Она услышала слева приближающиеся голоса. Дыхание ее участилось, пальцы задрожали, но она лишь быстрее стала карабкаться вверх, приказав себе не думать о том, что происходит внизу. Вдруг из-под ноги ее сорвался и упал вниз камень. Сара замерла.
– Что это? – спросил внизу чей-то голос. Она узнала Алву. Девушка была еще младше, чем она. Ее привезли в монастырь совсем недавно. Голос ее дрожал от страха.
– Какой-то зверек, – предположил другой голос, тоже полный ужаса.
– Или Сара Рун, – сердито вставила монахиня постарше. – Пошевеливайтесь!
Все было кончено. Так быстро разбились вдребезги ее последние надежды, молитвы, возносимые господу, остались не услышанными, – сорвавшийся со стены камень решил ее судьбу. Они поймают ее и продержат здесь, пока все они не погибнут в последний день уходящего тысячелетия. Сара никогда больше не увидит солнца, не насладится свободой. Последние дни ее пройдут в этом мрачном месте среди злых людей. И почему это она решила, что все может сложиться иначе?
Сара закрыла глаза, болевшие от красного света коварной луны. У нее не было больше сил карабкаться вверх, борясь за свое спасение.
– Ой, сестра, а что, если это был демон? – спросила Алва с неподдельным ужасом. – Нам надо немедленно пойти в часовню помолиться. Посмотрите на луну. Это проклятая ночь. Господь предупреждает нас.
– Господь защитит нас, – резко ответила монахиня, хотя голос ее звучал теперь уже не так уверенно. – Продолжайте поиски, дети мои.
Сара снова услышала приближающиеся шаги. Как только они дойдут до березы, растущей на краю тропинки, непременно увидят ее.
Нет, она ни за что не согласится умереть здесь, в этом месте, которое она так ненавидела. Сара вдруг обнаружила в себе новую решимость бороться и полезла по стене вверх, быстрее и быстрее, не заботясь больше о том, срываются или нет камни из-под ее ног. Сейчас уже было не до этого. Вдруг одна из послушниц вскрикнула, услышав звук катящихся вниз камней. Затем послышались испуганные голоса остальных. Сара, не удержавшись, взглянула вниз и встретилась взглядом с глазами монахини. – Сара Рун! Немедленно слезай оттуда! Но Сара лезла выше и выше, не обращая внимания на слова монахини.
По всему саду послышались крики, сообщавшие о том, что беглянка обнаружена. Но Сара не собиралась больше впадать в отчаяние. Она находилась почти на самом верху. Она вскарабкается на стену и спрыгнет вниз. Придется рискнуть. Ведь теперь, обнаружив ее, они откроют ворота запасным ключом, обегут вокруг стены и там попытаются ее остановить.
Именно так все и получилось. Оказавшись наверху, Сара увидела, что настоятельница и горстка монахинь уже бегут от ворот в ее сторону. Зловещая луна окрашивала в багровые тона их развевающиеся одежды. Если не спрыгнуть немедленно, они поймают ее, и будут держать взаперти, пока не прозвучит в бесконечной тишине ее последний вздох. У Сары не будет больше шанса насладиться свободой.
Девушка посмотрела назад. Вниз, на столпившихся у зарослей винограда женщин. Большинство послушниц были совсем молоденькими. У них были испуганные глаза и широко раскрытые от изумления рты. За ними виднелись очертания монастыря, служившего ей тюрьмой последние девять лет. А с другой стороны стены ждала ее желанная свобода – густые леса, залитые светом кровавой луны, манили к себе.
Она может переломать себе кости, да так оно наверняка и будет. Но настоятельница и те, кто последовал за ней, были еще далеко. Может быть, Саре удастся спрятаться так, что ее не найдут.
– Сара! Немедленно спускайся вниз! Голос настоятельницы был полон ярости.
Сара взялась одной рукой за узелок, чтобы он не отвязался и не отлетел в другую сторону. Порыв горячего ветра надул ее юбки и плащ, трепетавший багровым полотнищем на фоне красного неба.
Кто-то вдруг закричал, и крик был подхвачен множеством женских голосов. Сара увидела, что монахини в изумлении и отчаянии показывают пальцами в небо.
Она медленно подняла голову и увидела, что с неба струится настоящий дождь из золотых и серебряных звезд. Это и был огонь небесный, о котором говорил епископ, настоящее знамение наступающего конца света.
Последнее мужество оставило девушку. Она стояла на вершине стены, пойманная по капризу судьбы между небом и землей именно в тот момент, когда небо готовилось обрушиться на землю, и не могла не восхищаться красотой и величием открывшегося взгляду зрелища.
Вдруг из леса раздались какие-то странные звуки, громкие голоса, и Сара заметила движение на поляне внизу, под стеной. Приглядевшись повнимательнее, она увидела, что на поляну один за другим выезжают закованные в броню всадники, увешанные оружием. Доспехи их блестели зловещим красным светом. Демоны, появление которых только что предсказывала Алва, неожиданно стали реальностью.
Настоятельница и те, кто был с ней, остановились и сбились в кучу, испуганно глядя на всадников.
Луна осветила герб на щите их предводителя: красный дракон на черном поле.
– О господи, вот он – дьявол во плоти! – воскликнула одна из монахинь.
Сара смотрела вниз на возникшее видение, окруженная звездопадом, и чувствовала себя при этом странно спокойной, словно сейчас наступит конец всем ее мучениям.
Дьявол отделился от группы своих последователей и на малиновом жеребце подъехал прямо к стене.
– Сара Рун, – сказал дьявол, глядя на девушку снизу вверх. Лицо его было закрыто до половины маской и налито светом кровавой луны и падающих звезд.
Голос его был властным и сильным, и Сара вдруг почувствовала, как отозвалось ее тело на эти звуки, просыпаясь к жизни после охватившего ее оцепенения. Девушка присела на край стены, глядя вниз, а налетевший вновь ветер играл ее черными, как ночь, волосами, развевая их короной вокруг головы.
– Иди сюда, – сказал дьявол, и Сара повиновалась ему, начав спускаться вниз.
Слезать по стене оказалось очень просто.
Едва ступни ее коснулись земли, она повернулась лицом к всаднику.
Теперь дьявол возвышался над ней, сидя на своем огромном жеребце. Казалось, сама кровавая луна повинуется ему. Падающие звезды освещали его тело – большое, темное, если не считать багровых отблесков на плечах и волосах.
– Пойдем, – снова позвал дьявол, наклоняясь, чтобы посадить Сару в седло.
– Эта девушка и вправду проклята, – прошептала одна из монахинь.
Что же еще оставалось ей делать? На глазах у испуганных монахинь Сара Рун приняла приглашение самого дьявола. Она позволила поднять себя с земли и усадить в седло.
Все, что осталось внизу, вдруг показалось ей таким крошечным, еще меньше, чем выглядело со стены монастыря. Монахини ордена Святой Базиллы стояли, скованные ужасом, и лица их казались розовыми безжизненными овалами.
