Если что и могло помочь здесь и сейчас, так кровь. Без вариантов!
— Там засада, — прошептала она чуть слышно. — Девочку спрятал Ежи. Я поделилась с ним силой, но надолго его… — Она не закончила, лишь теперь обратив внимание на мою руку. Потом улыбнулась — улыбка выглядела, как оскал, и кивнула головой, указывая на Игната. — Не твоя — его.
Выбор Евы был неожиданным, но…
Эта бестия никогда и ничего не делала просто так. Тем более, когда речь шла о мужчине этого мира…
* * *
Выехали на двух армейских внедорожниках, оказавшихся в наличии у службы безопасности банка, которым владел Березин.
Роман собирался задействовать всю собранную им команду, включая бойцов из ЧВК «Энигма», с которой у него был договор, но Ева настояла на своем — сначала безопасность девочки. Тихо пришли, тихо забрали ребенка и так же тихо ушли. Дальше — не ее забота.
Игнат с ней был полностью согласен. Воевать надо тогда, когда дети и женщины находятся как можно дальше от места столкновения. И, желательно, под надежной охраной.
Впрочем, для вывода, что не каждой из женщин необходима надежная охрана, достаточно было вспомнить, как быстро и надежно Анна вырубила подполковника.
Воспоминание о том миге оказалось коротким, но и его хватило, чтобы подтвердить мелькнувшую тогда мысль: Симцов прошел по самому краю. От использования кардинальных мер Анна отказалась. Буквально в последний момент.
— Сейчас налево…
Игнат включил поворотник, давая знак следовавшей за ними машине с тремя бойцами и врачом, и съехал на грунтовку.
Таких грунтовок, где-то отмеченных на карте едва заметной линией, а где-то вообще, вроде как, не существующих, было уже несколько. В первый раз он попытался возразить — внутри дергало, намекая на утекающие минуты, но сидевшая на пассажирском сиденье женщина оказалась убедительна. Игнат даже не успел заметить, как чужая ладонь сжала горло. И ведь не давила, это он чувствовал совершенно точно, но ощущения, которые испытал, были не самыми приятными.
Но поразило его не только это. Машина, несмотря на отсутствие управления в тот момент, даже не рыскнула, идеально вписавшись в поворот, на который Ева указала.
Впрочем, тот факт, что объезжали возможные камеры, он понял едва ли не сразу. Как и оценил дугу, по которой обходили заброшенный завод.
— Спрашивай, — многозначительно хмыкнув, неожиданно произнесла Ева.
— О чем? — Игнат не столько удивился — в пути почти три часа, а на разговор она пошла лишь теперь, сколько дал себе пару мгновений передышки.
— У тебя скоро голова лопнет от вопросов, — усмехнулась она. — Можешь задать несколько, чтобы не разорвало.
С этим она не ошиблась. Несмотря на довольно разнообразный жизненный опыт, сталкивавший с таким, что волосы втавали дыбом не только на голове, все происходящее сейчас серьезно выбивалось из сложившегося понимания мира. И пусть события последних часов воспринимались без лишних эмоций, что, скорее всего, было заслугой Евы и Анны, мозги действительно пухли.
— И ты ответишь? — не отрывая взгляда от того, что только называлось дорогой, поинтересовался он.
Границу дождя они пересекали несколько раз. Где-то, как над поселком, стояло едва ли не сплошной стеной. Где-то слегка моросило. Где-то лишь прибивало несколькими крупными каплями, намекавшими то ли на возможное буйство стихии, то ли, наоборот, на ее истощенность.
Здесь тоже капало, так что земля под колесами была влажной. А еще — неровной, разбитой по весне, скорее всего, тяжелой техникой. И будь на месте армейского внедорожника любая другая машина из парка Березина, подобные обходные маневры вряд ли бы удались.
И за это стоило благодарить уже не Еву, а Стаса — сопровождавшего Анну мужчину. Каждый из предложенных автомобилей он буквально обнюхал, предложив им выбор из нескольких, но определив эти два в приоритет.
И лишь тогда Игнат вспомнил, откуда знал Стаса. Автоподборщик, про которого едва ли не слагали легенды.
Насколько он теперь понимал, вполне заслуженно.
— Вас же Анна предупредила, — несколько удивленно начала Ева. — Заклинание «Сообщник». Даже если захотите, не сможете ни с кем поделиться увиденным и услышанным.
— Предупредила, — был вынужден признаться Игнат. — В это плохо верится, — добавил он после недолгого молчания.
— И зря, — как-то насмешливо хмыкнула Ева. — Его можно обойти, но не с вашими данными.
— У нас говорят…
— Глупости, — перебила его Ева. — Это не тот случай, — продолжила она, давая понять, что поняла несказанное. Что удалось одному, другой всегда сумеет повторить… — Здесь нужен полет фантазии. Вы для этого слишком приземленные.
Ответил Игнат не сразу. Оттолкнувшись от «приземленных», зацепился за полет фантазии, потом не столько прикинул, сколько попытался ощутить, куда понесло…
— Творчество? — перебрав несколько вариантов, все-таки решил уточнить он.
— Глубокая переработка через творчество, — добавила Ева нюансов его догадке. — За последнюю пару сотен лет, таких, не от мира сего, нашлось всего четверо. И каждый обладал серьезным талантом.
— А запись? — забросил Игнат удочку.
Ева не засмеялась, но он видел, каких усилий это потребовало. Судя по всему, жучки в машине он установил зря.
— Тогда меня интересует, кто ты? — решил он зайти с главного.
Мысли на этот счет имелись — повадки, манеры, ощущения, что пусть мир и другой, но шкура знакомая… Четкой картинки не было, но «конторой» не пахло — воняло. Схожие задачи рождали схожие сценарии их решения.
Этот «хмык» Евы был не столько насмешливым, сколько уважительным. Ну и утвердительным. Мол, в точку.
Но без комментариев не обошлось. Пусть он и не просил.
— Я действительно ищейка, — даже несколько расслабилась она. — А еще, если следовать более привычной для вас терминологией, маг, со склонностью к пространственным переходам и иллюзиям. Остальное — так, по мелочи.
— Что значит — ищейка? — после недолгого молчания, которое ушло на возврат на трассу, уточнил он.
Ева слегка замялась. Даже поморщилась.
Этого хватило, чтобы не рассчитывать на ответ, но Ева все-таки заговорила:
— Сложно объяснить, — на мгновение оглянувшись — вторая машина шла, как привязанная, вздохнула она. — Запредельное чутье. На людей, на опасность, на возможные события и угрозы. Возможность чувствовать таких же, как мы. Ну и поиск. По оставленным на предметах или в памяти слепкам и призрачным следам.
Она помолчала, потом дернула плечом, словно давая понять, что все это не просто.
С впечатлением он не ошибся:
— Там слишком много всего. Пока полностью не погрузишься в это дело, не разберешься.
Игнат сделал пометку в памяти — было похоже на намек, но спросил о другом:
— А Анна?
С женщинами он сходился легко, но тяжело. Легко знакомился, легко завязывал легкие отношения, нередко переходящие в статус «завтрак после…», но тяжело впускал в душу.
И
