Прошлая неделя была самой интересной за всю жизнь Эй. Она прежде не встречалась с молодыми девушками, кроме своих сестер. Появление Мэгги стало чем-то совершенно новым. Эй никогда не думала, что замужние женщины могут вести себя так, как Мэгги. Девушке трудно было поверить, что Мэгги – жена. Если ты замужем, то должна носить платья, готовить, работать в огороде, рожать детей. Ма Эй, например, не расхаживала по глуши, не стегала кнутом, не метала ножи, не разговаривала с животными. А эта красавица шла со своим мужем в такие дикие места, где не бывала еще ни одна белая женщина. Муж в ней души не чает. И Мэгги тоже очень его любит. Когда Лайт рядом, она постоянно на него смотрит.
Отливая из склянки щелочного мыла, Эй думала о любви. Ей хотелось бы узнать, каково это – быть в таких близких отношениях с мужчиной, делить его мысли, надежды, мечты и, не задумываясь, делать так, чтобы он был счастлив.
Все произошло внезапно.
Грубая рука вдруг зажала ей рот. Ее повалили на спину и куда-то поволокли. Эй была так изумлена, что сначала даже не пыталась сопротивляться. Но потом девушка поняла, что это не шутки. Кто-то тащит ее в кусты. Эй начала вырываться. Она упиралась пятками, царапала руку, которая зажимала ей рот. В конце концов девушка как-то извернулась и укусила напавшего. Хрюкнув от боли, тот выпустил ее.
В то же мгновение Эй вскочила на ноги, стремительно повернулась к незнакомцу и уже готова была закричать… Однако успела издать только слабый писк: огромный кулак ударил ее в лицо и сбил с ног.
В глазах у Эй заплясали искры – и девушка провалилась в темноту.
Продолжая хихикать над тем, как Эй ругает Эли, Мэгги прибежала на ферму, нырнула в сарай, где Лайт оставил их вьюки, и взяла свой кнут. Молодая женщина надела его на плечо, заткнув кнутовище за пояс.
Мэгги хотела, чтобы Эли нравился Эй так же, как он нравился ей. Швед почти все время ходил печальный и хмурый. Мэгги была уверена, что он не в духе не только из-за лодки. Молодого человека тревожило еще что-то. Эли зарычал на Мэгги, когда та спросила, почему он наблюдает за Лайтом, и велел не лезть не в свое дело, когда она укорила его за то, что он дразнит Эй. Может, ему нравилась Эй Ведь он смеется только тогда, когда подшучивает над ней.
Когда Мэгги вышла из сарая, к ней подошла И со своим любимым петушком.
– Привет, миз Лайтбоди. Что делаешь?
– Помогаю Эй стирать.
– Хочешь подержать петушка?
– Конечно. Как его зовут? – Мэгги опустилась на колени и взяла в руки птицу. Петушок покрутил головой и закрыл глаза.
– Петушок.
И погладила красный гребень птицы.
– Хорошее имя. У меня когда-то была собака по имени Пес.
– Пес? Я не могла назвать его Пес – он ведь петушок.
Мэгги вернула малышке ее любимца и встала.
– Мне надо помогать Эй.
– А мне можно с тобой?
– Если ма тебе разрешит.
– Не разрешит. Мне надо держать мешок для муки. А мне не хочется.
– Но тебе надо слушать ма. Когда мы кончим стирать, я вернусь и мы сыграем в жмурки. Весело будет, правда?
– Ну, наверное, – неохотно согласилась И. Мэгги побежала к речке, распевая свою любимую песенку:
«Янки дудль» всегда в честиУ нас, американцев:Ее можно петь, играть и свистеть,И она хороша, чтобы драться!
– …Эй, И хотела пойти, но…
Случилось что-то страшное. Эй не было… И склянка с мылом опрокинута. Мэгги застыла. Вскоре до нее донесся сдавленный возглас. Быстро и бесшумно, словно мышка-полевка, она пробралась сквозь кусты.
На земле лежала Эй. А Крюгер стоял перед ней на коленях и что-то бормотал. Слезы текли у немца из глаз. Он не слышал, как подошла Мэгги.
– Отойди от нее! – завизжала Мэгги. Крюгер вскочил и повернулся к ней:
– А-а-а, фетьма! Это ты финофата! Это ты наколтофала!
Мэгги видела безумие в его глазах. Она вложила в рот два пальца и засвистела.
– Verdammt! Опять колтуешь?! Теперь тепе не уйтешь!
Крюгер шагнул к ней – и Мэгги сдернула с плеча кнут. Молодая женщина все время смотрела Отто в глаза. Немец наблюдал за ней с иронической усмешкой. Теперь эта гадюка в образе красавицы не уйдет от него. Она, и только она, виновата во всех его несчастьях. Она заворожила его друзей, и те стали врагами. Она сделала так, чтобы Крюгера бросили одного в лесу. Она взорвала корабль Веги, а та женщина… погибла. Она убила его жену, и теперь он остался один. Но если ему суждено умереть, он возьмет ее с собой в могилу.
– Клупая шенщина, – пробормотал немец. – Тумаешь останофить меня этим турацким кнутом?
Первый удар послужил ответом. Кончик кнута раскроил щеку. Отто схватился за лицо:
– Ох! Уй! Шорт потери!
Дрожа от ярости, Мэгги снова откинула кнут назад и со всей силой опустила тонкий ремень на руку, которую Крюгер вскинул, защищая лицо. Раздвоенный конец ремня содрал с руки кожу, и оттуда хлынула кровь. Толстяк издал еще один беспомощный крик боли и гнева, пытаясь поймать безжалостную полоску кожи, – и узнал, что с тем же успехом мог ловить гремучую змею.
Мэгги стегала его не переставая. Она наносила удары снова и снова, попадая ему по уху, по плечу, по шее.
Мэгги знала, что Крюгер сошел с ума. Но что ей теперь делать? Ведь немец не уходил. Позвать на помощь? Как жаль, что Лайт далеко. Однако ее должны услышать на ферме.
– Йо-ла-ла-ли! Йо-ла-ла-ли! Йо-ла-ла-ли! – Заливистый клич разнесся по лесу.
– Если тфой тьяволь полукрофка притет, я его упью!
Крюгер вытащил из-за пояса нож. Немец хотел метнуть его в Мэгги. Еще один удар хлыста – и безумец выронил оружие. Взревев, Отто наклонился за ним. Кнут Мэгги разорвал ему рубашку от плеча до пояса, оставив на обнаженном теле кровавый след.
Мэгги начала уставать. Один раз ремень кнута чуть не закрутился на руке немца, но она успела его отдернуть. Еще одна такая ошибка – и она останется без оружия.
Отто Крюгер совсем обезумел. Стекавшая по его лицу кровь смешивалась с пеной на губах. Он ревел от ярости, но не уходил. Получив удар кнута прямо по лицу, он вытянул руки и кинулся на Мэгги:
– Задушу!
– Падай, Мэгги! – раздался за ее спиной голос Лайта.
Крюгер был уже в нескольких футах от молодой женщины. Та бросилась на землю. Нож Лайта вонзился в грудь немца. Крюгер отшатнулся и упал.
– Она фетьма…
Это были последние слова немца: кровь хлынула у него изо рта.
Лайт подошел к Крюгеру, толкнул его ногой. Потом опустился на колени рядом с Мэгги и обнял ее.
– Mon trésor![10] Mon amour!
– Ты его убил, да? Я звала на помощь.
– Я его убил. Я всегда приду на твой зов, золотце мое.
– Эй! Он ударил Эй. – Мэгги вскочила. Из леса выбежал задыхающийся Эли. Нильсен перепрыгнул через Крюгера, из груди которого торчал нож Лайта, и бросился к Эй. Девушка без сознания лежала на земле.
