отреагируют храмовники?
— Наши-то? — усмехнулся Флавио. — Дай время. Они всех перетащат в свою веру. Это главный смысл церкви.
— Правда?
— Вот увидишь.
Подъезжая к городу, мы притормозили, чтобы вновь опросить золотопоклонников.
— Я буду отвечать за всех, — спрыгнул с телеги и поклонился крепкий мужичок, возрастом ближе к пятидесяти, судя по седой шевелюре и морщинам. — Лист меня звать.
— Слава лесу! Лист, первое — где вас размещать?
— Мы все в свое время ушли из городов и не хотим туда возвращаться. Наследница, если можно, посели нас в лесу. Мы привычные.
— Договорились. Тогда распорядись, чтобы твои дожидались у городской стены, а сам пойдешь с нами. Мы с Флавио познакомим тебя с герцогом Джузеппе Домеником. А дальше как он скажет. Я спрошу у леса, где лучше вас разместить.
Далеко не сразу, но люди начали привыкать к новой жизни. Много было совершенно непривычного. Например, даже я не сразу поняла, что скотина может пастись сама по себе. Утром ее просто выгоняли из хлева, и коровы, козы, горстка овец самостоятельно уходили в лес. Но для надежности за ними присматривали… волки. Кому рассказать — не поверят. А вечером скотина возвращалась домой. За заботу волкам непременно выставляли ведро молока.
Уже через пару дней на одной из площадей начали открываться лавки. Почти такие же, как и раньше. Только сейчас товары выдавали в долг. Так распорядился герцог.
Производители сыров первыми приступили к работе. У них мало что поменялось. Для созревания сыра они выбрали подходящие дома с пристройками, под себя их переоборудовали, и процесс пошел.
Следующими подтянулись колбасники.
Общими усилиями запустили мельницу.
Но большая часть людей ушла работать на землю. Кто распахивал поля под посевы. Кто-то восстанавливал виноградники и другие плодовые деревья. Оливковые рощи тоже не остались без внимания.
Одним словом, жизнь продолжалась.
В один из дней, утром, меня позвал прогуляться кот. Это вообще нонсенс, потому как место любимчика безоговорочно занял герцог. Нет, мы не ссорились, просто кошачья душа выбрала себе друга.
— Собирайся, нам с тобой нужно кое-что сделать. Пойдем вдвоем. Предупреди, что вернемся вечером, а может, и завтра.
— Но куда? Зачем?
— По дороге расскажу. И возьми с собой еды с запасом.
Вот опять загадки и тайны. Что он задумал? Но ведь ни за что не расскажет. Придется подчиниться.
Глава 49
Всех предупредив, и взяв запас еды на двоих, мы пешком отправились из города. За городскими воротами кот попросил у леса проложить тропинку до вулкана.
— Да ты с ума сошел?
— Надо заканчивать с этим безобразием.
— Подожди… — В голове шевельнулось подозрение. Наследники говорили, что рыжий вредный кот служил у каждого из них. Но коты столько не живут. — Ты кто?!
— Сообразила?
— Не совсем, но начала подозревать, что ты не простой кот.
Он остановился, повернулся ко мне и, усмехнувшись, сказал:
— Я тот, кто создал этот мир. Создатель, бог, магия. Заселил его людьми и животными. Высадил лес. Я люблю его и забочусь. Но случилось так, что люди стали считать себя вправе чинить зло. Тогда я позвал первого наследника и внушил ему, чтобы он защищал лес. Научил лес сопротивляться. За первым наследником был второй, потом еще и еще. Вскоре равновесие было утеряно — и лес стал притеснять людей. Тогда появилась ты.
Я замерла, не в силах поверить в услышанное. Ладно, с волшебным лесом я вроде как смирилась. Но увидеть бога и тем более разговаривать с ним? Это за гранью.
— Но почему сейчас? Почему раньше не вмешался?
— Ты подружила людей и мир. Для этого я тебя и забрал из твоего мира.
— И ты можешь остановить вулканы?
— Одним словом.
— Так почему же… — начала было я, но кот прервал.
— Сама виновата. Надо было раньше мирить лес и людей, — рыжий засранец фыркнул и двинулся дальше.
А мне потребовалось время, чтобы уложить все в голове. Кот, надо же! Кстати, кто он в настоящем обличии?
— Дух. Даже тени не отбрасываю.
— А почему выбрал образ кота?
— Захотел.
— А ты любую форму можешь принять?
И в следующее мгновенье кот рассыпался, как комок пыли от хлопка, а на его месте стояла… я.
— Сомневаешься? — усмехнулась я. Вернее, та, что стояла напротив.
Новый удар по моей психике. Та, напротив, стояла и ухмылялась, точь-в-точь как кот. Красивая. Белокурые волосы, светлые глаза, овальное лицо с чуть заостренным подбородком, розовые пухлые губы и дерзкий взгляд.
Затем снова хлопок — и вот уже передо мной кот.
— А почему ты сам-то все не исправил? Зачем тебе наследники?
— Скучно. Это как в игрушки играть. Другое дело, когда игрушки начинают проявлять себя. Объединяться в группы и творить. Понимаешь?
— Ну-у… А ты откуда взялся?
— Я был всегда и буду всегда.
— Не понимаю.
— Еще бы. Я знаю все про этот мир и про множество других. Ты просто не можешь этого вместить. Ты… в общем, не приспособлена для этого.
Разве может создатель так насмехаться над людьми? Как будто по щекам отхлестал. И я на какое-то время перестала с ним разговаривать.
Сделали привал. Поели, отдохнули, полежали.
— Может, волков позовем? Далеко нам еще?
— Далеко. Я позвал уже. Они рядом бродят.
Дальше опять бешеный бег, кот зажат в одной руке, а другой я намертво вцепилась в шкуру. С чего все началось, тем и заканчивается. Стоп! Как заканчивается? А я? Что будет со мной? Если я, со слов кота — так проще воспринимать создателя, — так вот если я справилась с заданием, что будет со мной?
— А чего ты сама хочешь? Вернуться — пожалуйста. Остаться здесь и жить — живи.
— Здесь. Я хочу остаться, — даже мгновения не раздумывала.
— Так тому и быть.
Когда впереди замаячил просвет между деревьями, а в нос ударил запах гари, волки остановились.
— Недолго осталось, — утешил кот.
Мы вышли из леса, а там… полоса воды шириной метров десять. И почти кипит. С другой стороны подступает лава. Накатывает волнами, стремится прорваться вперед. И везде, сколько хватает взгляда, — огненное море. А жара как в печке.
— Спи, — совершенно буднично и спокойно произнес кот.
— Вода, — снова он.
И в ту же минуту на огонь обрушилась стена дождя. Вначале совершенно черного, но постепенно потоки светлели. Первые капли, не достигая земли, превращались в пар, но спустя время лава начала чернеть. Да и небо становилось прозрачнее. Причем на нашу сторону дождь не лил, а только на ту, огненную.
— Надо ждать.
— А чего?
— Вулканы уснули. Но разве ты не хочешь поквитаться с теми, кто все это
