в грудь — он прыгнул вбок. Меч — слева по шее — увернулся. Попал по передней лапе. Он завыл, отбежал, но не ушёл. Пошёл снова в обход, пытаясь зайти за спину.
Щупальца держали угол. Первый — блок, второй — отвес по голове. Зацепил. Он рухнул. Ещё один удар — по хребту. Всё. Тихо.
Стоял среди тел. Один — мёртв. Двое — точно. Третий — дышит, но не встаёт. Четвёртый — без признаков жизни. Лаура не тронута. Добил оставшихся. Собрал карты. Странно. С этого последнего карта... Таких ещё не было. Да и системное сообщение о его убийстве. У волка ранг F +!
Сухой паёк. Ранг F +. Хороший суточный паёк.
Я подошёл к ней.
– Всё.
Она подняла голову. Глянула в сторону тел.
– Спасибо.
– За что?
– За то, что не пришлось ползти за тобой.
Я убрал меч. Щупальца втянул.
– Можешь идти?
– Да.
Поднялась медленно. Я не помогал. Пошла за мной. Я повернулся и двинулся дальше.
За спиной — следы крови. Они не преследовали нас. Они охотились. И проиграли.
Но карта... Она не даёт покоя.
– Найран. Я только что волка убил. Ранг F +. Что это значит? Что за плюс такой? Он сильно отличался от других.
Найран ответила только через минуту.
Найран: Плюс в ранге – значит, что существо прошло первую стадию эволюции. Стало сильнее, умнее и опаснее. Это промежуточная стадия между рангом F и Е. Пройдя эволюцию ещё раз, оно могло бы стать разумным. Все существа Е ранга и выше разумны в той или иной степени.
Отношения с Богиней Найран незначительно ухудшены.
– Эй! А почему отношения ухудшились?
Найран: Это очки доверия. Я могу помогать тебе или подсказывать за эти очки. Так же ты можешь их заработать выполняя различные поручения. Чем больше ты их заработаешь – тем сильнее я тебе смогу помогать. Интересует?
– Хм... Повременим. Спасибо за ответы.
– Ты с кем там разговариваешь? – Услышал я голос сзади.
– Со своим непомерно раздутым Эго. Хочешь поболтать с ним?
– Воздержусь.
– Мудрое решение.
Шли уже больше часа. Асфальт закончился минут двадцать назад — дальше была только грунтовка, вся в трещинах и зарослях. Потом и она пропала. Осталось поле.
Высокая трава, колючки, редкие кусты. Ступать приходилось осторожно — тут легко можно было угодить в яму, на змею или острый обломок. Ветер гнал траву в одну сторону. Над головой — серая полоса неба. Мутная, как старая пленка. Ни птиц, ни насекомых. Только тишина и шум шагов.
Я шёл первым. Лаура — чуть позади. Молчали. Она старалась не отставать, но хромала сильнее. Правая нога явно давала сбой.
Справа появилось что-то светлое — отражение. Вода. Я поднял руку, замедлил шаг. Подошли ближе. Течение. Широкая, спокойная река. Не болото, не ручей. Настоящая река. Судя по карте — Ливенца. Граница города Санто-Стино.
На противоположном берегу — здание. Кирпич, башенка, крест. Небольшая церковь. Фасад облезлый, но целый. Никаких признаков жизни. Ни дыма, ни движения. Зато видна табличка на латыни. Всё как обычно — притворяются, будто выше остальных. Даже в аду.
Я остановился у воды. Присел, опустил пальцы. Холодная. Не горная, но и не стоячая. Проточная. Метра три в ширину. Дно видно — мелкие камни, песок. Без течения можно перейти, но здесь — придётся плыть. Особенно Лауре.
Я посмотрел на неё.
– Переходим.
Она кивнула. Без возражений.
– Держись рядом. Я помогу если что.
Я снял куртку, штаны и футболку, ботинки и носки. Остался в одних трусах. Спустился в воду первым. Ступил — дно держит. Дальше — по грудь. Потом — срыв и сразу холод. Пошёл вперёд вплавь, медленно, без рывков.
Обернулся. Лаура спустилась аккуратно. По камням, через кусты. Сперва зашла по щиколотку, потом остановилась, скинула кофту. Потом — штаны. Осталась в нижнем белье. Всё в крови. На спине — пятна, на боку — бинт. Замотано кое-как. Плюхнулась в воду и поплыла — неуверенно, но двигалась.
Я подался к ней, подхватил под руку, поддержал. Без слов. Она не дергалась. Только крепче зажала губы.
Вытащил её на другой берег. Помог встать. Руки дрожали, но устояла. Села у воды, начала смывать кровь. Жестко, как будто сдирала с себя. Брызги летели в сторону. Я не мешал.
Через минуту поднялась, отряхнулась, накинула сухую куртку, натянула штаны. Волосы — мокрые, прилипли к щекам.
Я оглянулся.
Церковь стояла в сотне метров. Прямо по курсу. Дорога к ней — утоптанная, старая, но видна. Плиты сдвинуты, местами заросли. Здание небольшое. Башня не выше трёх этажей. Крест под углом. Фасад — серый, грязный. Местами штукатурка осыпалась. Двери закрыты. Окна — заколочены.
Я сжал кулаки.
Ненавижу такие места. Они притворяются святыми. А внутри — гниль. Сначала обещают спасение. Потом зажигают факелы.
Держу себя в руках. Не рвусь вперёд. Если не жгут — пусть живут. Пока.
– Что там? – спросила она.
– Церковь. Не заходи туда первой.
– Я вообще туда не хочу.
– И правильно.
Двинулся к зданию. Дорога к нему — прямая. По сторонам — пусто. Ни звука. Ни запаха дыма. Даже птиц нет. Только редкие порывы ветра и шорох травы.
Двери — старые. Металл, обитый деревом. Замок цел. На нём — крест. Не церковный. Самодельный. Из арматуры. Символ больше устрашения, чем веры.
Я прислушался. Тихо. Ни молитв, ни шагов.
Обошёл здание. Слева — узкий двор. Зарос. Могильных плит нет, зато лежат остатки скамеек, какая-то бочка, провалившийся колодец. За ним — дверь. Черновая. Вела на кухню или в подсобку. Тоже заперта. Ни следов, ни мусора. Слишком чисто.
Я остановился. Почуял что-то странное. Запах — как пепел. Старый. Не свежий. Но присутствует.
Вернулся к Лауре.
– Они тут были. Но давно.
– Опасно?
– Всегда.
– Идём дальше?
– Да. Обходим. По краю.
Двигались вдоль церковной стены. Я шёл первым. Она — чуть позади. Щупальца наружу не выпускал — пока нет угрозы. Но ладони чесались.
Слишком
