– Его давно нет в Иерусалиме, – сказала женщина.
– А где он? – с трепетом в голосе спросил Кевин.
– Этого сейчас никто не знает.
– Жаль.
– Если бы Ковчег был с нами, мой народ невозможно было бы победить!
– Я понимаю, – согласился историк. – В моем времени только и разговоров о древних святынях. Все спорят, пытаются выдвигать какие-то гипотезы. О Священном Граале, например.
– О Граале? – с дрожью в голосе переспросила женщина.
– Да.
– И что об этом говорят?
– Да всякое. Основная версия состоит в том, что Грааль – это будто бы чаша, из которой Иисус пил на Тайной вечере, а потом некий его друг в эту же чашу собрал кровь из ран распятого Христа. Считается, что испивший из Грааля получает прощение грехов и вечную жизнь. А некоторые уверены, что даже близкое созерцание дает бессмертие. Ты что-нибудь знаешь об этом?
Женщина молчала. Ее глаза устремились вдаль. Кевин повернулся к ней и увидел слезы, текущие по щекам незнакомки.
– Прости, – сказал он, – я понимаю, весь народ оплакивает Его. Тем более что это здесь произошло совсем недавно.
– Всего два месяца назад, – сказала собеседница Кевина.
Она выпрямила спину, упершись обеими руками о землю сзади себя. Темно-серая ткань ее симлы натянулась, подчеркивая выпуклость живота. Головная накидка сползла на плечи, обнажая блестящие черные локоны.
– Тебе плохо? Что-то болит? – спросил Кевин.
– Душа… – тихо ответила женщина после паузы.
– Постой! – вдруг воскликнул Кевин. – Я, кажется… начинаю понимать…
Он почувствовал, как руки его стали дрожать, как сам по себе задвигался подбородок, а сердце готово было проломить грудную клетку и выскочить наружу.
– Что понимать? – осторожно спросила женщина.
Кевин приподнялся, встал на колени и повернулся лицом к собеседнице.
– Скажи, как… зовут… твоего дядю? – спросил он.
– Иосиф.
– И он… родом… из Аримафеи?
– Да. Откуда тебе это известно?
– Господи! – воскликнул Кевин. – Я теряю дар речи!
Женщина смотрела на него широко открытыми глазами, не понимая, что могло вызвать в этом человеке такое сильное волнение.
– Что с тобой, чужестранец? – спросила она, дотрагиваясь ладонью до его плеча.
– Мне… трудно говорить! – воскликнул Кевин. – Кажется, я догадался, кто ты такая и как тебя зовут!
– Ты пугаешь меня! – повысила голос женщина, убирая руку.
– Нет-нет, не бойся меня! Я не причиню тебе зла! Я – твой друг! Если бы сейчас здесь появился целый легион римских солдат, я бы дрался с ними за твое спасение!
– Почему ты так говоришь?
– Потому что я знаю, кто ты!
– Но я не называла тебе своего имени, – сказала женщина. – Ты колдун?
– Твое имя прославлено в веках! – сказал Кевин. – С твоим именем связана самая большая загадка человечества!..
– Почему? Я простая иудейская женщина.
– Ты?! – воскликнул Кевин. – Позволь мне процитировать Евангелие, написанное одним из учеников Его.
– А что такое Евангелие?
– Жизнеописание. Их напишут позже, и они переживут века. Евангелий было несколько, и они во многом перекликаются между собой. Так вот, послушай. «Господь любил Марию более всех учеников, и он часто лобзал ее уста. Остальные ученики, видя его любящим Марию, сказали ему: Почему ты любишь ее больше всех нас? Спаситель ответил им, он сказал: Почему не люблю я вас, как ее?»
В глазах женщины стояли слезы. Она молитвенно сложила руки перед собой и неотрывно смотрела на Кевина.
– Да, я Мария из Магдалы. Да, я жена Его, – выдавила она из себя. – Теперь же – вдова Его… И в чреве моем…
– Я знаю! Не продолжай! – перебил женщину Кевин. – Теперь мне понятно, что такое Священный Грааль! Это действительно сосуд, но какой!
Тем временем Оливер с помощником закончили мастерить лыжи для самолета. Оба подошли к беседующим.
– Почему ты плачешь? – спросил Иосиф у Марии. – Этот иноземец обидел тебя?
– Нет, дядя, что ты! Просто я вспомнила… Его, – ответила женщина.
– Все готово! – Оливер вытер ладони тряпкой и передал ее своему помощнику. – Можно пробовать. Знаешь, Кевин, этот древний человек оказался довольно расторопным.
– У меня для тебя есть сообщение похлеще, – ответил штурман.
– Какое?
– Только что я узнал, кто на самом деле эти люди.
– Какая мне разница, кто они, – сказал Оливер. – Главное, что с их помощью мы починили самолет, и теперь у нас есть возможность выбраться отсюда!
– И ты не видишь в этом божественного провидения? Знай же, друг мой, что этот мужчина, который тебе помогал, не кто иной как Иосиф Аримафейский. Именно он, по преданию, собрал в чашу кровь из ран распятого Христа. Именно он, опять же по преданию, обратился к прокуратору Иудеи Пилату с просьбой снять Иисуса с креста и похоронить его в своем собственном склепе. И именно он теперь тайно уводит из Иерусалима эту женщину, потому что на нее началась настоящая охота со стороны Рима. Ты догадываешься, кто она?
Оливер молчал. На его лице застыло изумление.
– Да, лейтенант Оливер Кук, – продолжил Кевин, – эта женщина – Мария из Магдалы, или как ее стали называть позже, Магдалина. И под сердцем она носит ребенка от Него!
– Я затрудняюсь в это верить… – сказал пилот.
– И, тем не менее, это истинная правда! – воскликнул Кевин. – Теперь ты понимаешь, что наша встреча здесь, в этой пустыне, была не случайна? Турки подбили наш самолет, мы приземлились именно в этом месте, нам встретились именно эти люди, и с тобой полетел именно я, а не кто-то другой, и я, зная их язык, сумел с ними объясниться. Мало того, у них нашлось масло, которого недоставало нам. И ты считаешь цепь этих совпадений случайностью? Нет, Оливер, я вижу в этом великий смысл, проявление небесной силы – силы Творца, направляющего подобные встречи. Теперь мы с тобой просто обязаны спасти этих людей! Мы обязаны вывезти их отсюда, чтобы сохранить для человечества потомка сына божьего! Это будет одним из величайших событий в истории цивилизации!
– Кевин, у меня путаются мысли, – ответил пилот, бросая взгляды то на Марию, то на ее спутника. – Мне кажется, что все это сон какой-то.
– Это не сон. Мы должны это сделать, Оливер, – повторил Кевин. – Я сейчас объясню им…
– Погоди, штурман, – остановил его пилот. – Наш биплан не рассчитан на четверых человек. Подъемной тяги не хватит, чтобы оторваться от земли. Ты об этом подумал?
– Гм, действительно, – замялся штурман. – Что ж, придется оставить здесь все лишнее. Например, снимем пулемет и весь боекомплект к нему, выбросим запасные растяжки, даже уберем мое кресло, чтобы в штурманской кабине могли поместиться наши пассажиры.
– Даже не знаю, что тебе на это сказать, – задумчиво ответил Оливер. – Можно попробовать…
– Послушайте меня, – обратился Кевин к Иосифу и Марии, – мы с другом считаем своим величайшим долгом помочь вам в эту минуту. Поэтому предлагаем не бояться и сесть вместе с нами на нашу птицу. Мы поднимемся в небо и отнесем вас в безопасное место, где никакие римские солдаты вас не достанут. Мы должны это сделать, иначе не простим себе никогда!
– Почему ты так говоришь, иноземец? – спросил Иосиф.
– Потому что потомки Его не должны исчезнуть бесследно. Потому что тебе одному невероятно трудно будет уберечь бесценный Грааль от посягательств. Если все сложится удачно, мы переправим вас в Британию – это наша родина, и вам там будет хорошо.
– Я слышал о Британии, – сказал Иосиф. – Она довольно далеко.
– Что ж, соглашайтесь! – Кевин внимательно посмотрел на Марию. Она была в замешательстве. – Нам нужно поторопиться с решением.
– Если все в этом мире происходит по воле Всевышнего, – тихо сказала женщина, – если уже случилось то, что случилось, и еще случится то, что должно случиться… то мы не вправе изменять самостоятельно русло этой реки. Вы пришли к нам из другого мира с добрыми намерениями, но мы не вправе принимать такое предложение, даже если оно кажется вам спасительным для нас… Пусть будет, что будет. У каждого свой путь, и каждый из нас должен пройти этот путь до конца. И я останусь здесь, и пройду через все испытания, которые мне уготованы. И укрепит меня на этом пути великая любовь Его и моя вера в данное мне предназначение. Я ничего не боюсь. Он научил меня быть сильной…
– Так вы отказываетесь? – с горечью спросил Кевин, обращаясь к Иосифу в надежде, что тот уговорит женщину.
– Она сказала так, как должна была сказать, – ответил спутник Марии, – и мы поступим так, как она сказала. И больше не спрашивайте нас об этом…
– Почему? – с досадой в голосе спросил Кевин.
Он хотел еще что-то сказать, но увидел глаза Марии. В них было столько твердости и силы, и вместе с тем – любви, что историк понял: эту женщину действительно не сломить никому.
