Добрую память о себе у жителей оставила и команда корвета «Варяг», принимавшая участие в тушении пожара 2 февраля 1864 года в одном из городов на Атлантическом побережье Северо-Американских Штатов.
Заключительным аккордом гостеприимства, которое оказали американцы русским морякам, явились празднества, организованные в их честь в Бостоне 19 июня 1864 года. Особенное впечатление на гостей произвело музыкальное представление, организованное детьми из бостонских школ. Их концерт начался с приветственной песни, специально сочиненной по случаю прихода эскадры и исполненной под музыку российского гимна:
— Морские птицы московской земли,оставайтесь в наших морях.Невские владыки морей, наши сердцабьются приветствием к вам.Звуки, которые вы к нам принесли,проникают до глубины сердца,Подобно тому, как брошенныевами якоря — до глубины моря.
На прощальном обеде мэр Бостона заявил: «Русская эскадра не привезла нам ни оружия, ни боевых снарядов для подавления восстания, но она принесла с собою более этого — чувство международного братства, свое нравственное содействие».
Россия показала себя мудрым и надежным другом.
* * *
К середине 1864 года основные задачи, поставленные перед русскими эскадрами, были выполнены. Командующий эскадрой контр-адмирал Лесовский созвал совещание командиров кораблей, на котором подвел итоги крейсерской операции русских кораблей у берегов Северо-Американских Штатов.
В заключение он отметил:
— Крейсерство наших кораблей как у восточных, так и у западных американских берегов, сорвало планы создания военного союза Англии и Франции, направленного против России. Это и есть главный итог нашей миссии, господа.
Все оживленно пожимали руки друг другу.
— Кроме того, сорвана попытка поддержки Англией мятежных Южных штатов в их Гражданской войне с Севером. Благодаря этому усилились позиции федерального правительства Соединенных Штатов на международной арене, и я передаю вам благодарность президента Авраама Линкольна!
Командиры с сияющими глазами разразились аплодисментами. Лесовский обвел их взглядом, и сразу же наступила тишина.
— Восстание польских сепаратистов подавлено. В связи с этим мною получено высочайшее указание об отзыве нашей эскадры в Балтийское море. Эскадра контр-адмирала Попова тоже возвратится в воды Дальнего Востока. Поэтому назначаю выход с Нью-Йоркского рейда на 14 июля сего года. Прошу использовать оставшееся время для подготовки кораблей к дальнему переходу через Атлантический океан, — он еще раз обвел взглядом своих подчиненных.
— Разрешите, Степан Степанович? — обратился к нему командир фрегата «Ослябя» капитан 1-го ранга Бутаков.
— Прошу вас, Иван Иванович!
— Я бы хотел обратить ваше внимание, Степан Степанович, и внимание господ командиров на результаты первого в истории военно-морских флотов боя броненосных кораблей.
— Вы имеете в виду бой на Хемптонском рейде между «Монитором» и «Вирджинией», состоявшийся 9 марта 1862 года?
— Совершенно верно, Степан Степанович. С моей точки зрения, этот бой имеет судьбоносное значение для всех морских держав!
— Вы, Иван Иванович, пытаетесь выступить прямо-таки в роле оракула, — скептически усмехнулся капитан-лейтенант Копытов, командир фрегата «Пересвет».
— А почему бы, собственно говоря, и нет, Николай Васильевич? Давайте разберемся. «Монитор», винтовой низкобортный броненосный корабль северян специальной постройки водоизмещением приблизительно в тысячу тонн, вступил в бой с броненосным кораблем южан «Вирджиния», переделанном из винтового деревянного фрегата. Этот бой продолжался более трех часов и закончился, если так можно выразиться, «вничью», ибо разрывные бомбы, которыми стреляли пушки обоих кораблей, представляли значительную опасность лишь для деревянных судов и практически не причиняли вреда им самим, бронированным.
А ведь еще во время Крымской войны вице-адмирал Нахимов, командуя русской эскадрой, уничтожил в Синопском сражении на анатолийском побережье Черного моря весь турецкий флот, используя как раз бомбические пушки, которых не было у турок.
Командиры дружно закивали головами.
— В то время, когда вы, Степан Степанович, — продолжил Бутаков, — находясь на «Александре Невском», во главе отряда кораблей эскадры проводили крейсерскую операцию в Карибском море и Мексиканском заливе, я по вашему указанию возглавлял другой отряд, осуществлявший патрулирование у берегов Северо-Американских Штатов. Когда я привел свой фрегат в Аннаполис, там в это же время, к моему несказанному удовольствию, находился и «Монитор». И я, естественно, встретился с его командиром, фрегатен-капитаном[82] Кларком.
Вот тогда-то мы и обсудили все перипетии его боя с «Вирджинией». На основании чего я сделал неутешительный для себя вывод о том, что даже такой мощный винтовой деревянный фрегат, как, к примеру, «Александр Невский», не говоря уж об «Ослябе», не смог бы одержать верх над одним из этих броненосных кораблей. Или я не прав?
Все, как по команде, обернулись в сторону командира «Александра Невского».
— Ваше мнение, Михаил Яковлевич? — заинтересованно спросил контр-адмирал.
— Это не простой вопрос, как может показаться, господа… — вздохнул Федоровский, тяжело поднимаясь со своего места. — Как мне представляется, при боевом столкновении с броненосным кораблем противника «Александр Невский» в обиду себя бы не дал, но, к сожалению, победить его в столь длительном бою все-таки не смог бы. В этом отношении я должен согласиться с уважаемым Иваном Ивановичем, — он строго глянул на относительно молодого командира «Пересвета».
— Спасибо за поддержку, Михаил Яковлевич, — облегченно вздохнул Бутаков. — Этот неутешительный вывод, — еще раз подчеркнул он, — я сделал не только на основании того, что «Монитор» является броненосным кораблем, не доступным для воздействия разрывными бомбами, но и учитывая конструктивные особенности его артиллерии.
На нем впервые в истории кораблестроения были применены бронированные башни, надежно защищающие артиллерийскую прислугу не только от прямого попадания разрывных бомб, но и от их осколков. Эти башни вращаются приводом от паровой машины и тем самым позволяют вести круговой обстрел неприятельских кораблей. Мало того, стальные орудия калибром 203 миллиметра в этих башнях имеют устройства, устанавливающие необходимый угол их возвышения, что обеспечивает прицельную дальность стрельбы до двух миль.
