полгода назад.
– В каком смысле? – насторожился я.
– Продал дом и с семьей переехал в Орхус, – ответила она.
– Понятно, – буркнул я себе под нос и тихо добавил: – Ну и правильно сделал…
– Простите, господин?
– Нет, ничего, – отмахнулся я. – Просто мысли вслух. И что же нам теперь делать?
Худое лицо хозяйки расплылось в довольной улыбке.
– Сегодня вам повезло, господин! Нынче в поселок прибыла повозка из поместья господина Бардана. Привезли новых кабальных.
Вот оно как! На ловца и зверь бежит.
– Отлично, – улыбнулся я. – И как же зовут возницу?
– Стариком Рипеем кличут, – охотно ответила хозяйка.
Когда она отошла, чтобы обслужить клиентов за соседним столиком, я повернулся к Лоле, уплетавшей в тот момент аппетитный сырник, и довольно ей подмигнул.
После завтрака мы с Лолой прогулочным шагом направились в сторону бараков. Как и ожидалось, в поселке творился переполох. Естественно, о его причинах мне уже было известно, но, отыгрывая любопытного господина, я остановил одного из прохожих и внимательно выслушал последние новости.
Как я и предполагал, сегодняшней новостью номер один была весть о смерти местной банды каторжан. Судя по счастливым лицам прохожих, о погибших никто горевать не собирался.
Когда мы оказались около ворот лагеря кабальных, здесь уже собралась знатная толпа зевак. Все громко обсуждали случившееся. Главная версия – уголовники своими действиями довели народ до предела, за что и поплатились этой ночью. Троим бандитам размозжили головы, а их главарю перерезали горло. Еще в толпе говорили, что Кнуд хотел было провести допросы с пристрастием среди кабальных, но весь поселок всполошился из-за такой несправедливости и старику пришлось отказаться от этой идеи. И правильно сделал. За бунт в поселке хозяева по голове не погладят.
Узнав у зевак, что старик Рипей сейчас находится со своей повозкой внутри лагеря кабальных, я направился к воротам. Лола, держа меня за руку, как ни в чем не бывало, шагала рядом.
Ворота охраняли Клоп и еще трое незнакомых мне бойцов. Видимо, за год в рядах надсмотрщиков произошли перестановки. Это даже к лучшему. Меньше риска быть узнанным. Хотя я уже встретил в толпе много знакомых лиц, но меня так никто и не признал. Сперва я немного волновался насчет моего уровня, но, видимо, зря. Похоже, нынешний я здорово отличался от «прошлогоднего» Эрика. Фроди – единственный, кто меня сразу узнал. Скорее всего, дело в его специфических характеристиках и способностях.
У ворот нам преградили дорогу, но когда Клоп увидел меня, то тут же, с максимально возможным почтением пропустил нас внутрь лагеря, а затем лично проводил к главному надсмотрщику.
Кнуда мы нашли у барака каторжан, тела которых лежали сейчас под навесом у дальней стены. Внутри помещения творился форменный бардак. Видимо, надсмотрщики под предлогом поиска следов убийц, искали тайники погибших. Судя по кислым мордам, никто ничего так и не нашел.
Заметив нас с Лолой, Кнуд вздрогнул и смущенно опустил глаза, но потом, взяв себя в руки и состроив подобие приветливой улыбки, поспешил к нам навстречу.
– Господин! – угодливо произнес он. – Что привело вас сюда?
Я обвел скучающим взглядом лагерь.
– Да вот, собираемся в дорогу. Нам сообщили, что здесь я могу найти некоего Рипея.
На хмуром лице Кнуда, наконец, появилось выражение понимания.
– Так вам нужна повозка!
– Все верно, господин Кнуд, – заложив руки за спину, кивнул я. – Не подскажете, где я могу его найти?
– Сейчас мой помощник проводит вас, – облегченно выдохнул старик.
Видимо, здорово перепугался, что страшный маг вдруг вздумал влезть в его дела.
– Пойдемте, господин, – учтиво обратился ко мне Клоп. – Возница сейчас в другой части лагеря.
Мы с Лолой переглянулись, и я незаметно показал ей глазами на кучу хлама, среди которого виднелся медный бок сундука.
Девочка понимающе кивнула и по заранее оговоренному плану воскликнула, прижав руки к груди:
– Дорогой кузен! Взгляните вон туда!
Я, изобразив нетерпение, повернул голову в указанную сторону.
– Лола, детка, нам пора… Мы не должны мешать этим добрым господам выполнять свой долг.
– Взгляните на вон тот сундук! – не обращая внимания на мои слова, продолжала восхищаться девочка.
– Какой еще сундук? Зачем он тебе нужен?
– Ну как же, кузен? – удивилась она. – Госпожа Бернадет подобрала мне много вещей! Этот сундук прекрасно подойдет для их хранения!
Я картинно нахмурился.
– А ведь верно… – Затем взглянув на Кнуда, произнес: – Хм… А ведь молодая госпожа права. Я как-то об этом не подумал. Сколько вы хотите за этот сундук?
В глазах старика появился алчный блеск, но через мгновение исчез. Чувство самосохранения взяло верх над жадностью.
– Ну что вы, господин! Не извольте беспокоиться о таких мелочах! Будьте спокойны, мои люди сейчас доставят его в таверну.
Я степенно кивнул старику и, все также держа довольную собой Лолу за руку, последовал за Клопом. Я тоже был рад, что мы успели вовремя. Можно было бы забрать сундук Кроша еще этой ночью и спрятать его где-то, чтобы потом подобрать по дороге. Но я решил не рисковать. Этот сундук слишком приметная вещь. Многие, тот же Кнуд, наверняка видели его в бараке у Фроди. Дабы избежать лишних вопросов и подозрений, я решил, что будет правильней, если этот сундук Кнуд отдаст мне самолично.
Переглянувшись с Лолой, я благодарно кивнул ей, отчего ее улыбка стала еще шире.
Ну что ж, здесь я закончил. Следующий пункт назначения – имение Бардана.
Глава 20
Худую сгорбленную фигурку Рипея мы увидели издалека. Он стоял рядом с низкорослым пузаном, который, выпятив нижнюю губу, что-то выговаривал старенькому вознице. Рипей, покорно склонив голову и сжав плечи, периодически вздрагивал от особо резких возгласов.
Толстяка я помнил. Его звали Прохор. Со слов покойного Кроша, в рейтинге местных мерзавцев-управленцев после Скоркса и Кнуда этот человек занимал почетное третье место. Прохор заведовал складом продовольствия. Был жаден и безжалостен. Многие кабальные умерли от голода именно по его вине. Сам же кладовщик, судя по его щекастой и розовой морде, о голоде знал лишь понаслышке.
Закончив распекать старого возницу, Прохор удалился вместе с двумя грузчиками, тащившими какой-то ящик внутрь склада.
Так что, когда мы подошли к повозке, Рипей стоял уже один. Держа в дрожащей руке небольшую серую тряпицу, он вытирал ей свое морщинистое уставшее лицо.
За этот год бедняга очень сдал и осунулся. Все тот же девятый уровень. Видимо, все эски и скрижали уходят на покрытие долгов.
– Рипей! – грозно крикнул Клоп, отчего старик испуганно вздрогнул и повернулся в нашу сторону. – Старый дурак! Мы тебя по всему лагерю
