и ярости.
— Это попахивет мракобесием.
Игнат поморщился — с Симцовым, дослужившимся уже до подполковника, у него была своя история, но сказать ничего не успел, отреагировав на открывшуюся дверь.
Первым в зал вошел мужчина. Осмотрелся, отступил в сторону, пропуская спутницу.
Та тоже не заставила себя ждать. Сделала шаг, остановилась, окинув их быстрым, цепким и в чем-то даже предупреждающим взглядом…
— Я — Анна, — представилась она. Сбросила с плеч серебристый палантин, передала его спутнику.
Игнат не обманулся. Женщина была красива. И довольно дорога, если оценивать с точки зрения вечернего платья от кутюр и украшений, явно сделанных по индивидуальному эскизу.
Но было в ней и то, что не позволило увидеть стекло, которое еще недавно их разделяло. Чуждое, нездешнее. Опасное настолько, что тело взбрыкнуло, решив действовать на рефлексах.
Рука Игната машинально дернулась к висевшей подмышкой кобуре. Рвануть на себя, снять с предохранителя…
— Не стоит этого делать, — качнула женщина головой, с легкой, невесомой улыбкой посмотрев на него. — Не сегодня. — И, перестав воспринимать его, как угрозу, тут же повернулась к продолжавшим стоять у окна Роману и Лизе. — Вы приготовили карту и вещь девочки?
— Да… — первой придя в себя от столь эффектного появления, хрипло выдохнула Лиза. Отстранилась от мужа. — Там, — протянутой рукой указала она на сдвинутый к стене большой дубовый стол. — На столе.
— Хорошо, — Анна вновь мягко улыбнулась.
Не обращая ни на кого внимания, не прошла — продефилировала через всю комнату, подошла к столу. Взяла игрушку, прижала к себе…
Игнат стоял недалеко, у камина, так что видел и бьющуюся на ее шее жилку, и длинные ногти с ярко-красным маникюром. И то, как дернулись ноздри, когда женщина прикоснулась к весьма потрепанному медвежонку.
Остальные тоже смотрели на нее. Роман с каким-то непониманием, словно пытался осознать, как все-таки пошел на этот дикий с точки зрения любого здравомыслящего человека шаг. Лиза с робкой надеждой. Симцов — с брезгливостью. Но для того все, кто ниже по званию, не заслуживали ни малейшего уважения.
— А вы, господин подполковник, — неожиданно произнесла Анна, но даже не шевельнулась, — расслабьтесь. На сегодня вы свою работу сделали.
— Это намек на то, чтобы убирался? — напряженно прищурился в ответ Симцов.
Игнат такой прищур уже видел. Не суливший ничего хорошего прищур.
Мысль о том, что подполковник и Анна уже пересекались, глядя на его реакцию, была отнюдь не лишена смысла.
— По желанию, — равнодушно ответила ему Анна. — Если считаете, что сможете рассказать своим, как работает ищейка, глубоко ошибаетесь. Ни с кем, кроме находящихся в этой комнате, говорить о происходящем у вас не получится.
Тот ухмыльнулся, мол, это мы еще посмотрим, но Игнат видел, что во взгляде, который Симцов бросил на Анну, была ярость. И если Игнат не ошибался, ярость эту подполковник едва контролировал.
А вот Анну бешенство Симцова, похоже, совершенно не беспокоило. Она вдруг кивнула, словно своим мыслям, и добавила:
— Девочка жива, но очень слаба. Ей холодно и она очень голодна.
— Настенька… — Лиза буквально захлебнулась именем дочери. Зажав ладонями рот, покачнулась, с ужасом глядя на Анну…
Игнат дернулся — помочь, но Роман стоял ближе. Да и не его, Игната, это была забота. Слишком много времени прошло, слишком много всего произошло.
Анну реакция Лизы совершенно не тронула. Она как стояла, держа медвежонка у груди, так и продолжала стоять. Лишь губы шептали что-то… неслышимое, но заставлявшее вслушиваться.
А время шло. И он ощутил, как растворяется в этом времени, в этом шепоте, в аромате духов, которые, казалось, туманом расползлись по комнате. И ему было хорошо в этом ничто. Спокойно, умиротворенно.
И расслаблялось тело. И уходили мысли… Заботы…
Вывел его из дурмана то ли стон, то ли всхлип. Словно сорвал тормоза, тут же переведя тело в другой режим, режим действия.
Но за те секунды-минуты-часы, которые выпали из его сознания, в комнате ничего не изменилось. Все с той же яростью смотрел на Анну Симцов. Все то же непонимание было на лице Романа. И все так же спокойно, скорее даже отстраненно, наблюдал за ними, стоя у двери, спутник Анны.
Лишь Лиза сползла на пол, свернувшись калачиком под ногами Романа.
— Она будет спать до утра, — ответила Анна еще до того, как кто-то успел как-то отреагировать. — Роман Андреевич, переложите ее на диван и подойдите ко мне. Вы, Игнат, тоже.
— А я? — В голосе Симцова явно слышалось напряжение.
— На ваше усмотрение, — равнодушно бросила Анна.
Когда Игнат подошел ближе к столу, она уже отложила игрушку и водила по карте рукой. Как гладила… Мягко, нежно, время от времени прерывая движение и постукивая по бумаге кончиками длинных ногтей.
— Она здесь, — вдруг ткнула она пальцем в точку на карте. — Заброшенный завод и склады.
— Я тоже так могу… — зло протянул замерший с торца стола Симцов.
— Не можете, — с откровенным безразличием парировала его выпад Анна. И даже вроде как не заметила, как тот дернулся, а потом буквально застыл, стиснув зубы.
А вот Игнат заметил. И даже машинально сдвинулся, чтобы, если подполковник не сдержится, успеть перехватить.
Но, судя по всему, в защите женщина не нуждалась. По-крайней мере, она считала именно так. Вновь не обратив внимания на угрозу со стороны Симцова, протянула свободную руку назад, попросив:
— Стас, дай мне, пожалуйста, телефон.
Стас…
Лицо мужчины, с которым она приехала, Игнат запомнил. Теперь отложил в памяти имя.
Нужно ли это было ему?
Вопрос относился к риторическим. Сегодня — не обязательно, завтра вполне могло пригодиться.
— Телефон, — подошедший мужчина вытащил из кармана кнопочный аппарат.
Веселенький такой, со стразами…
Лет десять тому назад ему бы цены не было, сейчас же практически раритет, хоть и, судя по знакомой форме, весьма надежная игрушка.
— Вы ведь мне не доверяете, — неожиданно выпрямившись, развернулась Анна к подошедшему Роману. Смотрела с сожалением и… сочувствием. — Чтобы успокоить, я представлю рекомендации, которые вас точно удовлетворят.
Вот этого Симцов уже не выдержал. Выругавшись чуть слышно, но весьма грязно, резко развернулся и направился к выходу из зала.
Эту выходку Анна тоже вроде как не заметила. И даже не посмотрела в сторону удалявшегося подполковника.
С выводами Игнат не торопился. С такими, как она…
Она была права. Все, что они знали о ней, лишь слухи. Невероятные, похожие на сказку, слухи об ее необычайном таланте.
А Анна между тем набрала номер. По памяти. Дождалась, когда ей ответят — узнали ее сразу, и спросила, так и не назвав собеседника:
— Я могу просить вас дать рекомендацию? — Помолчала, потом добавила: — Березин Роман
