Алиса, не уходи. Только не уходи, умоляю, не оставляй меня здесь одну. Я прошу прощения!
— Я только поговорю со стражей, — решилась я.
Стражники разрешили мне выпустить Ингрид, и ночевать она отправилась в свою комнату. Перед этим я попросила Клери нагреть для нее купальни.
Добравшись, наконец, до своей комнаты, я думала о том, каким длинным оказался этот день. Что-то удалось, что-то напротив… Почему же никто не подошел и не спросил зачем мы торгуем цветами? Что это за новинка такая? Где же обычное человеческое любопытство хотя бы? Не понятненько. Я думала о новых наложницах, о том, правильно ли поступила, выпустив Ингрид раньше времени, об императоре… Где он сейчас? С кем сражается? Сколько у него врагов? И все хотят его убить?
Глава 30
Следующую неделю я провела во дворце вместе с новыми девчонками. Мы с ними работали в саду, привели в идеальный порядок оранжерею, разобрали оставшиеся завалы в кладовках и сшили много красивых платьев. Я ночевала с ними в общей комнате, чтобы мой дар регенерации лучше и быстрее на них подействовал. И это сработало! Уже через семь дней девушки расцвели и похорошели. Я и сама не ожидала, что результат будет таким потрясающим — теперь, причесанные и приодетые, они ничем не уступали в красоте той же Ингрид, которая, кстати, после темницы притихла и не нарывалась на неприятности. Ровно до тех пор, пока я не переселила новых наложниц в отдельные комнаты в гареме…
— Всю неделю я молчала. Ничего не спрашивала, не возмущалась, что служанки ночуют в гареме, но это слишком, — заявила мне Ингрид, после переселения. — Почему рабочие девки получили места в гареме? Почему я вынуждена жить рядом с простолюдинками?
— А ты что, графиня? — усмехнулась я, покосившись на расфуфыренную блондинку.
— Нет, но я для высшего общества, а они для черной работы, — высокомерно вздернула подбородок Ингрид. — Ладно, ты не уважаешь меня, но как ты представишь их императору? Он тебя за такое уволит.
— Уволит, значит, уволит, — охотно согласилась я. — Его право.
— Убери их из гарема, — не отступала Ингрид.
— Это не твое дело, не тебе это решать. Разговор окончен, — отрезала я и пошла прочь. Боже, какой же тяжелый характер у этой девицы.
Рокси же, наоборот, подружилась с новенькими и даже поблагодарила меня, сказала, что теперь ей намного веселее жить в гареме, хоть есть с кем поговорить. Меня это тоже порадовало, а то проводить все дни в обществе Ингрид — такого никому не пожелаешь.
Прогресс восстановления гарема достиг семидесяти шести процентов. Новые наложницы пока не засчитались, видимо нужно, чтобы их принял император, а его до сих пор не было. Клери рассказала мне, что восстание в одной из стран империи не утихает, война разгорелась со страшной силой. Нектиру приходится воевать на два фронта, так как с территорий безвременья постоянно совершаются набеги. В столице же было спокойно. Все жили своей жизнью, словно ничего не происходит. Поэтому я решила, пока есть свободное время, опять заняться своим бизнесом.
Ранним утром мы с Золой сделали свежие букеты и отправились в Бэлкану. Я оформила прилавок и расставила букеты на полках внутри лавки. Потянулись долгие часы ожидания покупателей. Все проходили мимо, максимум, бросали любопытные взгляды. Миновал обед, а мы не продали ни одного букета. Я начала отчаиваться, но упорно просидела до вечера. Так ничего и не продала и вернулась во дворец расстроенная. Бизнес не ладится, как же я буду жить, когда закончу с контрактом? Мне бы поучиться магии, чтобы разобраться со своими способностями как следует, но на это тоже нужны деньги. Ми просветил меня по этому поводу — обучение магии стоит недешево. Очень недешево.
Я продолжала каждое утро выставлять букеты и ждать покупателей. Прошло три дня, очередной бесплодный день клонился к вечеру. Мы с Золой, невероятно уставшие от вынужденного и очень долгого ничегонеделания, изнемогали.
— Давай, наверное, собираться? — предложила я. — Ничего не получается, надо придумать какую-то рекламную стратегию. Может быть, дарить маленькие букетики прохожим…
— Какую стратегию? — переспросила Зола.
— Ре… А, не обращая внимания, — я взяла в руки самый большой и красивый букет и собралась отнести его внутрь лавки, когда меня остановил неожиданный вопрос.
— Зачем у вас тут срезанные цветы? — высокая удивительно стройная женщина в годах с интересом рассматривала букет у меня в руках. Ее волосы, полностью седые, были собраны в тугой пучок, а глаза поражали невероятно чистым голубым оттенком.
— Мы их продаем… — немного растерялась я. Уже и не ожидала, что кто-то подойдет и что-то спросит. — Их можно поставить дома в кувшин или высокую вазу. Они будут радовать вас до двух недель своей красотой и чудесным ароматом. Понюхайте.
Про две недели я не соврала — благодаря моей магии земли, срезанные цветы жили дольше обычного. Я протянула женщине букет. Она склонилась и сначала осторожно, а потом более глубоко вдохнула:
— Вы говорите правду. Я видела такие цветы на балу в честь коронации императора. Да и вас я там, кажется, видела…
— Действительно, во время бала дворец императора был украшен моими букетами, — сместила я акцент со своей скромной особы на товар, думаю, получилось ловко.
— Если в императорском дворце принято размещать такие цветы, то и я, пожалуй, попробую. Куплю, наверное, штук пять. Как вы их назвали? — дама активно рассматривала наш прилавок.
— Букеты — срезанные цветы, которые красиво подобраны. Могут использоваться для подарка или украшения помещения, — с готовностью ответила я.
— Букет… — словно пробуя слово на вкус, повторила покупательница. — Их можно еще и дарить?
— Да, конечно. На любой праздник и даже просто так, чтобы сделать приятное. Внутри лавки есть еще, можете посмотреть и там.
— Нет, я выбрала, — дама поочередно указала пальцем на пять букетов. — Как скоро вы сможете их доставить?
Я снова немного растерялась, не ожидала, что потребуется доставка:
— А по какому адресу нужно доставить?
Покупательница назвала адрес. Я повернулась к Золе и вполголоса спросила:
— Сможешь нас туда переместить?
— Хоть сейчас, — шепнула девочка и подмигнула мне.
— Доставим в течение часа, — широко улыбнулась я покупательнице и добавила с замиранием сердца. — С вас два с половиной золотых.
Ох, мама дорогая, надо было
