все больше спиртного ближе к концу дня. («Пиво на последнем уровне», употребляемое каждый день турнира во время финального уровня блайндов, является освященной временем традицией Серии.) Казино Лас-Вегаса в общем и Мировая серия по покеру в частности являются денежными местами в нескольких смыслах. Часы Rolex Submariner болтаются чуть ли не на каждом втором запястье, а рулоны свернутых стодолларовых купюр выпирают из брючных карманов. Я видел, как один мужчина достал $50 000 из левого кармана затасканных штанов цвета хаки – пять толстых пачек, перетянутых бумажной банковской лентой, какую я раньше видел только в кино. Кажется, это зрелище никого, кроме меня, не заинтересовало.
Кстати, о деньгах и имидже американских государственных мужей. Говорят, Уоррен Гардинг[40] проиграл в покер фарфоровый сервиз из Белого дома – он играл так часто, что его советников прозвали Покерным кабинетом. «Новый курс» Франклина Рузвельта обязан своим названием покерному сленгу (new deal – новая раздача), то же самое относится и к девизу Гарри Трумэна «Фишка дальше не идёт». Накануне своего выступления с речью о железном занавесе Черчилль играл с Трумэном в карты. Дуайт Эйзенхауэр играл во время службы в армии и выиграл достаточно, чтобы купить обручальное кольцо для будущей первой леди. Ричард Никсон профинансировал свою первую кампанию по выборам в конгресс благодаря успехам в покере. Говорят, что Барак Обама – сильный игрок и будучи сенатором, он устраивал у себя дома игры с низкими ставками, в которых принимали участие представители обеих партий. Однажды, рекламируя свое казино в Атлантик-Сити, Дональд Трамп уподобил свою жизнь «покерному матчу», но когда журналист попытался выяснить подробности, сказал: «У меня никогда не было времени на серьезную игру».
Я зашел в полутемную кассовую комнату и отсчитал 15 Бенов Франклинов, которые тут же утянула за решетку эффективная сотрудница, сидевшая по другую сторону. В обмен на сумму, равную месячной плате за мою квартиру, я получил два белых листочка бумаги. На них было указано мое место на этот день: стол 120 – один из 227 столов в банкетном зале Pavilion и один из 523 столов огромного покерного комплекса, в котором проводилась Мировая серия. Лавируя среди тесно расставленных столов на площадке размером с футбольное поле, я наконец отыскал тот, над которым висела карточка «120». Я протянул свои бумажки дилеру. Тот сверил их с моими водительскими правами и предложил сесть. Передо мной на зеленом сукне лежали 50 000 фишек разного достоинства и броских цветов: черно-белые сотенные, розово-черные пятисотенные, желто-черные тысячные, оранжево-серые пятитысячные и одна красно-желтая двадцатипятитысячная. Они были моим стратегическим и тактическим оружием, а также подтверждением моего дальнейшего участия в турнире. Удивительно, насколько маленьким может выглядеть стек из 50 000 фишек.
Турнир по покеру отличается от покера на наличные, в который вы, возможно, играете за кухонным столом, ставя на кон 20 баксов. Турнирные фишки не имеют денежной стоимости – вы не можете обменять их в кассе. Игра идет до тех пор, пока не кончатся ваши фишки и вы не выйдете из нее или пока не заполучите все фишки в помещении. Анте и блайнды повышаются ежечасно, и это все сильнее заставляет участников играть, а не пасовать в ожидании прихода хороших карт. Что-то выигрывают последние 15 % игроков, оставшиеся в турнире, при этом по мере приближения к ситуации, когда остается всего один игрок, выигрыши растут экспоненциально. В турнире Monster Stack участвовали 6035 человек, поэтому все с 907 места и ниже не могли рассчитывать ни на что, 906 место приносило $2249, а далее суммы начинали расти, и за первое место причиталось $1 008 850. К концу первого дня половина участников должна была выйти из игры.
У меня был стул номер 2, то есть я сидел на втором месте слева от дилера. Другими игрокам за моим столом были (по часовой стрелке): женщина из Техаса, разболтавшая, как ни странно, что прячет пистолет; итальянец, который весь день слушал Radiohead; парень из Орегона с внешностью подростка и коварной улыбкой в футболке с логотипом бурбона Wild Turkey (позднее он натянул поверх нее черный свитер с логотипом компании Glock – изготовителя пистолетов); мужчина со Стейтен-айленда, весь день смеявшийся, по-видимому, над тем, что смотрел на своем телефоне, но также, возможно, и над абсурдностью жизни в целом; калифорниец, который тщательно копировал манеру одеваться Унабомбера[41]; австралиец с твердыми взглядами на законы своей страны, касающиеся налогообложения спиртных напитков; парень, о котором говорили, будто он вундеркинд, в бейсболке Nike и красной тенниске а-ля Тайгер Вудс; молчаливый итальянец, с которым я часто неумышленно встречался глазами, испытывая от этого неловкость; и патлатый бразилец, который не мог произнести по-английски ничего кроме чисел, означавших размер его рейзов, зачастую крупных.
По большому счету, наш стол был ничем не примечателен. В первый день Главного события Мировой серии по покеру игрок из Питтсбурга по имени Кен Стросс пошел ва-банк прямо на первой руке турнира, даже не взглянув на свои карты. Пока другие игроки размышляли над его нестандартным поступком, Стросс спустил штаны, снял кроссовки и швырнул одну из них в дилера. Его выставили. Через несколько недель власти округа Кларк предъявили ему обвинение в «террористических угрозах», которые он высказывал в адрес лас-вегасского казино Venetian. На сайте PocketFives сообщалось, что его выпустили под залог в размере $150 000.
Идти на слишком тесный контакт с кем-то из моих товарищей по столу с тем, чтобы сделать его персонажем какой-нибудь будущей истории или просто познакомиться, было ни к чему – состав группы постоянно обновлялся (да и сам я мог уйти в любой момент). Техасца быстро сменил щеголеватый пожилой европеец в дорогих на вид очках. Австралиец проиграл все фишки, и его стул занял молодой волк из Китая. Я лично вышиб парня, одетого под Тайгера Вудса, парой своих десяток против его туза и семерки после того, как во флопе у него сложилось комбинация из четверки, пятерки и шестерки. (В течение всей недели я не чувствовал себя более паршиво.) Немец, одетый в красное, синее и белое, ненадолго присел, прежде чем все проиграть, после чего его сменил неохиппи из Сан-Луис-Обиспо. Вскоре после этого я разнес стек Унабомбера, когда при флопе образовалась комбинация валет, семерка, четверка: у меня были два других валета, у него – две другие четверки. «Хорошая рука», – сказал он. (Может, Стенли был прав насчет добросердечности картежников.) Не помню, кто
