видать, его вынудили или произошло что-то из ряд вон выходящее. Если дело касается безопасности всей страны, то он не имеет право оставаться в стороне…
— Христ, я должен тебя кое о чём предупредить…
* * *
Спустя десять дней, г. Москва.
— Ну и где твоя Катя? — в сотый раз спросил Аничков.
— Да погоди ты, — раздражённо ответил ему Феликс, долгий путь с северов утомил алхимика, но он стоически терпел, некромант наседал на него каждые десять минут, абсолютно не поддаваясь на уговоры. — Они выйдут в обеденный перерыв.
Оба беглеца стояли снаружи элитной частной школы для слуг, за ворота их не пустил строгий усатый сторож, судя по всему некромант. Мужчинам нельзя было находится внутри, но им обещали позвать девушку, как только это станет возможным.
Будущие горничные высшей аристократии воспитывались в атмосфере изоляции. Феликс сам выбрал эту школу из-за её репутации. У директрисы были свои заскоки, но зато обучение шло в кратчайшие сроки и выпускниц после него забрали с руками и ногами.
Широкое жёлтое здание с колоннами было огорожено металлическим забором с каменными столбами. Вдоль периметра торчали оголённые зимой берёзы, а перед парадной лестницей гостей приветствовал памятник скромной девушки, присевшей в книксене. Устремив взгляд косо вниз, она изящно держалась за края своего бронзового платья, складки которого забились снегом.
Путникам пришлось добираться до столицы практически без перерывов, оттого и усталость, но дело не терпело отлагательств. Аничков и вовсе был на взводе. Казалось, напряжённая гонка совсем не измотала его. Они простояли ещё около получаса и, наконец, дверь заведения приоткрылась и наружу хлынул щебечущий поток учениц. Одна из них тут же нашла их взглядом и твёрдым шагом подошла к сторожу.
— Феликс, какими судьбами? А это ещё что за хер с тобой? Ало, мистер, ваша губа так и кричит: меня изнасиловали! Может, прекратите её кусать? Она так ещё больше потрескается, — скороговоркой выдала бывшая царица воришек и элегантно поправила обруч с белым бантом на голове.
Её симпатичное лицо забыло, что такое бессонница и нужда, чёрные волосы были шикарно причёсаны и распущены, а прежний голос заядлой курильщицы исправился на грудной бархатный. Лечение от местных некромантов пошло ей на пользу и восстановило голосовые связки.
— Тебя не узнать, — улыбнулся рыжий маг и засмотрелся на преобразившуюся теневичку.
— И за эту трактирную шлюху мы платим горы целковых? — поморщился Аничков и обошёл вокруг приосанившуюся в гневе девушку. — Какого рожна? Она же общается как ямщик, ты совсем необучаема?
Некромант загорелся возмущением, ведь рыжий краснобай ему все уши прожужжал, какая это смышленая особа и как она их выручит, но по первой же реплике он всё понял. Они встряли.
— Никуда не годится. Посмотри на неё, — махнул он рукой на Катю. — Она как вкусный пирожок, но с трущобной начинкой. Шуйские не поверят этой хабалке, — некромант сплюнул и спрятал руки в карманы, собираясь уйти.
— Спасибо, конечно, за такую сочную аллегорию. Бьюсь об заклад, ваша жена — большая любительница обезьян, иначе я не могу найти причин, почему она вас терпит.
— Что ты сказала? — Пётр машинально потёр кольцо на безымянном пальце и угрожающе сделал шаг вперёд.
— Так стоп, давайте мы все придём в себя и не будем устраивать сцен, — Феликс своевременно встал между Катей и Аничковым, заставив обоих держать дистанцию. — Мы здесь только с одной целью и давайте ей и займёмся. За тобой, Катя, должок и ты отдашь его, а ты, — обратился он к некроманту и задумался, наблюдая как внутри того поднимается гнев, — будь терпимей, она не знала… Точнее не хотела тебя обидеть. Ну же, зачем всё усложнять? Мы и так проделали такой длинный путь, сейчас надо проработать план и начать всё на свежую голову.
— Ты мне больше не нужен, — махнул рукой Пётр и развернулся, чтобы уйти, — сам всё сделаю.
— Но тебя же убьют, — возразил алхимик.
— Второй раз не умирают.
— Хорошо сказано, мощно! Я прям… прям воспрял и… — попытался продолжить диалог Феликс, но некромант твёрдо решил всё закончить здесь и сейчас.
— Куда он идёт? — спросила Катя.
— Куда-куда? К Шуйским, — иллюзионист медленно выдохнул воздух и нервно поправил шапку.
— Зачем? Так я больше не нужна?
— Дорогая, помолчи, мне надо подумать, идём, — он схватил девушку за руку и потащил за собой.
— Сейчас арифметика, я не могу уйти, наставница меня убьёт.
— Не убьёт, ты здесь больше не учишься, — он сорвал с головы девушки кружевной обод и раздражённо бросил его в снег. — И кто тебя за язык тянул? Ну влипли так влипли… — бубнил он себе под нос, не теряя спины Аничкова.
— Да я думала все свои, — возразила неудавшаяся горничная. — Кто ж знал, что он выделываться начнёт? Я так старалась, ты бы знал. Все эти правила… Каждый день как в аду: этикет там, этикет здесь, поклоны, полупоклоны, все корячатся друг перед другом. Какая разница где мыть тарелки и вытирать пыль? Будто у знати даже грязь благородная, чушь!
— Ну теперь это уже не важно, — не обращая на неё внимания, причитал Феликс.
— Так зачем ему Шуйские? В смысле это же я должна была за ними… Ну ты понял, — она оборвала себя на полуслове, чтобы случайный прохожий не услышал лишнего. — Да его на порог не пустят с такой кислой бандитской рожей.
— Он никого спрашивать не будет, так зайдёт и поубивает там всех, а мне что? Что мне потом делать? Государь шкуру спустит. Горе мне, горюшко то какое…
Катя перевела взгляд на спину спешащего мага и уточнила.
— Зачем ему это?
— Они извели его род, теперь понимаешь?
— Теперь понимаю, — взгляд девушки нахмурился и она поправила свою меховую накидку, на ней всё ещё была форма горничной, только на ногах валенки.
— Шуйских нельзя трогать, это табу.
— Мне то можешь не объяснять, — бросила ему теневичка и исчезла из поля зрения.
Весь мир окрасился в привычные серые полутона и она мигом нашла в пятнадцати метрах впереди удобную тень, чтобы выскочить наружу. Дальше последовало ещё одно перемещение в другой кластер, и вскоре она оказалась позади некроманта.
— Погоди, — её рука попыталась схватить его за плечо, но мужчина
