кур не вешай, — многозначительно протянула я. — Я здесь ни при чем. Лучше у доченьки своей спроси, как она додумалась на красную луну суженого вызывать.
— Ересь! — староста побелел, и голос его дрогнул. Зуб даю, знает о похождениях своей паршивки. — Не могла она…
— Могла, еще как могла, — я кивнула. Правда, добавлять, что дочурка в папочку пошла, не стала. — Вы мне еще спасибо сказать должны: я сумела обезвредить силу, что вобрал в себя черный круг. Иначе у вас бы не только куры передохли. Короче, повезло вам со мной.
Ох, кажется, перегнула с пафосом. Староста аж зубами скрипнул, остальные растерянно переглянулись.
— Да что вы ее слушаете? — неожиданно взбеленился незнакомый мне ранее тощий мужик и передернул затвор. — Пристрелим неверную, богоугодное дело же ж!
Я показательно проигнорировала психа. Но рожу запомнила.
— В общем, так. Дочку твою и других соучастниц я ради нашей дружбы проклинать не стану. Ты уж как-нибудь сам, — я строго взглянула в глаза старосты.
Голос мой был до крайности дружелюбен, поэтому я не сразу поняла, отчего так переменились в лице мужики. Даже громила покачнулся назад, словно едва сдержался от того, чтобы дать деру. Я скользнула взглядом по искаженным от ужаса лицам, обернулась через плечо и почти уткнулась носом в по-прежнему голую грудь Райдена Рейса. В этот раз не завизжала — прямо гордость за себя взяла.
Рейс подхватил меня за плечо, когда я все же дернулась от неожиданности. Кажется, еще немного и темный сделает меня заикой. Его прикосновение обжигало даже сквозь плотную ткань платья, но вопреки всему, что с нами случилось, дарило чувство защищенности. Уверена, Черный Генерал не даст пристрелить единственный доступный сейчас источник информации.
— Ты кто? — просипел староста, мелко отступая назад. Как и любому другому смертному ему было тяжело находиться рядом с темным. И это Генерал еще не в самой лучшей форме.
— Прекрати тыкать в нее оружием, — Рейс шагнул вперед, прикрывая меня, и угрожающе сощурился, презрительно разглядывая тощего. — Мне это не нравится.
От тона его голоса волоски на затылке встали дыбом. Воздух сгустился, потрескивая…
— Давайте все успокоимся! — любезно предложила я и сжала предплечье темного. Он застыл мраморной статуей, а рука под моей ладонью вмиг окаменела. — Не нужно делать резких движений!
Мои слова послужили спусковым крючком. Мужики слаженно дали деру. Я не винила их за слабость и не чувствовала себя победительницей.
— Здесь что-то случилось, — изрек темный лорд, внимательно разглядывая последствия нашего с ним ритуала.
Я запихнула свое ехидство поглубже и сдержанно кивнула. Он обернулся ко мне и подцепил пальцем подбородок, вынуждая смотреть в полыхающие тьмой глаза.
— Ага.
— Это забрало мою память? — вкрадчиво спросил он.
— Думаю, твою память забрал яд, которым тебя отравили. До того, как ты здесь оказался, — осторожно уточнила я.
— Яд, — медленно повторил Рейс, погружаясь в себя. — Меня предали…
Я судорожно сглотнула, ощущая, как сердце рухнуло в пятки. Неужели вспоминает? И снова тот же противный голосок в голове: не помнящий темный лучше помнящего?
— Это правда, — покопавшись в воспоминаниях, заключил темный. — Я чувствую, что ты говоришь правду.
— Угу, — промычала я, ощущая острую необходимость бежать куда глаза глядят. Рядом с полуголым темным было и страшно, и как-то томно. Коктейль этих чувств пробуждал во мне странную тягу, подстегивал желание, и острое необъяснимое чувство в груди нарастало с каждым мгновением.
— Значит, я пришел к тебе, будучи отравленным, слабым. Почему?
Хороший вопрос, кстати. Но внятного ответа у меня, понятное дело, не было. Я открыла было рот, чтобы свалить все на случайность и стечение обстоятельств, но темный неожиданно скользнул большим пальцем по моим губам, склонился ближе. Во взгляде его мелькнул такой всеобъемлющий голод, что даже меня проняло и бросило в жар.
— Ты моя женщина.
Это был не вопрос. Я растерянно моргнула и округлила глаза. Что он несет?
Жесткие губы смяли мои, сметая любое сопротивление, наглый язык по-хозяйски скользнул в рот…
Глава 5
Темный припечатал меня к своему телу, огладил руками спину, зафиксировал затылок и углубил поцелуй. Я протестующе замычала и ударила кулаком по груди. Но он, кажется, этого даже не заметил. А потом…потом нас обоих накрыло безумием.
Тело предательски изогнулось, подставляясь под жалящие поцелуи. Рейс очертил губами мои скулы, спустился к груди. Огненная волна жара прошлась по венам, выжигая мою личность, подчиняя древним инстинктам. Я жадно хлебнула воздух, наполненный запахом жженого дерева и его кожи…Боги, как же он пах.
Рейс добрался до груди, нетерпеливо дернул разодранный еще раньше ворот и тихо простонал. Совсем как тогда…меня же пришибло воспоминаниями. Тяжелое тело, гнетущая беспомощность и добровольная жертва. Добровольная ли? Я выбрала девичью честь и выдрала часть себя с корнем…Возможно, лучшую часть себя. Кто я теперь? Без магии.
Темный сжал нежное полукружие, кончиком языка лизнул напряженную вершинку… Меня передернуло от слишком сладкого томного чувства, развернувшегося внизу живота. Дернулась и моя рука, с зажатым в ней кинжалом. Я не собиралась его ранить, клянусь, хотела лишь припугнуть и теперь с ужасом наблюдала за выступившей каплей крови на мощной шее.
— Отпусти меня, — ровно протянула я. — У тебя нет права меня трогать!
Он молча разглядывал меня своими жуткими глазами…Словно хотел испепелить душу, словно прямо сейчас решал, не проще ли будет раздавить меня как букашку. Во рту пересохло и в утренней тишине были слышно лишь мое сбившееся дыхание и бухающее в груди сердце. Возможно, прежде, чем угрожать самому сильному чудовищу из ныне живущих, стоило хоть немного подумать.
Я ранила Черного Генерала! Боги, о чем я думала…
Он перевел взгляд на побелевшие костяшки моих пальцев, на скривленное лезвие с красной каплей. Готова поспорить на собственную жизнь, немногим удавалось подобрать так близко. Интересно, сколько из них сумели выжить после памятной встречи?
— Почему? — прохрипел он и прикрыл на мгновение глаза. — Только не вздумай врать. Ложь мерзка на вкус.
— Я и не собиралась тебе врать, — тут же соврала я, и темный презрительно дернул крыльями носа. Неужели действительно чувствует? Плохо дело. — Ты ошибся, я не твоя женщина.
Пусть только попробует возразить!
— Единственное воспоминание, которое постоянно крутится в моей голове…— нарочито медленно протянул он и отточенным, молниеносным движением вырвал кинжал
