на дворец. Я посмотрел на Киёми-саму и госпожу Ханшу – те по-прежнему были увлечены беседой – и пошел искать Юмеко.
Она сидела на перилах веранды, свесив ноги и хвост, и смотрела во двор. Юмеко не плакала, но глаза были красными, а на лице читалась отрешенность. Я молча уселся рядом. Юмеко подернула лисьим ухом и подняла голову.
– Тацуми! – с облегчением воскликнула она, и в ее глазах зажглись искорки света, немного рассеяв тьму скорби. – Ты здесь! Получается, ты победил óни?
– Да. – Непривычно было видеть ее такой, как и хотеть сказать что-нибудь, лишь бы развеять печаль в ее голосе. Вот только слов я не находил.
– Я слышал про Рэйку, – негромко проговорил я.
Юмеко зашмыгала носом, а на глаза навернулись блестящие слезы.
– Она была тут, Тацуми, совсем рядом, и удерживала барьер, защищая нас от врагов. А потом я смотрю… а ее уже нет… – Ее нижняя губа задрожала. Юмеко сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. – Не могу в это поверить. Все жду, что сейчас она подойдет и отчитает меня за то, что попусту трачу время, пока Генно идет к своей цели.
Напоминание о Генно заставило меня вздрогнуть. Я посмотрел наверх – на далекие статуи, которые не заслоняла даже высокая дворцовая крыша, – и на фигуре Великого Тигра смог различить силуэт, излучавший магическое сияние.
Юмеко проследила за моим взглядом и помрачнела еще сильнее.
– Вот-вот случится что-то страшное, да? – тихонько спросила она. – Я чувствую! Город опутан темными чарами. Генно замыслил новое злодеяние, еще хуже прошлых.
Голос Юмеко задрожал. Я накрыл своей ладонью руку кицунэ, вообразив, что могу передать ей всю свою силу, все чувства – злость, решимость… и это пугающее, странное чувство, которое не могло быть ничем, кроме любви.
– Мы его остановим, – пообещал я. – Борьба не будет напрасной, Юмеко. Время еще есть. И я буду рядом до самого конца, клянусь.
Юмеко посмотрела на меня своими золотистыми глазами, и такие чувства таились в их глубине, что у меня сжалось сердце. А на задворках сознания вспыхнула мысль о том, что надо бежать, надо уйти как можно дальше от очевидной слабости, захлопнуть дверь перед чувствами, стать пустой оболочкой, как было до знакомства с лисичкой. Но я не двинулся с места и встретился с ней глазами, хотя внутри все бушевало. Я словно шел на ощупь в кромешной темноте, положившись на волю неведомых чувств, поскольку знал, что рядом с ней мне ничего не грозит. Я верил, что она не вонзит мне нож в спину, не столкнет меня в бездну, подхватит, если буду падать.
Да кого ты дуришь, Тацуми? Ты уже летишь в пропасть.
– Тацуми, – прошептала Юмеко, и даже собственное имя заставило мое сердце стучать чаще, потому что сорвалось с ее уст. Тонкая рука приподнялась, нежные пальцы пробежали по моей щеке, я закрыл глаза. – Я…
Вдруг задрожал воздух, а следом – и земля. Казалось, в самом центре города пульсирует что-то страшное и зловещее, черпая силы из рек крови, смерти и людских душ.
– Ну вот, началось, – прошептала Юмеко, когда биение кровавой магии добралось до нас. На миг мне почудилось, будто по мне ползают миллионы пауков, сороконожек, червей – они карабкаются по телу, ныряют под одежду, впиваются в плоть. Я видел, как скривилась Юмеко, как в отвращении прижала к голове уши, но потом это чувство прошло и все стало как прежде. Тишина спустилась на дворец, люди замерли в страхе и смятении, готовые выхватить оружие. Все ждали, что будет дальше.
И тут закричали ками.
Это не был звук в привычном смысле слова, как, например, гонимые ветром истошные вопли, стоны, вой – все, что можно уловить на слух. Нет, это было ощущение кромешного ужаса, словно тысячи голосов слились в едином крике боли и страха. Кричали земля, небо, лес, окружавший город, и укрыться от этого града чувств было невозможно, они вонзались в тебя, будто стрелы, и рвали душу в клочья.
Юмеко ахнула, поморщилась, зажала уши, словно крики ками причиняли ей физическую боль. Я соскочил с перил и огляделся, ища глазами госпожу Ханшу и даймё Цуки. Генно приступил к своему плану. Решающая игра началась. Пора в путь.
– Каге-сан! Юмеко-тян!
Ронин взбежал по ступенькам с луком в руке. Тайо поднялся за ним следом.
– Что, черт возьми, происходит? – спросил бледный как мел ронин. – Вы слышали? У меня из ушей сейчас кровь пойдет!
– Это ками, – дрожащим голосом ответила Юмеко, спрыгнув с перил. Полными ужаса глазами она посмотрела на небо, на лес за городом. – Никогда… не слышала… чтобы они так кричали. Происходит что-то страшное. Надо найти Киёми-саму.
– Я здесь. – Даймё Клана Луны поднялась по ступенькам, такая же бледная и мрачная, как Юмеко. За ней изящной, непоколебимой тенью следовала госпожа Ханшу. Вид у нее тоже был скорбный, губы сжались в тонкую линию. Юмеко резко вздохнула при виде правительницы Каге и встревоженно расправила плечи.
– Не бойся, – тихо, чтобы слышала только кицунэ, проговорил я. – Каге в городе, но они хотят помочь нам остановить Генно.
Юмеко бросила на меня встревоженный взгляд. Я прочел в нем немой вопрос, страх за меня – она тоже понимала, что если Каге заявились к нам, то доберутся и до Хакаимоно с мечом. Вне всяких сомнений, у Ханшу имелись на меня дальнейшие планы, если я, конечно, выживу. Но пока не существовало ничего важнее, чем необходимость помешать Генно и остановить призыв Дракона.
– Юмеко-сан, – строгим голосом обратилась к дочери даймё Клана Луны. Сейчас сходство между ними было как никогда заметно. – Мне придется собрать остатки своих сил для решающей битвы. Что бы там ни задумал Владыка демонов, нам нельзя останавливаться. Нужно любой ценой добраться до скал Рюгаке и прервать ритуал призыва Дракона. – Даймё вздохнула и в один миг словно постарела на несколько десятков лет. – Ками бегут с острова, – прошептала она. – Их становится все меньше и меньше, и я чувствую это. Скоро их совсем не останется. Не знаю, что нам принесет этот день. Мое войско уменьшилось в десять раз, и даже с учетом Каге и их помощи мы остаемся в меньшинстве, и разрыв огромен. Ты видела, каким войском управляет Генно и на что он способен, и уже потеряла дорогого тебе человека. Мы можем погибнуть в грядущей битве, Юмеко-сан, но наше время уже на исходе, и другого выбора нет. Ты и твои друзья… по-прежнему с нами?
– Да, – твердо ответила Юмеко без тени страха. – Мы потому и пришли, Киёми-сама. Мы не
