Грейс сделала еще несколько снимков и склонила голову Максу на плечо.
– Вдобавок ваша кожа потрясающе пахнет, – продолжал Макс, шумно втягивая аромат. – Что это за запах?
Грейс засмеялась. Она терлась о его спину, доставляя Максу несказанное наслаждение.
– Масло какао, – шепотом ответила она.
– Божественный аромат, – сказал Макс, вызвав новый всплеск ее смеха. Сам он застонал. – Такой, что вас хочется съесть.
Грейс выдохнула. Чувственно, как выдыхает сексуально голодная женщина. Макс чуть сильнее надавил ей на ноги.
– Вы такая горячая, Грейси, – признался он. – Обалденно жаркая.
Макс лизнул ей затылок и лишь потом понял, что́ делает.
Грейс тихо застонала, склоняя голову набок.
Прильнув к ее подбородку, Макс отважился засунуть руки ей между бедер. Большие пальцы уже скрылись под ее юбкой.
– Жду не дождусь, когда почувствую вас, – прошептал он, жарко дыша ей в ухо.
Его руки двинулись дальше. До заветного места оставалась пара дюймов.
– Грейс, я сделаю так, что вам понравится. Вы даже не представляете.
Грейс переплела пальцы с его пальцами:
– Не сомневаюсь.
Максу вдруг захотелось потрогать ее крепенькие груди. Но не испугает ли он этим Грейс? Пока он просчитывал свои шансы, Грейс вдруг заерзала. Макс недовольно заурчал. Грейс постепенно отвела его ладони. Макс не имел права жаловаться. Она и так позволила ему гораздо больше. Он и не представлял, что она так осмелеет, особенно если вспомнить, через какой кошмар она прошла. Сегодня они сделали колоссальный рывок вперед.
Грейс села к нему лицом, упираясь ногами в землю. Ее взгляд остановился на ширинке его мешковатых шортов. Точнее, на образовавшемся там «бугре». Грейс прикрыла ладонью рот, пряча понимающую улыбку.
Макс усмехнулся:
– Я не собираюсь извиняться за спровоцированную вами эрекцию.
У него саднило все тело. Сейчас ему бы не помешала успокоительная пробежка.
– Я и не жду ваших извинений, – сказала Грейс. – Мне это нравится.
Ее игривый тон подсказывал, что так оно и есть.
– Вы серьезно? – на всякий случай спросил Макс.
– Конечно. Мне приятно, что вы находите меня привлекательной.
– Еще бы! – усмехнулся Макс.
Он ждал, что она тоже засмеется, но Грейс молчала. Более того, она крепко обхватила себя за плечи, сразу став меньше. Ее глаза уперлись в землю.
Максу стало страшно. По-настоящему страшно.
– Грейс, я не хотел вас пугать. Вы бы мне сказали, что я зашел слишком далеко. Кстати, это так?
– Нет! – почти закричала Грейс. – Нет. Макс, мне… мне это понравилось. Очень. Вы меня совсем не испугали.
Макс подошел, сел с ней рядом:
– Тогда в чем дело?
Она закусила губу и вздохнула. Макс отвел ей волосы с плеча, закинув их за спину.
– Грейс, скажите, не молчите.
– Я не хочу только брать, – сказала Грейс, взглянув на его колени. – Я тоже хочу вас трогать.
– Пожалуйста, – разрешил Макс, следом подумав, не спятил ли он. – Если хотите меня трогать, начинайте хоть сейчас. А может, вам хочется трахаться в людных местах? Что ж, будем трахаться в людных местах. Вам хочется залезть мне в штаны? Смелее! Запускайте туда ваши красивые ручки.
Теперь и Грейс засмеялась:
– Мне кажется, до траханья в людных местах мы еще не дошли.
– Ха-ха! – погрозил ей пальцем Макс. – Вы не сказали «нет»! Значит, вы к этому готовы?
– Замолчите, извращенец! – игриво оттолкнула его Грейс.
Их обдувало теплым ветерком. Мягко шелестели деревья вокруг.
– Пользуйтесь мною и не бойтесь, – уже без улыбки добавил Макс. – Тогда вы не в мыслях, а в реальности поймете, чего хотите и что приносит вам удовлетворение. Ведь этим вы сейчас и занимаетесь, правда?
Несколько секунд Грейс молча и пристально смотрела на него.
– Правда, – сказала она и быстро поцеловала его в щеку. – Спасибо.
Глава 17
Грейс фотографировала Макса почти ежедневно.
Снимки на пробежке, на прогулках, при обустройстве ее дома. По правде говоря, большинство этих снимков Грейс делала украдкой и не собиралась показывать на выставке. Они предназначались для ее личной коллекции.
Макс обладал на редкость фотогеничным лицом. Если бы не симпатия Грейс, она бы его возненавидела за такую дьявольскую фотогеничность.
У Макса была суровая мужская привлекательность, разительно отличавшаяся от сладеньких лиц с журнальных обложек. Взять те же шрамы. Их у него было два: один на правой брови, второй – на подбородке. По-настоящему мужское лицо. Его волосы были темными, почти черными, как и глаза. Но на ярком солнечном свете волосы приобретали золотистый отлив, а глаза светлели, становясь шоколадно-коричневыми.
И конечно же, у него было ангельское терпение.
После памятного дня, с которого начались их фотосессии, они больше не делали попыток телесно познать друг друга. Только случайные прикосновения рук на бегу, шутливые подталкивания плечом, не более того. Никаких движений, которые тогда воспламенили Грейс. Она часто вспоминала, как они сидели на бревне. Удивительно, что она не вспыхнула факелом. Прикосновение мужских рук не заставило ее сжаться, не вызвало отвращения. Впервые за очень долгое время.
А какое это было прикосновение!
У Макса были шершавые мозолистые ладони и длинные жесткие пальцы. Такие руки могли бы довести до оргазма, даже не притрагиваясь к ее трусикам. Нежные и в то же время властные. Даже когда она деликатно отвела его руки, ощущение между бедрами сохранялось еще неделю.
Надо же, Макс взял инициативу на себя и решился до нее дотронуться. Это удивляло Грейс, но еще больше она удивлялась самой себе. Поначалу ей было страшно, даже очень. У нее сдавило легкие, сердце бешено заколотилось. Однако страх погас столь же быстро, как и вспыхнул. К тому моменту, когда Макс лизнул ее в шею и стал шептать на ухо разные возбуждающие словечки, сердце Грейс колотилось уже совсем по другой причине.
От сексуального возбуждения.
Это был зов плоти, включившийся впервые за много лет.
Грейс и сейчас могла вызвать в памяти те ощущения. Грудь Макса, упирающаяся ей в спину. Его возбуждающий шепот. Как ему удалось разжечь в ней огонь желания, да еще такой сильный? В жилах бурлила кипящая кровь. Ей стало трудно дышать. Грейс знала: если она сейчас не снимет его руки, дело закончится…
Нет, это было бы слишком скоро. Торопиться нельзя. Нужно двигаться шаг за шагом. Как бы Грейс ни гордилась собой, некоторые аспекты интимности и сейчас пугали ее до смерти. Она добросовестно пыталась проработать их с Ниной – ее психотерапевтом, однако сама мысль о том, чтобы потрогать мужчину ниже пояса, наполняла Грейс тревожным чувством. Узнав о существовании Макса, Нина стала настойчиво убеждать ее воспользоваться таким шансом. Не надо все усложнять. Не надо отказываться от наслаждения. Так советовала ей Нина.
