Ее глаза округлились, как будто от страха. Черт, неужели она действительно боится? Или все же разыгрывает страх?
— Убежать? — воскликнула она. — Что вы имеете в виду? Вероятно, нам пора вернуться на палубу. Я уверена, что Беатрис уже разыскивает меня, Я не думала, что буду отсутствовать так долго.
— Насколько я помню, ваша подруга пожелала вам приятно провести время. Давайте попробуем последовать ее совету, принцесса.
Он улыбнулся ей своей самой лучшей, самой соблазнительной и самой обаятельной улыбкой, а она смотрела на него так, как будто к ней приближался сатана. Джейк хотел нежно положить руки ей на плечи, но, резко наклонившись, она ударилась головой о дверной косяк. Энн вскрикнула, и, заглянув ей в лицо, Джейк увидел, что она разбила нос.
* * *
Генри сходил с ума. Он проследил их путь до личной каюты Моррисона. Он испытывал смешанное чувство ярости и страха, воображая то, что он может увидеть в этой каюте. Сейчас он ясно осознавал и мог признаться себе в том, что хотел сохранить Энн для себя. Мысль о том, что Моррисон может прикоснуться к ней или поцеловать её, приводила Генри в бешенство. Он был готов разорвать мерзавца на куски.
Генри прошел через столовую и остановился у двери в каюту Моррисона. Он услышал звук удара и крик. Сердце его остановилось, кровь застыла, пальцы непроизвольно сжались в кулаки. От толчка Генри дверь легко распахнулась, и опять кто-то вскрикнул.
Перед его глазами предстала ужасная картина — Энн, кровь, слезы, Моррисон. Генри одним движением оказался рядом с Моррисоном, который пытался сказать что-то вроде: «Это — не то, что вы думаете». Но это уже не и мело никакого значения. Ничто не имело значения, когда Энн плакала и у нее на лице и руках была кровь. Генри ударил всего один раз, и Моррисон во весь рост растянулся на роскошном ковре своей каюты.
Генри стоял над ним, сжимая кулаки, в полной готовности нанести очередной удар, если противник посмеет встать. Пот ручьями стекал с его лба, дыхание со свистом вырывалось из груди, в ушах шумело от ярости. Вдруг он услышал голос Энн.
— Что вы делаете? Вы что, с ума сошли? — Энн говорила немного невнятно, пытаясь остановить кровотечение из носа. — Ох, никакие останавливается… И все платье испачкано.
Генри посмотрел на Энн, потом перевел взгляд на Моррисона. Джейк все еще лежал, но глаза у него уже открылись, и он недоуменно смотрел на Генри.
— Я услышал, как кто-то вскрикнул, — пробормотал Генри.
— Это была я, — сказала Энн.
Генри закрыл глаза и попытался успокоиться.
— Я так и подумал. Что здесь, черт возьми, произошло? — спросил он, доставая носовой платок.
Генри подошел к Энн, запрокинул ей голову и прижал платок к носу, не обращая внимания на сердитый блеск в ее глазах.
— Возможно, вам следовало спросить об этом прежде, чем пускать в ход кулаки, — прозвучало недовольное замечание поверженного противника.
— Помолчите, Моррисон, пока я выясню, что я вам должен — извинения или еще пару ударов.
Энн отняла платок от носа.
— Вы должны перед ним извиниться. Я ударилась о дверной косяк из-за своей собственной неловкости, когда выходила из каюты.
— Наверное, вы слишком поспешно выходили?
— Да, — вспыхнула Энн. — Но в этом виноват не мистер Моррисон, а вы.
Генри вскинул брови. Джейк приподнялся на локтях, но вставать не торопился.
— Я? Может, вы объясните, каким образом?
К своему ужасу Генри увидел, что глаза Энн заблестели от слез.
— Я — разведенная женщина, Генри Оуэн. И это заставляет мужчин думать, что я не та, кем являюсь на самом деле. Вот каким образом вы в этом виноваты! Вы думаете, что бедный мистер Моррисон — первый мужчина, пришедший к такому неверному выводу? — она повернулась к Джейку и улыбнулась ему: — Мне очень жаль, мистер Моррисон…
— Джейк, дорогая, — автоматически поправил ее мистер Моррисон.
Генри опять сжал кулаки.
— Мне очень жаль, Джейк, — продолжала Энн — Я пыталась вести себя как искушенная женщина. По правде говоря, я не поняла и половины из того, что вы говорили.
Джейк удивленно покачал головой.
— Вы были чудесны, — Моррисон не мог прийти в себя от изумления.
Генри свирепо нахмурился.
— Вы говорите, что этот мужчина делал вам неприличные предложения?
— Нет, — ответил Джейк, — но я был близок к этому, когда она ударилась носом о дверь. Уверяю вас, что я совершенно неправильно понял ситуацию и ни в коем случае не стал бы продолжать мои… гм… действия, когда осознал, что Энн не идет навстречу моим желаниям. — Джейк встал, потирая подбородок, и протянул Генри руку. — Джейк Моррисон, — представился он. — А вы?
— Муж Энн, — ответил Генри и нехотя пожал руку Джейка. Генри хотелось продолжать злиться на Моррисона, но тот оказался дьявольски приятным человеком.
— Бывший муж, — уточнила Энн. — И больше не ошибайтесь, Генри.
— Как-то все это неловко, — сказал Джейк.
— Вам не должно быть неловко. Если кто-то и должен испытывать неловкость, так это — он, — сказала Энн, кивнув в сторону Генри.
— Думайте, что хотите, Энн. Но я хочу, чтобы вы знали, что единственной причиной того, что я разыскивал нас, было то, что я волновался, и я…
Энн демонстративно смотрела в потолок, всем своим видом говоря, что не верит ни одному его слову.
— Ну и черт с вами, Энн.
Генри повернулся и вышел из комнаты, с преувеличенной осторожностью закрыв за собою дверь.
— Он всегда ведет себя так? — спросил Джейк.
— Как? Посылает меня к черту? Нет.
Джейк понимающе улыбнулся.
— Я имел в виду, так спасает вас.
— Только с недавних пор. Он чувствует себя ответственным за то, что разрушил мою жизнь, — ответила Энн, разглядывая носовой платок.
— Ах, вот как? Возможно, он пытается таким способом убедить вас вернуться?
— Убедить меня вернуться? — изумилась Энн. — Конечно, нет! Он скорее пытается убедить Господа взять его в рай, в свое время. Вероятно, он просто облегчает свою совесть.
— Он ведет себя как влюбленный, — сказал Джейк, — и я его понимаю.
Взгляд Джейка заставил Энн покраснеть. Она вспомнила, что говорила ей Беатрис, когда они собирались на эту вечеринку. Джейк Моррисон был завидным женихом. Был бы. Если бы она уже до конца выполнила их с Беатрис «план»…
Глава XIV
Беатрис оперлась на полированные поручни яхты. В одной руке она держала бокал с шампанским, а другой перебирала бисерное шитье своего элегантного вечернего платья. Она пыталась не обращать внимания на человека, стоящего рядом с ней, но это было невозможно, потому что ой говорил без остановки. Или, точнее, критиковал ее: платье слишком легкое для прохладного вечера, ей нельзя было приезжать сюда без сопровождающего, она не должна была позволять Энн оставаться наедине с Джейком Моррисоном, она слишком много пьет…
