оптимальный аргумент для своего отказа.
— Я должен доложить…
Тяжело вздохнув — Симцов отреагировал мгновенно, так и не закончив фразы, развернулась:
— Во-первых, я свои условия озвучила еще до приезда сюда и все с ними согласились. Во-вторых…
— Чай в термосе, выходить не требуется, — излишне, на мой взгляд, спокойно перебил Игнат. — Чайные пары здесь тоже есть.
В первый момент не совсем поняла, о ком он заботился: обо мне, чтобы не тратила время на подполковника, у которого, как его не убеждай, имелись свои цели и задачи, или все-таки о Симцове, которого от сдерживаемых эмоций вполне мог хватить удар. И лишь в последний момент, уже собравшись все-таки уточнить, кого именно он считает своим начальством, сообразила, что именно имел в виду Стольский.
— Ева не вампир, — хмыкнула я, вспомнив клыки своей подруги-напарницы. — Чтобы ухватиться за этот мир, ей хватает трех-четырех глотков.
— Ухватиться за этот мир? — Игнат едва заметно улыбнулся, словно намекая, что и дальше готов помогать сбрасывать накопившееся в комнате напряжение.
— Вы ведь помните, что не сможете ни с кем, кроме присутствующих здесь, обсуждать все, о чем мы говорим? — чуть склонила я голову, словно пытаясь его разглядеть.
Разглядывать его нужды не было. Я не читала чужие мысли, я далеко не всегда могла рассказать, чем человек занимался вчера или будет заниматься завтра. Я просто воспринимала каждого, как нечто, прошедшее определенный жизненный путь, получившее при этом соответствующий опыт и сложившееся в то, что имелось на данный момент.
Этого вполне хватало, чтобы оценить, кем он мог быть для меня: другом или врагом.
А еще я хорошо ощущала подлость, злобу, зависть, способность добиваться своих целей любыми способами, и многое другое, что в этом мире характеризовало личность отнюдь не с лучшей стороны.
Всего лишь еще одна грань. Грань ищейки, для которой важно не только найти, но и собрать всю цепь событий, которые привели к подобному результату.
И просто замечательно, что никто из присутствовавших сейчас в этой комнате, включая Стаса, об этой моей особенности даже не догадывался.
Я и так пугала своей нестандартностью, с учетом новых вводных вполне могла перейти в разряд опасных.
— Мне повторять не требуется, — пусть и не прямо, но все-таки поддел Игнат Симцова.
— Что ж, пока мы ждем…
— И сколько мы будем ждать? — воспользовался моей оговоркой Березин.
Мне бы и самой хотелось знать…
— Больше, чем на час, ее поиски не затягивались, — решила я, то ли успокоить, то ли обнадежить Березина.
Сама же…
Искать девочку Еве не требовалось. Как только она «приняла» от меня образ, знала, где та находится, с точностью до сантиметра.
И если она задерживалась, значит, ситуация оказалась сложнее, чем изначально предполагалось.
— Я ведь не потревожу ваше мировоззрение, если скажу, что миров, похожий на этот, множество. И некоторые из них связаны между собой возможность переходов.
— Отсюда ад и рай? — вроде как продемонстрировал эрудированность Игнат.
Я — хмыкнула. Версия напрашивалась сама собой, но вряд ли имела отношение к тому, о чем говорила.
— Давайте не будем затрагивать вопросы веры и религии, — с едва заметной улыбкой попросила я.
К диспуту на теологические темы я была не готова. Не только из-за отсутствия желания дискутировать, но и в связи со своей полной не подкованностью в данном вопросе.
Моя жизнь до Евы была довольно проста и обычна. Детский сад, школа, институт. Танцы, музыкалка, которую я бросила, так и не вкусив всех прелестей гармоничного развития. Дворовые компании, некоторые из которых теперь, глядя через призму прожитых лет и полученного опыта, выглядели отнюдь не безобидными. Что-то похожее на первую влюбленность, когда, сидя на детской карусельке, слушала хриплый голос под треньканье гитары. Быстрое взросление, стоило остаться одной. Знакомство с братом. Бытовые вещи, которым училась вместе с ним. Потом работа — из меня получился вполне грамотный бухгалтер, что не раз отмечал ценивший меня за это начальник.
Церковь в череде этих событий присутствовала — церковные праздники разбавляли привычные будни, а вот веры не случилось.
Вопросом: плохо это было или хорошо, я не задавалась. Сначала вроде как нужды не было, а потом стало поздно. Появление Евы изменило представление о мире. Перевернуло его едва ли не с ног на голову.
Как оказалось, человек ко многому способен привыкнуть. К тому, что все совсем не так, как кажется, тоже.
— Принимается, — как-то легко согласился Игнат. Отошел к стоявшему неподалеку от камина креслу, но не присел, а облокотился на спинку. — Так кто же такая Ева?
— Существо другого мира, — пожала я плечами. — Разумное существо, способное преодолевать грань миров и обладающее определенными способностями.
Размышлял над сказанным Игнат недолго:
— А вы? — сделал он правильный вывод.
— А я, — вновь улыбнулась я, — разумное существо этого мира, тоже обладающее определенными способностями, что позволило нам с Евой создать некий тандем. Она помогает мне, я…
Что делаю я, я не сказала. Замерла, чувствуя, как дернулось пространство, измененное выстраиваемым порталом.
Но не обычным — тот воспринимался, как набегавшие волны или легкие порывы ветра, толкая, но, не сбивая с ног.
Этот же был яростным. Он пробивался сквозь расстояние, корежа и травмируя реальность. И та реагировала на вторжение негромким, но вполне слышимым стоном. Не желая, но вынужденно поддаваясь действующей на нее силе.
— Что? — мгновенно напружинился Стольский, вновь оказавшись на высоте.
Впрочем, остальные равнодушными тоже не остались. Березин сделал шаг вперед. Симцов…
Про то, что эта тварь на все способна, я ни на секунду не забывала.
— Стоять! — рявкнула я, четко осознавая, что мой окрик подполковника не остановит.
Это хорошо, что моей внутренней ухмылки он не увидел. Вряд ли бы испугался — для него я — баба, а баб он не боялся, но может быть и задумался, стоит ли связываться со мной или лучше не пачкаться о то дерьмо, каким могла оказаться.
Руку вперед я выбросила еще до того, как он вырвал пистолет из кобуры.
Будь на моем месте Ева, его бы уже размазало по стене, мое усыпляющее заклинание лишь вынудило его отключиться и кулем свалиться на пол.
Впрочем, меня это уже мало интересовало. Жив и…
Я не считала себя кровожадной, но лишь потому, что реально оценивала свои возможности и понимала, что даже сильное желание такой, как я, вполне способно убить.
Эту мысль я додумывала, уже оказавшись у открывающегося портала. Подхватив вывалившуюся из него Еву, мысленно выругалась.
Выпавшая из дымки выглядела Ева просто отвратительно. Посеревшее лицо, обескровленные губы, ставшие блеклыми волосы…
— Что? — помогла я ей сесть, тут же подставляя руку.
