врешь? Дай слово, что спал, что никуда не ездил!
— Честное слово!
— Тогда куда делись книги?
— Никуда они не делись. Тут где-нибудь. Вот сейчас поищу получше, и найдем.
— Не найдешь ты книги, Сашка. Нет их у тебя.
— Потихоньку забрал, а теперь требуешь? Паразит ты, Пашка.
— Кто из нас паразит, в уголовном розыске разберутся.
— Какой еще уголовный розыск?
— Поклянись, что никому ни слова!
— Честное слово, никому.
— Кто-то украл у нас книги, одиннадцать штук, да еще те две, что у тебя были... Продал их одному мужику, а квартиру этого мужика ограбили. Пришли в масках, с пистолетами, ножами, связали хозяйку... Понимаешь, тот, который продавал, сказал, что его фамилия Тюрин, а зовут Павел. Он вроде бы принес книги, а потом впустил своих дружков. В масках.
— Ну и врать же ты, Паша, здоров!
— Нет, Сашка, не вру. Только что у нас были двое из МУРа. Пришли и спрашивают: «Ты Павел Тюрин?» — «Я!» — «Давал книги бандитам?» — «Нет!» — «Кто у тебя друзья?» И давай меня допрашивать. Где был, кого знаю. Потом один раскрывает портфель и вытаскивает книги. Я глазам не верю. Эти самые книжки я во второй ряд третьего шкафа ставил. Взглянул на титульный лист — наши. Помнишь, я у тебя про «Географию» спрашивал? Ну, ту, что потерялась? Она там. И те самые, что я тебе давал, тоже у них... Ну, думаю, не Сашка ли с бандитами связался! Они ушли, а я к тебе. Как думаешь, кто мог у нас книги взять? Да еще себя за меня выдать?
Мальчики прошли на кухню. Саша достал из холодильника бутылку молока, налил себе и приятелю по стакану и, отпив несколько глотков, предложил:
— Давай возьмем по листу бумаги и каждый напишет всех ребят, кто к нему приходил.
— За какое же время?
— Когда «География» исчезла?
— В конце апреля, перед праздниками.
— Ну вот, давай с конца апреля и начинай.
Вскоре Саша с небольшим списком подошел к Павлу. Тот показал ему свой листок.
— Закончил. С тобой вместе одиннадцать человек получилось. Вот смотри: Лелька приходила, я ей по физике помогал. Жорка заходил: то стержень ему дай, то пилку от лобзика, то еще что-нибудь. Он ведь в нашем подъезде живет. Дамир заходил несколько раз. Остальные приходили кто два, кто три раза.
— А у меня, Павлик, было ребят куда меньше. Давай сверим. Лелька ко мне не приходила. Она не знает, где я живу. Жорка заходил, но до того, как я у тебя взял книгу. Постой, а Валька сколько раз у тебя был?
— Раза два или три.
— Он у меня на прошлой неделе был. И в книгах копался, просил что-нибудь почитать.
— Валька и у нас книги рассматривал. Зимой он у меня Эдгара По брал, потом вернул. Весной Сименона читал. А в последнее время книг я ему не давал.
Саша наморщил лоб и что-то соображал.
— Сколько же у вас всего книг пропало?
— Сколько пропало, не знаю, а показывали мне вместе с теми, что у тебя были, тринадцать штук.
— Одну книгу стащить очень просто. Засунул за пазуху — и уходи. Можно и две.
— Да нет, Саша! Незаметно унести восьмитомник Костомарова невозможно. Для этого хотя бы портфель нужен.
— Вот и вспоминай, у кого были портфели.
— Ты приходил. Лена тоже с маленьким таким портфелем синего цвета.
— Ну, я-то твоих книг не брал. Это исключено. Про Лену потом. Кто еще?
— Вроде бы никто, — неуверенно пожал плечами Павлик.
— А Валька с чем заходил? Что у него было?
— Да он все время со спортивной сумкой ходит. На ней «Спартак» написано.
— Та-ак, — почесывая затылок, почти пропел Саша. — Ко мне он тоже со своей сумкой приходил. Ну вот что, — он потянул Павла за руку, — идем к Вальке, его работа, не иначе. Он еще с осени со шпаной связался. Придем и прямо спросим про книги.
— Может, не надо, Саша? Может, наша самодеятельность помешает тем, из МУРа?
— Да брось ты. Мы его сами так прижмем, он нам все выложит как миленький.
Саша окинул взглядом свою прихожую, вытащил на середину ящик, где лежало несколько пар гантелей. Выбрав одну, поменьше, пятисотграммовую, опустил ее в карман.
— На всякий случай, — объяснил он.
Татьяна Александровна Коробочкина набрасывала на листке бумаги схему. Из-под карандаша, точно связки цветных воздушных шаров, появлялись сплетенные между собой кружки. В центре одного из них она написала: «Павел Тюрин», в других — имена его приятелей и знакомых. Подвинув схему на середину стола, Татьяна Александровна объяснила:
— Вот здесь окружение Тюрина, его знакомые и друзья. О них все говорят только хорошее. Конечно, кто-то из мальчишек склонен подраться. Например, Саша Тиканов до прошлого года без синяков под глазами почти не ходил. Жоржик, что живет с Тюриным в одном подъезде, в соседнем доме выбил из рогатки два оконных стекла... С Тюриным знаком и некий Валентин Цыплаков. Его часто видят со взрослыми парнями, поведение которых далеко не ангельское. Учится он в техникуме, на третьем курсе. В прошлом году исключили из комсомола за кражу шапки из раздевалки. Отец инженер, работает в каком-то транспортном управлении, мать — фельдшер в заводском медпункте. Родители Валентина довольно строгие, особенно отец. Говорили, что после кражи шапки он устроил сыночку такую взбучку, что пришлось вмешиваться нашему участковому инспектору.
— Как выглядит этот Цыплаков? — поинтересовался Павлов.
— Худой, длинный, как мачта.
— На продавца книг не похож, — вздохнул Павлов.
— Я все-таки послала участкового к нему домой. Пусть узнает, где он был вчера утром во время ограбления, и выяснит, кто к нему ходит...
В небольшом палисаднике во дворе многоэтажного дома было малолюдно. Жара разогнала жильцов с солнцепека. Только три парня что-то горячо обсуждали.
— Не брал я ваших книг, чего привязались, — повторял Валька Цыплаков. Он был повыше Саши Тиканова, а Павел Тюрин даже не доставал ему и до плеча.
— А кто же тогда брал? — горячился Саша. — Ты у меня на прошлой неделе был? Был. Рассматривал «Историю Александра Первого»? Рассматривал. Ушел, а книги тю-тю — исчезли.
— Был. Смотрел. Но не брал.
— Никого, кроме тебя, у меня не было, —
