с надеждой в голосе спросила Кино.
Для неё, как и для всего нашего узкого круга посвящённых в мою деятельность, была крайне важна тема Топаз. Не до конца сформировавшийся самоцвет с отколотыми руками и ногами, найденный мной у Мыса Начал несколько лет назад, стал серьёзной задачей для меня, как «камня жизни».
Смогу ли я завершить процесс зарождения жизни, начатый и прерванный на Мысе?
Случай Падпараджи наглядно показал, что магистерий может оказывать влияние на самоцветы, но случай с Топаз оказался гораздо сложнее и непредсказуемее. Просто заменить недостающие части тела на мои и из родственного минерала оказалось недостаточно. Хотя тело самоцвета в какой-то момент приобрело подвижность и умеренную гибкость, перестав походить на статую, но именно жизни в теле не обрело. Это было просто тело из полупрозрачного голубоватого кристалла с короткими блестящими волосами. Но возможность дать жизнь своим сёстрам и увеличить численность нашей расы очень воодушевила наш маленький алхимический кружок.
— У тебя есть новые идеи? — спросил я с интересом, поднимая бровь.
— Пока только мысль, но я не уверена в ней…
— Не переживай, — я махнул рукой. — Любая идея сейчас будет полезной.
— Помнишь, ты говорил мне о принципе равноценного обмена и роли философского камня в нём? — серьёзным голосом спросила Кино.
— Да, камень полностью игнорирует этот принцип, но он может быть катализатором в алхимическом преобразовании.
Алхимию, которую «преподавал» я, сложно назвать полноценной наукой, ведь опиралась она по большей части на вымысел, но опираться мне было больше не на что в этом вопросе.
— Я подумала, а можно ли с помощью камня преобразовать душу одного живого существа в душу самоцвета? — с некоторой смущенностью спросила Кино, будто говорила что-то глупое.
— Интересный вопрос, но ты действительно считаешь, что у живых существ есть душа? — нахмурился я скептически, с лёгкой ухмылкой.
— А как же иначе? — удивилась она. — Учитель говорил об этом.
Я задумался на мгновение, пытаясь ясно выразить свои мысли. Я был «человеком» науки, склонным верить только в то, что подтверждается эмпирическими доказательствами. Для меня понятие души казалось слишком абстрактным и не имело научного обоснования. Даже философский камень, я уверен, имеет научное объяснение своего существования, о котором я просто не знаю.
— Я склонен считать, что все наши мысли, эмоции и действия объясняются физическими и химическими процессами в нашем организме, — продолжил я. — Наш разум и сознание являются результатом сложной работы нашего организма.
— Но что насчет тех моментов в жизни, которые не объяснимы чисто физическими процессами? — возразила Киноварь. — Как объяснить чувства, интуицию или духовный опыт? Неужели всё это можно свести только к физическим процессам?
«Монах» носил свое одеяние не просто так. У меня сейчас, как и в прошлые разы, когда затрагивалась эта тема с кем-либо, не было убедительного и чёткого ответа, ведь все мои прочие доводы были связаны с человеческим телом и сложными нейрофизиологическими опытами, которые не имели значения для самоцветов.
— Может быть, есть некие аспекты нашего существования, которые мы ещё не можем объяснить, — признался я, слабо улыбаясь. — Но пока у меня нет убедительных доказательств существования души, я склонен относиться к ней скептически.
— Я понимаю, — ответила она. — Но для меня понятие души имеет глубокий смысл. Оно помогает мне осознать, что мы не просто физические существа и камни, а имеем внутренний мир и связь с чем-то большим. Для меня душа — это источник наших ценностей, эмоций и духовного роста. Учитель в прошлом на занятиях уделял этому много времени…
«Тун-тун-туруту-ту»…
Музыка лунарян неожиданно и едва слышно зазвучала где-то в глубине острова, что было необычно для врага, но почти сразу же пропала. Можно было бы расслабиться, ведь противника сумели быстро устранить. Однако сильная тревога, овладевшая мной после этого события, не позволила проигнорировать это, и я поспешил в школу…
Глава 21
Эмоции
* * *
Может ли «камень» испытывать чувства?
Может ли «камень» переживать эмоции?
Эти вопросы далеко не так просты, как может показаться на первый взгляд. В них заключается множество нюансов, и полной уверенности в каком-либо ответе на них нет. Долгое время я искренне верил, что все мои эмоции — всего лишь этакая имитация, наследие от человеческого бытия, которым я когда-то являлся. Нечто, что вложено в само ядро моей личности, но что абсолютно несовместимо с однородным минеральным телом. И только, находясь среди самоцветов, моё мнение относительно этого начало меняться, хотя не до конца. Примером тому было поведение Конго, который являлся ярким образцом того, кем я мог и, возможно, должен был стать — холодным камнем без видимых эмоций. Об этом я часто думал и рассуждал, когда пребывал в нужном настроении и позволяло время.
Однако все эти размышления потеряли всякий смысл, когда я попал в школу и неожиданно столкнулся с битвой между небольшим отрядом самоцветов и невиданным ранее монстром, напоминающим гигантскую розовую улитку. Это существо не принадлежало к тому же роду, что и лунаряне. Оно активно пыталось атаковать и захватить кристальных дев, но получало отпор и ранения, из которых вытекала светлая, особо едкая слизь — чего не было у ни одного существа с луны. Но, не монстр вызывал у меня сильные эмоции, а вид пострадавших самоцветов. Слизь этой гигантской улитки разъедала любые минералы и даже алмазы. Оружие и руки Эвклаз сильно оплавились, как и правая нога Жад, которая пряталась неподалёку за колонной. Даже волосы Борт, которые та использовала как оружие, были повреждены, но так и не нанесли значительного урона монстру, который продолжал ползать рядом с центральным прудом и пытаться достать хоть кого-нибудь.
Только точный бросок осколками алмазной пыли, которую я хранил в карманах, в розовое тело заставил улитку громко завизжать и вжаться в свою огромную раковину. Тренировки с Конго не прошли даром. На мгновение у меня пронеслась мысль, что это будет лёгкая победа и ещё один шаг к изучению чего-то нового, пока не услышал взволнованный крик Эвклаз:
— Ребис, этот монстр проглотил Фос!..
Что произошло со мной в тот момент?
Последнее, что помню, это как я увидел знакомые зеленоватые прожилки в трещинах на раковине улитки, образованных от мощных ударов Борт.
Именно в этот момент «камень» впервые почувствовал страх…
Но не за свою жизнь, а страх потери близкого.
Может ли у «камня» быть близкий?
Оказывается, да.
