Просто дети стали старше…»
— Алексеева, это просто отпад!
Танька взвизгнула и стала трясти меня за плечи.
— Да они просто с ума сойдут от одного твоего вида, дорогуша! — пропел Антуан, поправляя длинными тонкими пальцами завитые тугими бараньими кольцами локоны, которые обрамляли моё зашпатлёванное лицо.
— Это точно, — прошептала я. — И сожгут на костре, как ведьму.
Он протянул ко мне руки.
— Иди же ко мне, моя Галатея, дай я тебя рассмотрю со всех сторон!
Я вложила свои пальцы в его ладони, и он поднял меня из кресла.
— Оу!
Антуан зажмурился и отвернулся.
— Детка, я слепну от твоей красоты!
— Да, писец, я тоже от неё слепну! — тоскливо подумала я.
— Ну всё! — Танька влетела в двери. — Нам пора! Столы накрыты, и все гости в сборе! Давай, Алексеева, двигай ягодицами! Ты сегодня в качестве джекпота! Хотя… Стопэ! Антуан, а как насчёт выпить?
— Тати, mon amour, ну конечно! — Антуан всплеснул руками и завертел по сторонам головой.
— Лерок! Тащи Cristal!
Лерка отсалютовала и метнулась к бару, откуда во мгновение ока припёрла пять бутылок.
Чпок, чпок, чпок.
И снова в моей руке оказалась шипящая бутылка концентрированного веселья. И снова не прошло и десяти минут, как лопающиеся пузырики шампанского атаковали мой мозг, который, счастливый и радостный, покатился по американским горкам пьяного безумия.
* * *
— Девочки, главному лоту сегодняшнего вечера подарок от дальнего столика!
Стасик отодвинул стул и сел за наш столик, положив на него букет, перевитый длинным золотым колье с рубиновыми звездами.
Я оглянулась. Дальний столик был абсолютно пуст. На нем стояла открытая бутылка Louis XIII, ценой в половину моей квартиры, и дымилась кубинская сигара, наверняка скрученная на бедре невинной, юной красавицы кубинки.
— Любимый, у нас все готово?
Танька икнула и, придвинувшись к мужу, запустила руку под ремень его брюк.
— Танька, — зашипел он, — прекрати заниматься ерундой, иначе это для тебя плохо кончится!
Сергеева надула губы и, наклонившись к его лицу, зашептала ему на уху что-то такое, отчего Стасик покраснел и заёрзал на стуле. Я, как воспитанная пьяная девочка, отвернулась и отпрыгала на стуле от них подальше.
— Мы сейчас подойдём!
Танька со Стасом встали и направились в сторону темной аллеи. Причем моя подружайка еле стояла на ногах, так что муж, в конечном итоге, просто подхватил ее на руки.
— У… Это надолго! — потянула Верунька, выбулькав ещё один бокал шампанского. — Лерок, будешь за неё.
Верка кивнула головой в сторону сцены, куда уже поднимался конферансье.
Лерка сложила пальцы петушком и, покачиваясь, встала со своего места.
Конферансье взял микрофон и хорошо поставленным голосом объявил:
— Господа! — кстати, единственными дамами на этом вечере были именно мы: четыре пьяные оторвы. — Приветствую вас на нашем необычном вечере! И приглашаю на эту сцену хозяйку сегодняшнего аукциона, Сергееву Татьяну Львовну! Прошу Вас, Татьяна Львовна!
— Нету ее, мать вашу! — Лерка, пытаясь удерживать равновесие, лавировала между столиками, улыбаясь сидящим за ними мужчинам.
Она вплыла на сцену и протянула руку, сгибая пальцы, с просьбой передать ей микрофон.
— Кхм! Добрый вечер, господа и иже с ними! — Она громко икнула. — Мадам Сергеева вынуждена была отлучиться по семейным обстоятельствам, что никоим образом не помешает мне объявить результаты нашего аукциона.
Лерка подняла вверх руку, в которой мигал Танькин телефон.
— Итак, в ходе ожесточённой борьбы главный приз с большим отрывом достаётся игроку под ником Савва, который пожелал остаться неизвестным.
— Ставка?
— Какая ставка?
— Окончательная ставка?
Мужчины начали вскакивать со своих мест, Всех интересовали конечная ставка и имя счастливца.
— Окончательная ставка… — Лерка выдержала знаменитую паузу по Станиславскому и на одном дыхании выпалила: — пятьсот тысяч евро!
По террасе пронесся вздох. И наступила тишина.
Бздзыньк!
Звук пришедшей СМС-ки, усиленный микрофоном, разнесся по всему патио.
Лерка открыла сообщение и прочла:
— Выигрыш заберет Геворг Амиранович Майсуридзе.
Я завертела головой по сторонам, выискивая глазами этого самого Геворга.
— Господи, — думала я, — слава богу, что я обожратая в дупель, и, скорее всего, утром и не вспомню этот позор! Но как я вообще умудрилась попасть в эту ситуацию.
Краем глаза я увидела, как к нашему столику подошёл коренастый полный мужчина с добрым лицом, именно так я представляю торакальных хирургов, и протянул мне руку. Я вспыхнула и встала, вкладывая в его ладонь дрожащие пальцы. Вокруг защёлками камеры.
Он склонился над моей рукой и поцеловал ее сухими губами.
— Счастлив с вами познакомиться, Екатерина Владимировна. Вы поистине ценный приз.
Я почувствовала подступающую тошноту и показала ему всю глубину моего счастья, уделав его дорогущие ботинки сегодняшним ужином.
___________________________________
Madame et Monsieur, que Vénus apparaisse au monde!(фр.) — Мадам и месье, да явится миру Венера!
Глава 4
Я рыдала белугой, закрывшись в туалете на первом этаже «Эпикуриона». Позорище! Меня продали! Ну, одно радует, что за космические пол-ляма евробабосиков. Я стала звездой интернета! Как там было? Была ты просто Люба, теперь звезда YouTube? А самое главное, я, вернее моё тело, принадлежит неизвестно кому, и в любой момент счет на выплату долга придется оплатить.
— Екатерина Владимировна, с вами всё в порядке?
В дверь постучали. В голосе Геворга Майсуридзе слышались нотки неподдельного беспокойства, и от этого истерика пошла на второй круг.
— Екатерина Владимировна, позвольте вам помочь? Не волнуйтесь, я достаточно компетентен в этих вопросах.
— В каких, в каких вопросах вы компетентны? — крикнула я, в панике размазывая по лицу шедеврум Антуана. — В вопросах лишения невинности? Не смешите меня! Тут таких спецов, от сантехника до президента, на метр по пять штук.
Я встала, подошла к зеркалу и уставилась на своё отражение.
Из зеркала на меня смотрело творение, как минимум, Пикассо,
