нага — мужчина и женщина, бхут, джин, привычный по Коциту Высший Демон Хаоса, просто ужасающий Высший Демон Разрушения — ледяной и огненный гиганты, человек (вроде даже женщина — непривычный, не-джаханальский доспех скрывал фигуру), и самое странное существо — остроухий киннар, с головой, похожей на лошадиную.
Против Кадомацу — гибкой демонессы с красивыми крыльями, против суккуб — трёх сестёр, соблазнительных даже в доспехах, против дурака Хасана, которому хватило ума спрятаться и не лезть на рожон, против брата Ковая, с ухмылочкой демонстрирующего свой восьмигранный шест, против Уэмацу — самого молодого из хатамото, ему, наверное, и 15 не было, когда война началась… против Пака-южанина — хитростью своей и знанием хитрых приёмов он не уступал Маваши, и в драке, как всякий южанин, больше полагался на кулаки и ноги, чем на меч; против Такахаши — раненый в грудь, он крепче здоровых держался на ногах, и, как знала принцесса, не было ему равных в отбивании стрел своим прямым мечом и более отчаянного в схватке.
— Внимание, — предупредила Метеа, вынимая лук и проверяя стрелы: — Нас на одного больше, поэтому — не торопимся. Если удастся заманить одну такую громадину в коридор за нами — считай, что завалили. Сначала луки, потом — длинные мечи. Близко не подходить! Эх, жаль, что нагинаты нету… Хасан, готовь дымовую гранату, и сиди невидимый, пока не скажу! На тебе ещё бхута — никто другой из нас не увидит его. Самые опасные — наги, их валим в первую очередь, потом всякая мелочевка, а великанов можно не в один заход. Джинна я беру на себя, вы с ним не справитесь, и постараюсь придумать что-то от колдовства. Ну, ждём…
…Жутко засмеялся бхут и пошел на них, расплываясь в воздухе. Принцесса вскинула лук и выстрелила — демон Хаоса отбил стрелу ятаганом. Бхуту, похоже, она не задела.
Остальные тоже вскинули луки, но в этот момент демон Разрушения скинул чехол со свёртка, что доставал из-за спины — это оказалось жутковатое устройство со множеством стволов, чуть ли не с Мацуко ростом. Стволы завертелись…
— Девочки, Хасан, за наши спины, быстро! — крикнула Кадомацу: — Брат Ковай! — она вытащила из-за пояса и кинула ему «Воротный Столб» — дубина сейчас не очень-то подходила.
Стволы плюнули огнём, Метеа бросила лук и стрелы, одной рукой выхватывая «Сосновую Ветку» а другой поставила магический барьер — пули сверкали, проходя его, но не падали, а лишь замедлялись. Когда принцесса отбила первые, она поняла почему — это были даже не пули, а гвозди с палец величиной. И суда я по звуку, чуть ли не из костей сделанные. Костей демонов.
Хасан что-то крикнул насчёт бхуты, принцесса не оборачиваясь, махнула рукой:
— Дымовую гранату! Не будет он тут стоять, не полезет он под свои пули, будет где-то здесь прятаться. Как крикну — бросай в центр!
Ещё несколько пуль отлетело, отбитые зелёным клинком, и этот страшный пулемёт затих. Метеа собралась, готовя заклинание для контратаки, и в этот момент ударили наги. Внезапно, в глазах потемнело, её бросило на колени, желудок подпрыгнул к горлу, захотелось до смерти ощутить себя грязным ничтожеством, которое и убить не жалко.
«Было уже!» — чуть ли не вслух взревела демонесса, и этой яростью разбила чары. Тотчас же их всех швырнуло об стену ударом воздуха — девушка не сразу и сообразила, что это был её собственный защитный барьер от пуль.
«Ах, вы серьёзно? Ну и мы так будем!»
— Стреляйте! — приказала она, и со всей силы прыгнула под потолок. Хасан тотчас же кинул гранату в центр, дьяволица ещё летела, вспоминая мантры, потом крикнула, или шепнула — Мантру Тишины.
Сразу пропали все звуки. Метеа видела, как превращаются в утыканные иголочками подушечки такие страшные наги. «Тишина» блокирует не всю магию, что-то остаётся, что подготовлено заранее и вызывается волевым усилием, но сейчас самых страшных заклятий не будет точно. А против тех, что доступны, существуют фехтовальные приёмы. Демонесса оттолкнулась от потолка, и, изменив траекторию, и рухнула на голову джинну.
…Облако расползлось, покрывая обе противостоящие стороны. Только Гюльдан умудрялась стрелять, и, зная её — скорее всего даже попадала. Остальные ринулись в самый туман. Джинн принцессы, только на миг растерялся, а потом ринулся в атаку, намереваясь поразить её либо своей огненной махайрой, либо просто задеть — прикосновения жителя ярких звёзд было горячо даже для демона и клинка Огненного Ада. Ей же, хватило мгновений, чтобы окружить свои руки сеткой молний. А киннар, стоявший неподалёку, ещё и поднял своё оружие — нечто среднее меж ружьём, копьём и автоматом, но тут, раздвинув животом клубы дымовой завесы, на него выпрыгнул Брат Ковай и заставил обернуться.
Метеа обменивалась ударами с джинном, оглянулась — и увидела, как монах-великан скорчился на полу беспомощной грудой мышц, а тощий, увенчанный огненно-рыжими лохмами киннар, стоит на двух ногах, и держит его на прицеле своего странного оружия. Тоже обернулся, почувствовав взгляд девушки, и стал поднимать на неё свою непонятную штуку — но тут опять поднялся брат Ковай, дрогнул, но поднялся, с выражением боли на лице. Киннар заметил, опять прицелился в него. Монаха перекосило от боли, но он со всей злостью сделал ещё шаг на киннара. На принцессу опять насел джинн — он, похоже, уверовал, что неуязвим для клинка, осмелел, стал размахивать сильнее, забыв про осторожность — а ведь его плоть не неуязвимее волос, которые стригут даже тупые ножницы. Раз — она провалила его в пустоту. Два — рубанула по спине, три — он развернулся, четыре — они снова срубились, она повела его клинок в сторону, разворот почти на месте (в поясе-то она погибче мужчин-силачей), и, спутав пальцы, махайра вылетает у джинна из руки. Огненный дух взъярился, рванулся другой рукой за кинжалом — а «Сосновая ветка» уже дважды перерубила его самого.
Где-то на границе облака и чистого воздуха, Хасан катался по полу, сцепившись с кем-то невидимым, Уэмацу и Такахаши по очереди налетали на демона Хаоса,скрываясь меж атаками в дыму, Азер — маленькая, упрямо теснила громадного и страшного Демона Разрушения, ещё в сторонке — бледнеющий Брат Ковай одной рукой душил того киннара… Принцесса обернулась — без охраны, стояла дверь, дверь в покои Шульгена!
Брат Ковай толкнул её в плечо, показал — бегите, бегите пока не поздно! Метеа помедлила, и в этот момент из дыма выпал весь утыканный стрелами, но пока ещё живой
