осталась в полной уверенности, что мы варили какую–то химическую ерунду, которая почти не пахла. Полина дышала мне в спину, но под руку не лезла, и то хорошо. Правда, первое, что она спросила, когда мы оказались вдвоем в моей комнате:
— Это для поиска?
— Разумеется, — ответил я. — Принесла вещи?
— Вот, — она протянула пакет. — Расческа, шарф, халат и маникюрный набор.
— Маникюрный набор?
— А что, не надо было?
— Наоборот. Это то, что надо, — успокоил я ее. — Если она не стерилизовала после каждого использования инструменты, то там должны быть нужные частички. Халата или шарфа и набора должно хватить.
— Только не испорть, — заволновалась она.
— Чем? — удивился я.
Я использовал увеличение и аккуратно собирал со щипчиков все найденные частички в плоскую стеклянную чашу.
— Никто больше не пользовался? — спохватился я.
— Последние полгода нет. Она мне такой же подарила.
— То есть от тебя здесь тоже что–то может быть?
Я разочарованно отодвинул набор.
— Вряд ли. Она спиртом притирала перед использованием.
Это было не просто хорошо, а прекрасно. Теперь я был почти уверен, что получится, тем более что на расческе нашелся волос, тоже предположительно сестры Полины. Сейчас точно узнаем. Если поисковое заклинание не укажет на Полину или не начнет метаться в разных направлениях, значит, все правильно подобрали.
Из халата я соорудил подобие гнезда, в середину которого водрузил чашу с волосом и частичками кожи, накапал на них зелье и произнес нужное заклинание. После чего из чаши вырвался еле заметный зеленый луч.
— Сработало же, — восторженно выдохнула Полина, тоже его заметившая.
— Сработало, — согласился я. — И показало направление к твоей сестре. Она жива и очень далеко. То есть заклинание развеется куда быстрее, чем мы к ней приблизимся.
— Точно жива? — радостно выдохнула Полина.
— Была бы мертвой, луч был бы черным. Интенсивность луча зависит от расстояния. То есть находилась бы она рядом, луч был бы очень насыщенным, а так он едва заметен.
— Получается, мы можем двигаться и время от времени проверять направление твоим ритуалом.
— Ингредиентов не хватит, — огорчил я Полину. — Здесь наберется на один–два. Этот метод для поиска людей, находящихся далеко, не работает.
— И что теперь?
Губы, недавно расплывающиеся в улыбке, теперь задрожали, выдавая желание хозяйки разрыдаться.
— Теперь через месяц проведем другой, — заметил я, — на котором точно сможем определить, где она находится.
— Почему через месяц?
— Потому что только через месяц у меня будет достаточно силы. Может, и раньше, но вряд ли. И запас нужен на случай, если придется обходить защитные заклинания в месте, где держат твою сестру. Можешь пока посмотреть по карте, где в этом направлении есть здания, принадлежащие Мальцевым. Точное расстояние не скажу, но начиная с окраины Белоорска и дальше.
Глава 20
Ученическую клятву Полина дала, после чего я окончательно перестал переживать о сохранности своих секретов её стороной. Ученик и захочет рассказать что–то во вред учителю, так не сможет, пока ученичество не закончится и учитель официально от него не откажется, как Айлинг от меня. Сейчас я мог бы запросто сообщить Илинель, кто именно виновник их проблем с Дамианом. Но не буду.
— И что теперь? — спросила Полина.
— Теперь будем тебя учить. — Я встал за ее спиной и положил руки ей на плечи. — Расслабься. Глаза закрой.
Я тоже закрыл глаза для лучшей концентрации. Теоретически я знал, что делать, но чисто теоретически, потому что обычно находился с той стороны, с которой сейчас Полина. Клятва ученика позволяла учителю брать под контроль тело ученика и делать им то, чего подопечный пока не мог, а иной раз даже не подозревал, что мог. Для начала я провел сканирование, куда более подробное, чем раньше. У Полины перед глазами наверняка сейчас стояла такая же картинка, как у меня, поэтому я начал объяснять:
— Сейчас ты видишь собственный источник и каналы. Вот эта фигня, похожая на сушеный сухофрукт — источник, а вот эти переплетения нитей — каналы. Они очень тонкие, а в двух местах даже уже порванные.
Ответом мне был восторженный вздох и вопрос:
— А почему порванные и можно ли это исправить?
— Порванные, потому что где–то ты использовала магию, превышающую твои возможности.
— Я не использовала магию, — запротестовала она.
— Если бы ты не использовала, то меня бы не нашла. Кстати, одной из причин разрыва может быть большая удаленность от объекта. Порывы небольшие, поэтому могут быть заращены без последствий.
Я убрал руки и отошел от Полины на пару шагов.
— А теперь сама.
— Что сама? — испуганно вскинулась она.
— Сама проделай то же самое. Ты чувствовала все, что я делал, можешь повторить.
Она кивнула, закусила губу и закрыла глаза. На самом деле я вовсе не был уверен, что она сможет повторить. Заклинание простейшее, но для человека, который ранее магией не занимался, оно может оказаться непосильным, и тогда придется раз за разом преодолевать этот барьер.
Внезапно Полина взвизгнула и широко открыла глаза.
— У меня получилось! Получилось! — восторженно заорала она.
И ладно бы только орала, так нет, она еще бросилась ко мне на шею и чмокнула почти в губы. Почти — потому что в самый последний момент я увернулся и поцелуй пришелся в щеку. Сказать, что ученику с учителем так себя вести нельзя и вообще маг должен держать себя в руках, я не успел, потому что дверь распахнулась и в комнату влетела мама, наверняка введенная в заблуждение донесшимися до нее воплями.
— Ой, — сказала она, — извините. Я не хотела.
Она покраснела и захлопнула дверь, наверняка напридумывав себе то, чего не было и быть не должно. Я разозлился. Не на маму, разумеется, на Полину.
— Ермолина, и что это было? Ты зачем полезла целоваться?
— Так получилось же, — уже тихо сказала она, вжимая голову в плечи.
Сейчас она походила на нашкодившего котенка, поэтому злость испарилась, но сказал я сурово:
— У тебя получается не в последний раз. Губы сотрешь.
— Размечтался, — фыркнула она. — Это я от неожиданности. Обрадовалась — и вот. Больно надо с тобой целоваться.
— Ермолина, это не целоваться, а целовать, не путай понятия, — еще суровее сказал я. — И давай–ка повтори еще раз, чтобы закрепить.
Она приняла вид примерной ученицы, опять закрыла глаза и углубилась в изучение собственных проблем. Конечно, пока она не понимает, что это проблемы, ей кажется, что она уже на пути к полноценной магии. Так–то оно так, но дорога предстоит длиннющая, а сделан пока еще даже не шаг и не полшага,
