Солнечный свет заливал пространство, снаружи на нас смотрела весна. Король Арман Биорийский сидел за столом, склонившись над бумагами и изучая их содержимое. Сколько себя помню, он всегда так поступал. Внешностью я пошла в него: тот же оттенок волос, правда, вились они от мамы, те же ореховые глаза, а еще тихий нрав – и несгибаемый характер, когда дело касалось родных и близких. Папа был в комнате один, но это продолжалось недолго: постучав три раза, вошла мама, королева Тильяна, а позади…позади нее показался сначала Дюрэй, а потом родители Дария – Дэрай и Вильгельмина Маерийские, ведущие за ручку трехлетнего сына. На лице женщины явно читалось беспокойство, тогда как два ее спутника сохраняли невозмутимый вид. И несведущий человек, конечно, мог бы списать волнение женщины на то, какой предстоит исполнить ритуал, но теперь, зная все подробности, я могла с уверенностью сказать: она одна испытывала муки совести оттого, что, возможно, отдавала сыну на съедение ни в чем не повинную девочку. Мужчины решение приняли и отступать от него не собирались. Материнское же сердце знало, на что обрекают в будущем дитя ближайших соседей.
– Мой добрый друг! – приветствовал отец Дюрэя, поднимаясь из–за стола и приближаясь к воднику. – Я рад, что вы так быстро откликнулись на мою просьбу.
– Мы не могли остаться в стороне, Арман, ты же знаешь, – сочувственно отозвался Дюрэй. – Если кровная помолвка станет для вас успокоением, мы готовы оказать необходимую помощь.
Помощь, как же! Да мой наивный отец, сам того не подозревая, решил все проблемы Дюрэя разом! Ведь именно он, Арман Биорийский, был инициатором нашего с Дарием союза…
– Некроманты уже прислали свое предложение, - вид отца стал хмурым. – А я не могу допустить того, чтобы мое дитя хоть как–то было связано с приспешниками демонов. Армина никоим образом не должна пересекаться с теми, кто имеет отношение к диким землям.
– Понимаю, – вкрадчиво заметил водный король. – Для этого мы и здесь.
– Вы, наверное, устали с дороги, – спохватился вдруг отец, но Дюрэй остановил его:
– Нас перенес маг времени, Арман, не беспокойся. Если хочешь, можем провести обряд прямо сейчас.
– Да, конечно, – рассеяно кивнул папа. – Вас проводят в покои Армины, – с этими словами он позвал управляющего, и водная делегация из кабинета удалилась.
– Ты хорошо подумал? – мама ненадолго задержалась, с тревогой глядя на отца. – Некроманты – не такое уж зло, Арман, какие бы слухи о них ни ходили.
– Они являются прямой дорогой к демонам, – возразил отец. – А демоны от меня в свое время отказались.
Как?! Как такое могло произойти? Не верилось в то, что папа сейчас говорил: демоны света ведь на вес золота!
– Быть может, у них были причины оставить тебя на человеческих территориях, Арман, – осторожно сказала мама, но отец, похоже, в своих словах был слишком уверен.
– Армонд Светлый должен быть благодарен хотя бы за то, что я восславил его имя, подарив его дочери. Ему не нужна была моя мать, он просто проветрился в мире магов Жизни – на диких землях ждали жена и законный наследник, Тили, мы же стали побочной ветвью. И, поверь, тот факт, что мою дочь демоны могут или растерзать, или отдать замуж ради ее силы, никак не добавляет очков территориям за Великой Стеной!
– Но разве тебе не показалось странным то, как быстро Дюрэй и все Маерийские согласились на помолвку, да еще и кровную? Ты ведь знаешь – обратного пути уже не будет, Арман. Этот союз на всю жизнь.
От слов мамы сердце сжалось от боли: она не знала, но чувствовала, что водники замышляют недоброе! Эх, папа, светлая твоя душа…ну как при такой наивности умудрялся ты управлять целым королевством!
– Для меня главное то, что Дюрэй обещал оградить нашу девочку от посягательств демонов, – непререкаемо ответил отец. – А тайну Армины он поклялся хранить до конца жизни, об этом не узнает ни его сын, ни невестка, ни, тем более, внук. Дюрэй – человек слова. Так что не вижу причин, по которым этот союз не должен состояться.
Ох, папа…папа, мой милый папа! Дюрэй ведь не говорил тебе, что, обеспечив безопасность от демонов, сам не воспользуется моей силой! Как же ты мог слепо довериться воднику… Конечно, мою тайну король–убийца никому бы не рассказал: имея силу демонов, я прослужила бы донором для его внука еще дольше! Стало горько оттого, как расчетливо распорядились моей судьбой маерийские маги. Но и желание расправиться с Дарием возросло еще больше.
В видении папа с мамой покинули кабинет. Что происходило дальше, я предполагала и так: достаточно было уколоть пальчики обоих детей и заставить их дотронуться друг до друга. Дарий при этом разом стал выглядеть лучше, по лицу Вильгельмины пробежала тень, Дэрай с отцом радостно переглянулись. Вот и была поставлена точка на моей свободной жизни…
Цериус закончил воспоминание. Я открыла глаза и поднялась с постели, раздумывая над тем, что недавно увидела. А когда в дверь постучали, я, не подозревая о том, какой сюрприз подкинет судьба, пошла открывать.
На пороге оказался не кто иной, как Таориша. Она смотрела на меня сверкающими от ярости глазами, тяжело дышала и, по всей видимости, собиралась устроить знатный скандал. Только что–то в ее состоянии меня смутило, а приглядевшись к жизненным потокам получше, я чудом сдержала протяжный стон: она же на грани истощения была!
– Мерзавка! – с чувством выговорила огневичка, но я только убрала руку с двери, пропуская девушку внутрь. Если она и удивилась, то вида точно не подала, прошагав сразу к окну, как раз между нашими с Авидалой кроватями. Я успела отделить нас от остальной части общежития закрытой дверью, когда Тао, опершись на подоконник, начала сыпать обвинениями:
– И как у тебя вообще повернулся язык говорить Дарию о невесте, когда сама вешаешься ему на шею? – но, поскольку я ни слова в свое оправдание не сказала, девушка со жгуче–черными волосами продолжила. – Вас видели сегодня вместе – ты даже не пыталась вырваться из его объятий! Запомни, мелкая – Дарий мой! И никто у меня его не отнимет, даже вшивая магичка с факультета Жизни!
Слышать о себе как о магичке было, если честно, немного обидно. Я все–таки неплохой целитель и, как оказалось совсем недавно, еще и медиум
