помощнице, а Талия была отправлена в приемную вместе с Софией. Мимо них сновали разные люди, но Талия и София нашли себе занятие: они по очереди стали рисовать забавные картинки, и, когда в очередной раз они тихо рассмеялись, перед ними возник Ангелос. Уперев руки в свои стройные бедра, он так властно взглянул на Талию, что все мысли ее мгновенно вылетели из головы.
– Где ваши вещи, мисс ди Сионе?
– Э‑э‑э… в гостинице, где я остановилась.
– В какой гостинице?
– Возле Акрополя…
Ангелос прерывисто выдохнул.
– Как она называется?
– «Адриана», – вспомнила Талия, желая выглядеть перед Ангелосом более уверенной. Она общалась со многими богатыми и могущественными людьми, рисуя их портреты, но ни один из них не вынуждал ее лепетать какую‑то чепуху, как Ангелос Мена. Она терялась под взглядом его прищуренных глаз, его присутствие подавляло ее, не говоря уже о гневе. Он явно не любил дураков, но, как только она вошла в его офис, она чувствовала себя полной дурой.
– Я отправлю человека за вашими вещами, – сказал Ангелос. – А вы пока подождете здесь с Софией. – Он ушел, не дождавшись ответа, и Талия проводила его взглядом. Он даже не посмотрел на свою дочь, не говоря уж о том, чтобы улыбнуться ей или сказать ласковое слово.
Талия взглянула на Софию. Как они будут справляться с языковым барьером последующие шесть недель?
– Может быть, ты поучишь меня греческому языку? – предложила она, и София напряженно наморщила лоб. – Elinika, – попыталась объяснить Талия, выуживая из памяти фразы, которые она выучила на борту самолета. Она показала на губы, чтобы обозначить речь, и София просияла.
– Ne, ne. – Она ткнула ее в грудь. – Говорите Anglika.
Талия кивнула, понимающе улыбнувшись.
– Мы сможем учить друг друга. Следующий час они обучали друг друга словам и фразам на английском и греческом языках и весело смеялись, когда кто‑нибудь из них, в основном Талия, произносил их неправильно.
– Gi‑neck‑a, – повторила Талия за Софией. – Что это такое?
Рассмеявшись, София указала на нее.
– Няня? – стала гадать Талия. – Американка? Иностранка?
– Женщина, – тихо сказал Ангелос, и Талия вздрогнула всем телом, когда, повернувшись, взглянула на него. Он стоял перед ними и смотрел на нее каким‑то непонятным взглядом, который был лучше, конечно, чем его обычный хмурый взгляд, но все же Талия растерялась. – Gyneka, – добавил он, и Талия поняла, что она вновь исковеркала произношение. – Женщина. – Всего лишь на секунду, не больше, его взгляд задержался на ней. Ей показалось, что он пригвоздил ее взглядом, так что она не смогла пошевелиться и даже вздохнуть.
Затем он перевел взгляд на дочь. Талия не поняла, что он сказал, но быстрый кивок в сторону лифта вполне ясно выразил его намерения. Пора было ехать.
Положив бумагу и карандаши в сумку, Талия встала вместе с Софией. Ангелос повернулся к Талии:
– Вертолет готов, ваши вещи забраны из отеля.
– Вертолет… – Талия с тревогой взглянула на него. – Вы ничего не говорили насчет вертолета.
Ангелос нахмурился:
– А как еще мы доберемся до Каллоса?
– На машине? – безнадежно спросила она, и ноздри Ангелоса раздулись.
– Каллос – это остров, мисс ди Сионе. Мы отправимся туда на вертолете. Это займет у нас всего лишь час.
Остров. Она вспомнила о рисунке Софии. Голубые волны, золотистый песок. Конечно, это был остров.
Наверное, она глазела на него открыв рот, потому что Ангелос сжал губы, взглянув на нее.
– Это проблема? – спросил он, и тон его был обманчиво мягким.
– Нет, конечно нет. – Но она врала, потому что ее уже охватила паника. И что она творит, направляясь бог знает куда с этим незнакомцем? На вертолете?
У нее перехватило дыхание, и Ангелос внимательно взглянул на нее.
– Вы не собираетесь снова падать в обморок?
– Нет. – Талия сказала с уверенностью, которой у нее на самом деле не было. Вот уже двадцать четыре часа она находилась вне своей комфортной зоны и не знала, сможет ли сделать следующий шаг.
И в этот момент Талия почувствовала, как ее руку сжала холодная маленькая ручка. Она опустила глаза и увидела Софию, улыбавшуюся ей.
– Хорошо, – с дрожью в голосе сказала Талия, и они, взявшись за руки, направились к лифту.
Даже при поддержке Софии Талия не смогла подавить в себе страх, когда они поднялись на крышу здания, где находилась вертолетная площадка.
Она взглянула на Ангелоса, шагавшего к вертолету. Раздуваемая ветром рубашка плотно облегала его грудь, подчеркивая рельефные мышцы. Вертолет казался маленьким и угрожающим. Его выпуклые стекла были похожи на глаза гигантской стрекозы. Талия крепче сжала руку Софии.
На самом деле она не верила, что способна на такое.
Ангелос забрался в вертолет, затем протянул руку Софии. Талия смотрела, как маленькая девочка легко забралась в кабину и уселась в кресло. Ангелос повернулся к Талии, ветер трепал его волосы. Он протянул ей руку. Талия словно оцепенела.
– Мисс ди Сионе! – прокричал он сквозь шум мотора. – Давайте руку!
Сердце Талии болезненно билось, ладони покрылись холодным потом. Она не могла сделать это. Она не могла находиться в замкнутых пространствах, из которых невозможно было выбраться. За закрытой дверью, в темной комнате, в запертом автомобиле… Этих мест она избегала. Ей тяжело было находиться в самолете, из которого она вышла несколько часов назад, а вертолет…
И вдруг она вспомнила улыбку Джованни, когда он давал ей наставления: «Я знаю, ты сделаешь все, что в твоих силах. И ты добьешься цели».
Сделав глубокий вдох, она протянула руку Ангелосу, и он помог ей подняться в вертолет. Талия буквально упала на сиденье, ноги ее дрожали, сердце сильно билось. Не успела она застегнуть пристяжные ремни, как вертолет поднялся в безоблачное голубое небо и взял направление на Эгейское море.
Глава 3
Ангелос бесстрастно изучал лицо новой няни. Оно было бледным. Откинувшись на спинку кресла, эта женщина закрыла глаза и несколько раз прерывисто вздохнула. Какие у нее были проблемы?
– Вы плохо переносите дорогу? – спросил он резко, громким голосом, чтобы его было слышно сквозь шум мотора.
Она мгновенно открыла глаза.
– Нет.
– Так почему же вы так ужасно выглядите?
– Спасибо за комплимент, – ответила Талия, но Ангелос невозмутимо смотрел на нее.
– Похоже, вы снова собираетесь упасть в обморок.
– Надеюсь, не упаду, – ответила Талия, и он слегка поморщился.
– А мне кажется, упадете. И наше путешествие будет очень неприятным.
– Да, будет. – Талия прерывисто глотнула воздуха, поерзав на сиденье. – Оно и без того уже ужасное.
– Вы не любите вертолетов.
– Нет.
Она снова закрыла глаза, запрокинув лицо, и Ангелос
