и сияющими глазами. Они изображались обычно обнаженными по пояс, так что были видны совершенные фигуры. Женщины, суккубы, ни в чем не уступали по красоте и почти не отличались от человеческих. Это были пышноволосые огненные прелестницы с нежно–розовым цветом кожи, показывающие непонятные танцевальные фигуры и смотрящие призывно и ласково. Устоять против таких вряд ли было возможно, чего уж говорить о Дарии, неравнодушном к женщинам в принципе. Возможно, одна из суккуб случайно заметила его и решила отблагодарить за подаренное удовольствие. Не знаю. Но если принц Воды действительно обзавелся частью сил диких…кто знает, чем могло это обернуться в будущем.
Земные демоны – предки королевства Пиксон – волосы имели различных природных оттенков, однако чаще всего встречались представители с изумрудными и темно–коричневыми. Демоны Воды – синекожие, голубоглазые и голубоволосые. Предпоследний раздел был отдан демонам Тьмы. Увидев типичного представителя, я даже задержала на мгновение дыхание – столь резкое сходство было у стора Эвангелиона с ними. Такие же высокие длинноволосые брюнеты, как и мой преподаватель некромантии, считались сильнейшими магами среди всех семи секторов. Только глаза у них были черными, как ночь, кожа – очень загорелой, цвета темного дерева, а телосложение не такое крепкое, и я решила, что слишком Гейлом увлеклась, потому и искала похожие черты. Зато последний вид демонов… он заставил меня испытать острое чувство одиночества.
Демоны света были сплошь златовласыми и кареглазыми мужчинами и женщинами. Носили белые с золотом одежды, широко улыбались миру и изображались исключительно помогающими другим существами. Увидев одного из мужчин этого рода, я чуть было не расплакалась – столь сильным оказалось сходство с папой. Арман Биорийский всегда встречал всех с распахнутыми объятиями, выслушивал рассказы о чужих бедах и никогда не поворачивался спиной, если кому–то была нужна поддержка. Арман Биорийский был надеждой своего народа. Продолжить папино дело теперь предстояло мне.
Задвинув воспоминания подальше, я перешла к следующей главе книги. Меня интересовал факт передачи демоном своей энергии. Ведь энергия была главнейшим условием сохранения магии.
По всему выходило, что главной разменной монетой для любого вида демонов являлась кровь: ею скреплялись сделки, с нею провожали в последний путь, встречали зарождение новой жизни и заключали брачные союзы. Именно кровь отвечала за передачу силы. Наша с Дарием помолвка, похоже, была проведена именно из расчета на то, что кровная связь не разрушится с годами. Но у меня в руках не зря находился фолиант, рассказывающий о сущности одних из древнейших существ нашего мира. Любой демон, даже самый бескорыстный, каковыми, как ни странно, являлись демоны Времени, Тьмы и Света, всегда оставлял для себя лазейку, которая при неважном стечении обстоятельств могла бы оказаться спасительной соломинкой. Лишь увидев подобное напоминание в тексте, я разом воспрянула духом: смогу! Я смогу избавиться от Дария!
Для светлых, кстати, имелась небольшая, но очень важная ссылка: они больше других были склонны к тому, чтобы после кровного обмена стать зависимыми от второй половинки. Поэтому для них даже была своего рода настоятельная рекомендация: связывать свою судьбу или с представителями своего рода, или с демонами Тьмы. Прочитав это, я поежилась: не было у меня никакого желания искать себе кого–то дикого в принципе. Мне вообще было бы крайне удобно, если бы меня никто не искал. Лишь бы до этого времени успеть найти правильного демона, который бы подсказал, как разорвать помолвку с Дарием…
Знала бы я, насколько мои мысли окажутся пророческими, никогда бы так не подумала. Но я, наивная душа, продолжала строить самые светлые планы на будущее. Так и дожила до дня Земли. А день Земли теперь начинался с введения в некромантию. И занятие это было целиком и полностью практическое. То есть после завтрака я направлялась прямиком в подземелье корпуса некромантов, чтобы посмотреть на то, что на этот раз решит показать стор Эвангелион. И пусть со дня моего неожиданного просвещения в отношении собственных желаний прошло всего ничего, мне нужно было взять себя в руки. Никто не должен был знать о моих чувствах.
Амон, распрощавшись с Авидалой, отправился привычной дорогой провожать меня на занятие. Мы с ним толком не виделись за время, прошедшее после визита Таориши, но от Ави он был в курсе произошедших со мной событий и, надо сказать, во всем поддержал меня в отношении огневички. Но вот укоризненный взгляд явно не касался моего разговора с Тао тет–а–тет.
– Что? – не выдержала я, искренне недоумевая, чего это Амону вздумалось молча взывать к моей совести.
Некромант заломил бровь, молча интересуясь, действительно ли я желаю услышать произнесенную вслух причину недовольства. И вот тут–то я и поняла, в каком именно направлении намекал принц Смерти. Залившись стыдливым румянцем, я, тем не менее, особых мук совести не испытала. Неловко было скорее потому, что мне удосужились об этом напомнить. А вот Амон, кажется, воспринял все именно так, словно мне за свой поступок стыдно. Поэтому его лицо вновь стало привычно–насмешливым, а голос бодро произнес:
– И много еще подобных заклинаний ты знаешь, Морин?
– Много! – дабы разрушить кое–чье ощущение победы, показала я язык некроманту.
Тот только глаза к небу воздел:
– Мужа тебе спокойного и терпеливого! Это сейчас вы с Ави детские шалости творите, что же будет потом?
Я задумчиво поглядела на него:
– Книга про демонов советовала мне искать мужа либо среди своих, либо среди темных.
– Чушь какая, – отмахнулся третьекурсник. – Ты же демон всего на четверть. Хотя… – и тут лицо его озарилось до того плутовской улыбкой, что мне сразу стало ясно: этот маг обладает информацией, которая для меня останется такой же тайной, как и легенда о теплой тьме, которую я безуспешно пыталась найти в той самой книге. – Смотря какого демона найдешь, – загадочно подмигнули мне. В это время мы как раз спустились в подземелье, так что даже попытаться выведать у Амона, что конкретно он имел в виду, не вышло: нас уже ждали остальные некроманты.
– Опаздываете, – покачал головой стор Эвангелион, и я попыталась спрятаться от его пронизывающего взгляда за спиной Амона. Не тут–то было: меня представили всеобщему обозрению.
– Простите, стор, – однако извинения в голосе Амона не слышалось ни капли. – Помогал Морин выбирать будущего мужа среди светлых и темных демонов, – добавил он с крайне довольным видом.
Святая жизнь…когда все, кроме высшего некроманта, весело загоготали, я поняла, что Амон только что отомстил мне за помощь Авидале. Гейл смотрел
