорить — опередил я вопрос Сухова, — напугаем, что может рвануть. А это старый фонд, перекрытия так себе — взлетят на воздух все.
Группа задумалась и все посмотрели на Воронову. Бабушка, приложил руку к подбородку. Покачивала головой в такт мыслям. Считала и просчитывала.
Закончив, она кивнула:
— Хорошо, план рабочий. Делаем так.
Она кратко пояснила, что и как нужно делать, как себя вести. Особенно мне, который впервые участвовал
