в шаге от него, но он понимал — стоит зайти за её полог, как всё закончиться. Нельзя соглашаться с Обскурианом, бог обманет его, найдёт лазейку и уничтожит человечество. Неизвестно кто из этих двоих хуже. Так что да, он отказал тому, кто всю жизнь дарил ему силы, кто считался высшим звеном в некромантии.
Одного он только не учёл — ничего не закончилось.
— ЧТО? ЧТО ЭТО БЫЛО⁈ — закричал он после того, как исчез и снова появился в мире теней, перед ним опять лежало его бездыханное тело, а рядом стоял белокурый Обскуриан с идеальными чертами лица и нежнейшей светлой кожей, сейчас он казался живее всех живых.
— А ты думал просто раз — и уйдёшь? — посмеиваясь, спросил он. — Сама наивность, ну как там? — прошептал он за секунду оказавшись позади Распутина. — Хочешь обратно?
Распутина била дрожь, но он, стиснув зубы, держался, ведь скажи он сейчас хоть одно слово и сломается. Радость от того, что он здесь, а не там, так сильно наполняла его, что он ни за что в жизни не хотел возвращаться даже на секунду в леденящее царство тоски и безнадёги.
— Не понял. По лицу вижу, что не понял, — вздохнул Обскуриан и снова на секунду отправил душу Распутина в царство мёртвых.
— Пожалуйста, пожалуйста, больше не надо, — Григорий упал на колени и полез обнимать ноги бога смерти.
Лицо умоляющего исказил страх, глаза неестественно выпучились и пялились в пустоту, он хотел забыть увиденное, но не мог.
Все принципы, идеалы и прочая умственная шелуха вытиснились жгучим инстинктом выживания, первобытной жаждой оказаться в безопасном месте, там, где не достанут опасные хищники. Он осознал, что был никем. Так, обезьяной, разогнувшей ненадолго спину и посмевшей вякать на хозяина.
Он целовал ступни Обскуриана лишь бы тот не повторил этой пытки.
— Я СОГЛАСЕН! Я… Я СОГЛАСЕН, ПОЖАЛУЙСТА, ОСТАВЬ МЕНЯ ЗДЕСЬ, Я НЕ ХОЧУ ОБРАТНО, ПОЖАЛУЙСТА-А-А.
Бог смерти присел к плачущему старцу и погладил его по голове.
— Я знаю, я всё знаю.
Глава 18
Я не подлец
— Ещё один Девятый? Как такое возможно? — спросила меня Жмудская, но я и сам не знал, как на это реагировать.
По словам панночки, моё появление ознаменовалось точно таким же всплеском страха по всему миру. Однако никто не знал, откуда исходил этот сигнал.
«Скандинавы пробудили своего Повелителя?» — это была первая мысль, но никто не давал гарантий, что это случилось в том же Китае или за океаном.
Сопричастность такого уровня сопровождалась сложным обрядом в ходе которого «испытуемому» меняли все внутренние органы. Для этого нужна группа некромантов, как минимум, седьмого шага. Подобную операцию мало кто переживал, но наши западные соседи делали много попыток.
— Что будем делать? — спросила Рената, посматривая на дорогу назад.
— Возвращаемся в Вологду, — ответил я после короткого раздумья.
Нужно было решить проблему с Клирикросом, а потом уже заниматься новым Повелителем. Не факт, что он скоро к нам заявится, а чем больше мы медлим, тем быстрее бог света осуществит задуманное.
Поэтому группа возобновила намеченный маршрут. Я ещё не говорил своим подчинённым, но убийство Мор’Галиана дало мне не только новый клон и статус Девятого. Моя стихия огня достигла предела, а это значит, я мог теперь изготавливать и другие атланты.
* * *
Вологда, неделю спустя после ухода Барятинского.
— Что случилось⁈ — выбежав во двор, закричал Аничков, на улице уже стоял голый по пояс Бес со своим искривлённым килиджем, готовый отражать нападение.
Сычовцы услышали взрыв и сразу же ринулись на помощь.
— Ваня?
— На нас напали, — мрачно сообщил Ломоносов и указал пальцем на разломанную воротину.
— А что с Софи?
Девушка без движения лежала в снегу. Бухарец бережно поднял её на руки и побежал в дом согревать, но некромант не поспешил следом и остался поговорить. Если что, Кишка поможет. Каких-либо внешних и внутренних повреждений на теле не было.
— Кто напал? — спросил у клирика Пëтр, а сам заметил позеленевшую от травы воронку позади него. — Ты сейчас Ваня или Клирикрос?
— Это я, я, — дрожащими руками протирая очки, ответил собеседник и взволнованно водрузил их обратно. — Гомункул попытался пройти через ворота и ранил Софи.
— Ты это сам видел? — спросил у него Аничков, старавшийся согласовать все факты.
— Не знаю, в смысле я вроде бы помню… — он прикоснулся к голове и сморщился от боли. — Мне пришлось прогнать его…
— А что вы тут делали? — поинтересовался Пётр.
— Я… Он говорит, что занимались фитомантией, да, точно, — сглотнув, ответил Ваня.
— Ты можешь его призвать сейчас?
— Боюсь, он потратил слишком м-много сил, — из носа Вани потекла струйка крови и он быстро вытер её кулаком. — Прости, — он запрокинул голову и продолжил. — Я попрошу его всё рассказать, как только получится, сейчас надо помочь Софи.
— Хорошо, поправляйся, — Аничков похлопал по плечу Ваню и пропустил его вперёд, но сам ещё раз осмотрел место происшествия и увидел странную тропинку под снегом, будто кто-то её выжег огнём.
Она шла от сарая до места, где занимались Софи с Ломоносовым, а потом по прямой уходила до ворот.
«Здесь что-то не так».
Барьер от Клирикроса был установлен только в Громовце и здешняя усадьба не гарантировала полной безопасности, а значит, версия с гомункулом правдоподобна. Из всех присутствующих только бог света мог дать достойный отпор полубожественной сущности. Пётр видел в бою эту тварь и не продержался бы пяти минут против неё. Он хорошо помнил, как гомункул чуть было не разорвал Маэстро на куски.
Однако что-то во всём случившемся смущало Петра. Он также не понимал, почему Артём согласился держать под боком врага. Вернувшись в усадьбу, он вместе с Кишкой попытался разобраться в диагнозе Софи, но никто из них не понимал, как её лечить.
Все системы и ткани были в порядке, девушка по сути жива, но сознание не работало. Обратились в местную Ложу, но, к сожалению, ближайший некромант восьмого шага находился далеко в Воркуте. Решено было дождаться Артёма и поддерживать состояние Софи. Также сычи сами заступили в наряды для усиления безопасности.
После массовой истерики о возвращении Девятого контакт с бароном был утерян. Тот обещал вернуться в течение недели, максимум двух, но от
