Да сохранит вас Матерь! – военнослужащий приложил руку к сердцу. – Время выдвигаться, и вам, и нам. Выбиваться из графика не стоит.
Военные простились, и Льюис, не глядя, переключил передачу. Машина тронулась вперед. Колонна с выжившими быстро оказалась позади, но мы с Сэмом еще долго смотрели вслед удаляющимся машинам.
Рация заскрипела:
– Сборт, – встревоженно начал Михаэль, – Джону поплохело… Сильно поплохело.
Роберт глянул на Льюиса, который в эту же секунду ударил ладонями по рулю.
– Тогда ускоримся, – коротко ответил командир, в то время как Кристофер вдавил педаль газа, и скорость на спидометре начала стремительно расти; я стиснула зубы, глядя, как пейзаж за пределами машины слился в единое темное пятно. – Осмотришь его на месте. И, Михаэль, – Роберт ненадолго убрал рацию от лица, выдыхая. Я поняла, что он старается успокоить голос, дабы звучать более уверено, – помни о том, что тебе сказали ранее.
Минут через пять перед нами уже возвышалась больница, а я, еле держась на ногах, выползала из машины, оставив внутри рюкзак. Хлопали двери. Выскакивали на улицу горгоновцы. Джона, бьющегося в конвульсии, вытащили на руках. Роберт сразу же рванул к нему, Льюис замер на мгновение, не решаясь сделать и шаг. Михаэль проводил над Джоном манипуляции; не смогла смотреть. Отвернулась.
Вокруг дым, копоть, трупы, останки, разбитые машины, обрывки, ошметки, мусор, принесенный ливнем. Вокруг грязные лужи, поломанные ветки, поваленные фонари, битые стекла, гильзы, кровяные потеки… И, несмотря на ужасную жару, меня прошиб холодный пот.
– Штеф, наш трейлер! – Сэм затряс меня за плечо, и я, наверное, никогда еще не слышала столько радости в его голосе. На парковке стоял наш старый и потрепанный, но настолько родной трейлер. – Эндрю не уехал! Он дождался нас!
Но во мне радости не было. Во мне ширились испуг и ужас. Вокруг царила смерть. И среди нее возвышался трейлер. В одну секунду я поняла, что все, к чему стремилась эти три дня – иллюзия. Вот он, трейлер, прямо передо мной… Но я стояла, как вкопанная, слыша, как позади Михаэль пытался привести хрипящего Джона в чувство, как переговаривался Роберт со Стэном, как чиркнула зажигалка Льюиса, как выли воздушные потоки среди пустых улиц. И все произошедшее проносилось перед глазами.
И я не хотела идти к трейлеру. Не хотела.
– Штеф, мы добрались!..
Но я отвернулась от трейлера, от Сэма, посмотрела на Джона и столпившихся вокруг него горгоновцев. Ветер донес голос Иртона: "Я немного посплю и снова буду на ногах. Нам еще плечом к плечу биться, не списывайте меня со счетов… До конца".
Крис все еще продолжал стоять у машины. Он побелел. И руки его мелко дрожали.
– Штеф, идем же, – Сэм хотел взять мою ладонь, но, увидев быстро двигающегося к нам Сборта, я отдернула руку.
– Что с Джоном? – спросили мы с Крисом почти синхронно. Роберт качнул головой, пожимая плечами.
– Судороги прекратились, Михаэль пытается привести его в чувство, – Льюис двинулся было вперед, но командир придержал его, заглядывая в лицо. – Не стоит тебе идти. Ты не в том состоянии. Боур свое дело знает, – Крис смотрел как-то сквозь Роберта, а тем временем Сборт обернулся ко мне. – Штефани, времени мало. Если ты все еще нацелена попасть в больницу, вот он тебе шанс. А тебе, Сэм, я пока проблемы с приёмником объясню, посмотришь, – я сначала не могла понять, чего от меня хотят. Продолжала смотреть непонимающе, изредка поглядывая в сторону трейлера. – Ну? Ты ведь говорила, о ключе, помнишь?
– Но, Сборт…
– Не переживай, кого-нибудь одного я тебе в компанию дам, – взгляд горгоновского командира испытующий, внимательный.
– Я не про то, Роберт, – и рука моя непроизвольно потянулась к карману…
– Пойдем, я с тобой пройдусь к трейлеру. А то мало ли, – Льюис перехватил мою руку, сжав выше локтя, и, наигранно улыбнувшись Сборту, потянул вперед к трейлеру. – Милая, – почти прошипел он, склонившись ко мне, когда мы уже порядочно отошли, – ключ же по легенде в трейлере, забыла? Или думаешь, что Роберт простит тебе твою маленькую ложь? Он чертовски не любит, когда ему лгут. И никогда этого не забывает.
– Да у меня из головы всё вылетело! – фыркнула, вырывая руку. – И я тебе не “милая”! – Кристофер сощурился. Я опустила голову, вздохнув и закрыв лицо рукой; не в моем положении позволять себе колкости и недовольства. – Да… Не знаю. Я должна сказать спасибо. Опять, – мысли путались и сбивались. Льюис, в общем-то, прикрыл меня, хотя мог не делать этого. В голове мешанина. – Я забыла о ключе. Просто, – я вновь глянула на трейлер, что был совсем близко, а потом повернулась к Льюису, – у меня так на душе дерьмово, – голос сорвался. – Предчувствие дрянное. И я невероятно боюсь приближаться к трейлеру.
Льюис сжал зубы так, что желваки заиграли на его щеках.
– Ты не трейлера боишься, – качнул головой, – а того, что ваш приятель уехал. Или, хуже того, остался.
Меня дернуло, и я пошатнулась; Крис понимающе опустил глаза, а затем бросил взгляд в сторону Джона:
– Вон, на это посмотри, – он кивнул на копошащихся горгоновцев, – они будто прощаются с ним, а ведь он еще жив.
– Поэтому не подходишь? – спросила тихо, смотря в сторону Джона и не поворачивая лица к Льюису. – Не хочешь прощаться?
– По горло уже сыт всякими прощаниями, – черство и серьезно ответил Крис, но я ясно чувствовала, как его потряхивает изнутри; он боялся слов, походивших на последние, боялся, что тем приблизит неминуемый исход. И я понимала Льюиса, ведь сама испытывала то же самое. – Ладно, погнали к трейлеру. Нам правда не стоит медлить.
Зараженных нигде не было, но Льюис все равно достал мачете и шел чуть впереди меня, осматривая округу. Этих тварей нигде не было. Они ушли в город, за живыми людьми. Здесь остались только останки и призраки.
К трейлеру мы подошли со стороны входной двери, которая оказалась закрыта. Сердце колотилось, как ненормальное, и от этого нехило пошатывало. Трейлер – в грязевых разводах, темных потеках, отталкивающих пятнах. Я безрассудно потянулась к двери, но Льюис преградил мне путь.
– Отойди, – проворчал он, и я послушно отступила. Горгоновец взялся за ручку, сильнее сжал мачете, выдохнул медленно…И резко
